Страдать, чтобы простить
Шрифт:
Мои ноги несли меня прочь от той девушки из прошлого, чтобы навсегда оставить ее позади. По мокрому лицу катились слезы вперемешку с по́том. Я оплакивала маленькую девочку, которая потеряла отца и у которой никогда не было матери. Оплакивала девочку, которая хотела, чтобы ее принимали такой, какая она есть, но всегда оказывалась недостаточно хорошей для других. Оплакивала девочку, которая корчилась от невыносимой боли в лапах ненависти. Оплакивала девочку, которая заслуживала любви, но не знала, как ее завоевать.
И пока я бежала
С каждым следующим шагом я оставляла за собой частицу своего прежнего «я». Впереди была полная неизвестность, поскольку я не знала и боялась узнать, что же останется от той — прежней — Эммы, когда я остановлюсь. Поэтому я продолжала упрямо бежать, несмотря на то что мускулы буквально молили о пощаде. У меня горели легкие и мутилось в глазах. Язык распух, я уже не чувствовала ног.
Нет, пора было сделать передышку. Я посмотрела на береговую линию, за которой серферы лениво покачивались на досках, и провела черту. Вон там все и закончится: я остановлюсь — и попытаюсь возродиться из пепла.
На ватных ногах я сделала последний шаг и рухнула на колени. Меня вдруг бросило в жар, я тряслась как в лихорадке. Попыталась сесть, но упала на спину и поглядела на ярко-синее небо. Заметив склонившееся надо мной лицо, я прищурилась, поскольку не могла сфокусировать взгляд.
— Эмма? — спросила какая-то девушка.
Присмотревшись повнимательнее, я увидела белокурые волосы и большие карие глаза.
— Ника?
— Что ты здесь делаешь? Откуда ты пришла? — Она протянула мне руку, чтобы помочь подняться.
Я смотрела на нее во все глаза не в силах пошевелиться.
— От дома Коула, — прошептала я, пытаясь пробиться сквозь туман в голове.
— Она что, сказала «от дома Коула»? — послышались незнакомые голоса. — Она, наверное, бредит. Это чертовски далеко.
— На, попей. — Подруга Ники опустилась на колени и вложила мне в руку бутылку с водой.
Холодная вода смочила воспаленное горло, из груди вырвался вздох облегчения. Напившись, я дрожащей рукой оторвала бутылку от губ.
— Может, отвезти тебя обратно к Коулу? — предложила Ника.
Я молча покачала головой, язык словно присох к нёбу.
— Так куда тебя подбросить? — спросила подруга Ники.
— К Нейту, — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Я постучал в дверь, никто не ответил. Тогда я подергал за ручку и, обнаружив, что дверь не заперта, вошел в дом. Он оказался пустым. Это было видно невооруженным глазом. У меня еще вечером возникло нехорошее предчувствие. Я вспомнил слова Нейта о том, что он заезжал, но никого не нашел…
Жаль, что он не догадался зайти.
Я проверил гостиную и гостевую комнату — ничего. После секундного колебания
Чертыхаясь, я вернулся в гостиную. Стеклянная дверь была открыта. Я вышел на веранду и обшарил глазами берег. И уже собрался спуститься на пляж, но тут зазвонил мобильник.
— Эван, ты вернулся?
— Привет, Нейт. Я у Коула, ищу Эмму, — сказал я, продолжая изучать пляж.
— Она здесь, с нами, — сообщил он. — Но у нее… э-э-э… легкое обезвоживание. — Он очень осторожно подбирал слова.
— Что ты хочешь сказать? Ты где? И почему у нее обезвоживание?
— Мы дома. Ника нашла ее на берегу, довольно далеко от нашего дома, и привезла сюда, — объяснил Нейт. Обращаясь к кому-то в комнате, он сказал: — Включи на максимум кондиционер и не давай ей ложиться.
— Нейт, что с ней случилось? — взволнованно спросил я и, с прижатым к уху телефоном, припустил к дому Нейта.
— Не бойся, она больше не блюет, — туманно ответил он. — Эван, у нее реальное обезвоживание и тепловой удар.
— Ты напугал меня до мокрых штанов! — рявкнул я. — Она в порядке? Может, надо прямо в больницу?
— Блин! Ты видел ее ноги?! — подал голос Ти Джей.
— Что?! — завопил я. — Нейт, что за фигня?! Так ей нужно в больницу или нет?
— Никакой больницы! — послышался истошный вопль Эммы.
— Она не хочет в больницу, — повторил Нейт.
— Понял, — нимало не удивившись, вздохнул я. — Сейчас буду.
Наконец я ворвался в дом, оставив дверь нараспашку. Эмму я нашел на диване. Лицо у нее обгорело, волосы слиплись от соли и пота. Она бессильно притулилась к спинке дивана.
— Привет, — ласково сказал я, присаживаясь рядом.
— Эван? — слепо прищурилась она.
— Ага, я уже здесь, — подтвердил я.
— Ты уехал. — Она с трудом откинула голову и попыталась сфокусировать на мне взгляд.
— Уехал, — подтвердил я.
— Ты уехал, — еще раз повторила она с надрывом в голосе.
— Но я же вернулся. И у меня твой телефон.
— О… Так ты вернулся, чтобы отдать мне телефон?