Стойкий

Брукс Анна

Это моя любимая часть дня. Самый яркий момент моей недели. Независимо от того, сколько людей выходит с нами, независимо от того, разговаривает ли он с кем-то ещё, он всегда делает это. Защищает меня. Относится ко мне по-особенному. Я ненавижу то, что мне это нравится, но не любить это невозможно. Никто никогда не заботился обо мне так сильно.

Конечно, Ричард заботился обо мне по-своему, извращённо. Письмо, которое он прислал мне из тюрьмы, прожигает дыру в моём кошельке, но я ещё не открывала его. Часть меня боится, что оно заставит меня чувствовать себя виноватой

за то, что я игнорировала его, но после того, что он сделал, как я могу продолжать поддерживать с ним какую-либо связь?

Мне приходится прочистить горло, чтобы понять, что мы стоим перед моей машиной.

Я поворачиваюсь и пытаюсь улыбнуться, но это превращается в зевок.

— Прости. Долгий день.

Он подносит руку к моему лицу и проводит большим пальцем по моей скуле. Требуется больше сил, чем я думала, чтобы не прислониться к ней.

— Тогда тебе лучше поехать домой и немного поспать, красавица.

Он отступает, и я тянусь к ручке. Это занимает две попытки, но я наконец открываю дверь и сажусь внутрь. Отъезжая, я наблюдаю за ним в зеркало заднего вида, пока мне не приходится выехать со стоянки, и Эрик не исчезает из виду.

***

— Нет, нет, нет. — Я вдавливаю педаль в пол и ударяю по рулю. — Чёрт возьми, — тяжело вздохнув, я возвращаюсь домой и просматриваю старую, истрёпанную телефонную книгу, которую отыскала на дне ящика, и ищу компании по эвакуации. Обзвонив три фирмы, я нашла один гараж, его сотрудники могут отбуксировать мою машину, а затем также отремонтировать. Я понятия не имею, хорошо ли они знают своё дело, но мужчина по телефону сказал, что может быть здесь примерно через десять минут, поэтому я даю ему свой адрес. Я также звоню в «Сложности» и оставляю сообщение Брэду, чтобы сообщить ему, что опоздаю.

Пятнадцать минут спустя я стою здесь и смотрю, как водитель эвакуатора подключает мою машину. Он протягивает мне бумагу на подпись.

— Уходите или уже пришли?

— Собиралась уходить. — Я вздыхаю. Мне придётся идти пешком, и тогда я опоздаю ещё сильнее.

— Куда вам надо? — Он забирает планшет с подписанными бумагами обратно и надвигает солнцезащитные очки на глаза.

— На работу.

Он усмехается.

— Где это? — уточняет он.

Всё говорит мне о том, что он действительно хороший парень. Вероятно, лет тридцати пяти, немного грязноват, но этого и следовало ожидать, зная, чем он зарабатывает на жизнь.

— «Сложности». Бар.

— О, это не так далеко, я проезжаю прямо мимо этого места. Хочешь, я тебя подвезу?

И всё же я колеблюсь.

Его телефон звонит, и он смотрит на него, потом снова на меня.

— Мне нужно идти. Тебя подвезти или нет?

Почему нет?

— Конечно.

Я обхожу здоровенный грузовик и запрыгиваю внутрь, отмечая на приборной панели фотографию, изображающую по-видимому его жену и дочерей. Двигатель с грохотом заводится, и я пристегиваюсь. К счастью, поездка короткая и без происшествий, и он всё время говорит о своей маленькой дочери, которой только что исполнилось четыре года. Когда он подъезжает ко входу в «Сложности», я благодарю

его.

— Нет проблем. Мы осмотрим вашу машину в понедельник и позвоним.

Чёрт возьми, до этого ещё два дня.

— Ладно. Ещё раз спасибо вам.

Я открываю свою дверь, и прежде чем я даже ступаю на землю, Эрик оказывается там, хватает меня за талию и вытаскивает из грузовика. Он захлопывает дверь и поворачивается ко мне лицом. О, он взбешён. Его ноздри раздуваются, а челюсти сжимаются.

Хищник и добыча. Он преследует меня, пока я не упираюсь спиной в кирпичную стену клуба. Он кладёт свои руки по обе стороны от моей головы, заключая меня в клетку. Ярость в его глазах должна была бы напугать меня, но это не так. Вообще. На самом деле, я чувствую абсолютную и полную противоположность страху.

Его нос фактически соприкасается с моим.

— Что. Чёрт возьми. Ты. Делаешь?

— Прошу прощения?

— Ты серьёзно села в грузовик с мужчиной, которого не знаешь. Одна? Господи Иисусе, Полли!

Оправдание слетает с моих губ, потому что я не хочу, чтобы он думал, что я идиотка.

— Моя машина заглохла, и я вызвала эвакуатор, а когда он приехал, он предложил меня подвезти, так как это было ему по пути. Ничего страшного не…

— Ты так думаешь? Ты была наедине с мужиком в два раза больше тебя. Он мог прикоснуться к тебе, воспользоваться тобой… Он мог причинить тебе боль, — заканчивает он шёпотом и прижимается своим лбом к моему, его тепло проникает в меня.

— Он этого не сделал. Я была в порядке, Эрик, в полной безопасности.

— Никогда больше так не делай. Пожалуйста. Если тебя нужно подвезти, или даже если твой грёбаный слив засорился, что угодно, не звони другому мужчине. Позвони мне.

— Почему?

Его веки медленно закрываются, прежде чем он открывает их. Волнение, бурлящее в его глазах, заставляет их немного потемнеть, превращая янтарно-нефритовые крапинки в цвет вечнозелёных растений.

— Потому что, если бы с тобой что-то случилось, а меня там не было…

О нет, я не позволю ему сделать это. Я не позволю парню вмешиваться и думать, что обо мне нужно заботиться. Я не привязываюсь к кому-то только, чтобы остаться на плаву.

— Я не под твоей ответственностью. Мне приятно, что тебе не всё равно, но я не собираюсь звонить тебе, если моя дверь заскрипит. Вот почему у меня есть домовладелец, он…

— У вас всё хорошо? — голос Брэда заставляет меня подпрыгнуть, но Эрик не шевелит ни единым мускулом.

— Мы в порядке, — говорит Эрик, не поднимая головы от моей.

— Полли?

— Всё хорошо. В любом случае, я как раз входила, — я выныриваю из-под руки Эрика и улыбаюсь Брэду. — Извините, я опоздала. Моя машина заглохла, и мне пришлось её отбуксировать.

— Всё хорошо. Я получил твоё сообщение. — Брэд заглядывает мне через плечо и приподнимает бровь. — Если тебя нужно подвезти домой, дай мне знать.

— Я отвезу её домой, — заявляет Эрик, проходя мимо нас, а затем исчезает в баре.

Брэд пожимает плечами.

— Тогда, я думаю, Эрик отвезёт тебя домой.