Страдать, чтобы простить
Шрифт:
В свое время я пару раз видела ее дедушку. И в его присутствии всегда чувствовала себя несколько неловко: меня потрясали его цинизм и манера постоянно жаловаться на то, что у него все болит. По-моему, ему вообще никто не нравился, за исключением, по иронии судьбы, Джареда. Наконец Сара собралась с духом, выпустила мою руку и решительно встала. И хотя она явно смирилась со своей утратой, у меня возникло сильное желание сделать нечто такое, что немного приободрит ее.
— Знаешь, я поеду с тобой. — Я хотела, пусть отчасти, отплатить ей добром за добро. За то, что подставила
— Ой, нет, — решительно отмахнулась Сара. — На твою долю и так выпало более чем достаточно переживаний. И оказаться в кругу моей сумасшедшей семейки — испытание не для слабонервных. Уж можешь мне поверить. Я вернусь через несколько дней.
Я послушно кивнула.
Через полчаса Сара уже упаковала вещи. Мы были на низком старте, когда услышали со стороны подъездной дорожки гудок.
— Это за мной, — грустно улыбнулась Сара. — Все, пора ехать. — Она вдруг замялась и пристально посмотрела на меня. — Эмма, поговори с ним. Дай ему шанс переварить информацию, а затем просто поговори с ним. — Я неуверенно кивнула. Она крепко меня обняла. — Ладно, я скоро вернусь. Я тебе оттуда позвоню, идет?
— Конечно, — едва слышно произнесла я.
Сара выкатила чемодан за дверь и исчезла.
Ее отъезд меня страшно расстроил. Опять противно заныло под ложечкой. Я была настолько не в форме, что даже лучшую подругу не смогла успокоить. Хотя сейчас она не слишком и нуждалась в моих утешениях.
Я посмотрела на дверь в комнату Коула и тяжко вздохнула. У меня не было ни сил, ни желания объяснять ему, что произошло прошлой ночью. Мы оба все прекрасно понимали.
И все же что-то тут было явно не так. Я подошла к его двери и осторожно постучалась. Тишина. Тогда я нерешительно открыла дверь. Кровать была аккуратно застелена, комната казалась… слишком уж чистой. Я прошла дальше и обнаружила, что моя одежда по-прежнему висит в шкафу, туфли и сумка стоят на полу, а вот его вещи исчезли. Я заглянула в ванную. Там тоже не осталось ничего лишнего, за исключением моей зубной щетки.
Я уже собралась было развернуться и выйти из комнаты, но внезапно мое внимание привлек листок бумаги, лежавший на подушке. Я в задумчивости посмотрела на него, не в силах решить, действительно ли хочу узнать содержание письма. Мне вдруг стало страшно. Собравшись с духом, я развернула листок.
Я решил уйти первым, пока ты не заставила меня страдать. Эмма, я не позволю тебе причинить мне боль.
Я бессильно опустилась на кровать, словно придавленная тяжестью этих двух фраз.
— Коул, прости меня, пожалуйста, — прошептала я.
Все, что он не захотел сказать, я прочла между строк. Ведь я действительно заставила его страдать. Я сделала это.
Вернувшись в гостиную, я рухнула на диван и накрылась одеялом, чтобы согреться. Я лежала, уставившись невидящими глазами в пустоту, а сердце тем временем постепенно сковывало льдом.
Я снова почувствовала себя затерявшейся в этом мире. Девушкой без роду без племени. Моя семья от меня отказалась. Эван не смог простить. Сара во мне не нуждалась. Соседки по дому фактически были чужими.
Внезапно навалилась страшная усталость. Веки отяжелели. Я закрыла глаза в надежде, что голоса в голове не помешают мне заснуть.
Я смотрел на зажатый в руке телефон. Телефон, который Эмма оставила на кровати и который я должен был вернуть ей до отъезда в аэропорт. В этой спешке я напрочь о нем забыл. Я вставил в него свою зарядку и положил на письменный стол.
Дверь внезапно скрипнула — и в номер отеля, где я остановился, вошел Джаред с дорожной сумкой в руке.
— Привет, — поздоровался я. — А ты как оказался тут?
— Мама велела приехать. Сказала, что будет здесь вместе с тобой и что ей нужно сообщить нам нечто важное.
— Надо же! А ты, случайно, не знаешь, что именно? — поинтересовался я.
Вот дурак! Как я мог не догадаться, обнаружив в номере две кровати, что Джаред тоже приедет?! Но я был слишком занят своими мыслями, чтобы вообще хоть что-то замечать.
— Без понятия, — признался Джаред. — Она велела мне приехать. И вот он я. А завтра собираюсь вернуться вместе с тобой в Санта-Барбару.
— Ну и славно, — ответил я.
Джаред плюхнулся на соседнюю кровать, прислонился к изголовью и скрестил ноги.
— Ну и как продвигается твой генеральный план? Еще не лопнул?
— Нет у меня никакого плана, — раздраженно огрызнулся я.
— Эван, у тебя всегда есть план, — не сдавался Джаред. — Это в твоем стиле. Ты все тщательно продумываешь, разрабатываешь стратегию и планируешь каждый свой шаг. И я не верю, что ты сорвался и рванул в Санта-Барбару, не имея наготове очередного плана, особенно если учесть, как высоки ставки.
— Она разрушает все планы, — прошептал я и снова посмотрел на ее телефон.
Внезапно проснувшись, я испуганно оглядела комнату. Я была совершенно одна.
Я не хочу оставаться одна. Пожалуйста, не бросай меня.
В голове звучал отчаянный голос матери. Чтобы хоть как-то его заглушить, я откинула одеяло и вышла на веранду. Солнце медленно уходило за горизонт, оставляя на небе золотисто-оранжевые сполохи. Я чувствовала себя разбитой и усталой, хотя весь день спала.
Собравшись с духом, я уныло побрела вдоль берега мимо резвящихся в воде детей и сидящих на пляже людей. А когда оказалась у крутой лестницы на холм, начала медленно карабкаться вверх. Я сама толком не знала, что буду ему говорить. Просто не хотела оставаться одна, а больше мне некуда было идти.