Страсть

Козак П. Ф.

— Я сейчас вернусь, мне нужно кое-что уладить.

Держа моего поникшего дружка в руке, я направился в туалет, чтобы привести себя в порядок.

Спустя несколько минут я услышал ее голос:

— Иван, за дверью кто-то есть.

— Который сейчас час?

— На твоих часах половина двенадцатого.

Я потянулся за полотенцем и подумал: «Как раз вовремя». Я вышел, завернувшись в полотенце, и сказал Пэш:

— Все в порядке, это всего лишь обслуга.

Открыв дверь, я обнаружил за ней тележку с бутылкой холодного шампанского, фруктами

и одной красной розой. Я вкатил ее в комнату, остановившись у кровати. Пэш снова была в комбинации, но я заметил, что ее пояс и трусики остались лежать в куче одежды на полу — там, куда я их бросил.

Проклятие! Она сидела ко мне спиной и шарила рукой по кровати.

— Что случилось, Пэш? — спросил я и сел рядом с ней.

— Я потеряла сережку. Вот твоя резинка и сама сережка, но я не могу найти застежку.

Я помог ей искать, проведя рукой по тому месту, где лежала ее голова.

— Да вот же она, — сказал я, нащупав ее ладонью.

Я встал и взял из ее рук сережку и свою резинку для волос. Я прикрепил застежку. Приподняв Пэш волосы, я снял вторую сережку и бросил весь этот хлам на ночной столик, где лежали мои часы.

— Там они будут в безопасности до самого утра.

Она не возражала. Пэш прошла мимо кучи белья на полу, чтобы посмотреть, что находится на тележке. Наша ночь еще не закончилась.

— Когда ты успел сделать заказ?

Я достал шампанское из ведерка со льдом и вытер бутылку.

— Когда брал ключи от комнаты. Они закрываются после полуночи, и я не хотел упускать возможности заказать что-нибудь для нас.

Я боялся, что она все еще сердится.

— Ты такой неожиданный, — сказала она сухо.

Теперь у меня не осталось сомнений, что мне сейчас влетит. В ее голосе явно слышалась угроза. Я откупорил бутылку и налил нам по бокалу шампанского, ожидая удара в любой момент.

— Как давно тебе известно о моих книгах?

Получи! Я подал ей бокал и сказал:

— С сегодняшнего дня. Стив упомянул в разговоре, что ты пишешь, и я нашел твое имя в библиотеке еще до того, как сел за работу.

Я не знаю, поверила она мне или нет, одному Богу это известно. Она пригубила шампанское, обдумывая мои слова.

— Ты смотрел их?

— Я хотел, но кто-то опередил меня. — Я замолчал, раздумывая, стоит ли мне говорить что-то еще. И я решил раскрыть карты. — У них не было ни одной книги, и я попросил библиотекаря отложить их для меня, когда их вернут.

Она обошла вокруг тележки, внимательно рассматривая фрукты. Я следил за ней.

— Если тебе не терпится, я могу дать тебе свои экземпляры. Они у меня дома.

Мы оба потянулись за одной и той же клубничкой, но я оказался на долю секунды быстрее.

— А если вот так? — сказал я, протягивая ей клубнику, чтобы она могла дотянуться до нее губами.

Она взглянула на меня, затем на ягоду. Наклонившись и откусив половину ягоды, она улыбнулась и вытерла сок с подбородка. Я улыбнулся в ответ и отправил в рот оставшуюся половину клубники.

Иван

стоял передо мной и ел клубнику, ухмыляясь, словно кот, который лакомится канарейкой. А почему бы ему не ухмыляться? Он действительно только что поймал свою добычу. Я взяла кусочек дыни. Я наступила на горло своему второму, феминистически настроенному «я» и протянула ему ломтик дыни, чтобы он откусил от него. Он ведь всего лишь самодовольный мерзавец с огромным членом и такими же яйцами. Так почему же тогда, черт возьми, он мне так понравился?

Конечно, он заработал высокие баллы, доставив мне удовольствие, прежде чем получил его сам, а также тем, что заинтересовался моими книгами. Но он мог бы заработать еще больше, если бы снял это чертово полотенце. Я почувствовала легкое волнение от мысли, что мы проведем в одной постели всю ночь и он, скорее всего, будет без полотенца. Я попыталась прикинуть, сколько времени оставалось в нашем распоряжении.

— Когда тебе нужно вернуться завтра? — как можно более безразличным тоном спросила я.

— Мне нужно вернуться к девяти, у меня на это время запланировано занятие. Но я могу позвонить Стиву утром и попросить, чтобы он прикрыл меня, поэтому можем не торопиться. У нас куча времени.

Иван выпил немного шампанского и снова наполнил наши бокалы.

Его слова о том, что мы можем не торопиться и что у нас куча времени, взволновали и в то же время испугали меня. Мне нужно было побыть одной, чтобы собраться с мыслями. Я подошла к комоду и взяла сумочку.

— Не возражаешь, если я оставлю тебя на несколько минут? Мне нужно привести себя в порядок.

Он снова превратился в обворожительного галантного кавалера, поэтому лишь кивнул в знак согласия. Когда я собиралась повернуться и проследовать в туалет, я заметила, как он поправил полотенце, обнажившись на какую-то долю секунды. Я почувствовала, что снова краснею.

Я закрыла дверь и остановилась, чтобы перевести дух. Что, черт возьми, со мной происходит? Я никак не могла прийти в себя. У меня было такое чувство, что он закружил меня, а потом, отпустив, попросил пройти по ровной черте. Я просто не могла сделать ни шагу. Мне хотелось, чтобы земля перестала уходить у меня из-под ног и я смогла наконец понять, что же произошло.

«Я делала это и раньше, — повторяла я себе. — Может, я и не самая опытная женщина в мире, но я спала с достаточным количеством мужчин, чтобы знать правила игры». Не то чтобы мне не понравилось! Скорее наоборот. Мне понравилось то, что я испытала, в основном понравилось.

Меня позабавила собственная нерешительность. «С чувством юмора все в порядке», — подумала я, проверяя колпачок. Он остался на месте, несмотря на такую дикую встряску. Я посмотрела на дверь и подумала об Иване, который сейчас ждал меня по ту сторону двери. Все мои ощущения, связанные с ним, оказались для меня абсолютно новыми. Боже правый, я возбуждалась от одного только воспоминания о том, как он держал меня в объятиях, не давая мне даже пошевелиться.