Стойкий

Перевод: Женя

Редактор: Lisyono4ek

Обложка: Таня Медведева

Оформление: Eva_Ber

Эрик

Я

сижу на краю кровати в гостевой комнате моего лучшего друга, опустив голову, и жду, пока не услышу, как закрывается дверь его гаража. Мне больно открывать глаза, но я должен это сделать, чтобы встать. Голова раскалывается. Тело болит. В мыслях полный бардак. Но ясно одно — мне нужно уезжать.

Не уверен, сколько ещё я смогу продолжать делать это с самим собой. Но абсолютно уверен, что существует разрыв между реальностью и жалкой правдой. И после каждого запоя не могу решить, благодарен ли я или обижен на отсрочку.

Я укладываю все свои вещи в одну спортивную сумку, а затем легко допиваю водку, стоящую на комоде, прежде чем выйти на улицу, только чтобы вспомнить, что моей машины здесь нет. Ломая голову, я отталкиваю дымку прочь и пробираюсь сквозь грязь, чтобы понять, где оставил её прошлой ночью.

Отель.

Точно. Он всего в миле отсюда, так что пойду я пешком. Не заслуживаю того, чтобы вернуться в мой прекрасный дом и положить голову на удобную подушку. Я отказываю себе в таких маленьких удовольствиях, когда делаю это дерьмо с собой. Пьяный я — это не настоящий я, поэтому избегаю всего, что напоминает мне о том, кто я на самом деле или откуда пришёл.

У меня сейчас ужасное похмелье. Мое дыхание неестественно тяжелое, и пот стекает по спине, когда я волочу ноги по улице. Каждый сделанный шаг сотрясает мою голову, и тупой пульс в моём черепе усиливается до пульсирующего отбойного молотка.

Добравшись до парковки, я роюсь в сумке в поисках ключей и открываю багажник. Порывшись в коробках, вытаскиваю несколько новых комплектов одежды и меняю их в сумке на грязные. Затем хватаю коробку с бутылками ликёра, стекло позвякивает во время моего движения, и я направляюсь внутрь, чтобы зарегистрироваться.

— Эй, — ворчу я на цыпочку за стойкой.

Она отрывает голову от телефона и откашливается.

— Простите. Я… — я лёгкой улыбкой она делает ещё одну попытку. — Я могу вам помочь?

— Нужен номер.

— Хорошо. С одной двуспальной или двумя двуспальными кроватями?

— Плевать. Просто номер.

Она облизывает губы, и, хотя я могу сказать, что она молода — вероятно, ей чуть за двадцать, — не могу не думать, что она могла бы стать неплохим отвлечением. Она не так уж молода. Старше, чем прожила София. «Из-за тебя». Мой разум начинает наказывать меня, и потребность в большем отвлечении садится на моё плечо и постукивает по голове.

— Как долго пробудете у нас?

— Без понятия.

Мне просто нужно добраться до места, где я смогу утопить свои печали в темноте.

Я некоторое время жил у своего приятеля Смита и его девушки Мелли. Первоначально просто собирался проваляться в отключке пару дней, что является моим обычным занятием — задохнуться от жалости к себе, а затем вернуться на работу и притворяться, — но, когда началось всё это дерьмо, я не уехал. Теперь всё улажено, поэтому самое время уезжать.

— Хорошо.

Она печатает на клавиатуре и нервно смотрит на меня. Её большие зелёные глаза и рыжие волосы внезапно сияют, когда на неё падает солнечный свет. Девушка снова прикусывает свои чёртовы губы.

— Сколько ключей вам нужно?

— Лишь один. Но если захочешь воспользоваться этим ртом, то можешь взять другой для себя и навестить меня позже.

В мире существует два типа женщин. Нет, не так. Их три. Первые — хорошие. Милые, заслуживающие достойного парня, который будет относиться к ним как к золоту. Однажды у меня такая была. Знаю, что никогда не встречу другую такую, не то чтобы я её заслуживаю, но такие девушки, как моя София, бывают раз в жизни, а её жизнь оказалась слишком коротка.

Поскольку ей нет замены, я соглашаюсь на один из двух других типов. Те, кто, либо принимают приглашение без сожалений, либо те, кто подобно цыпочке что передо мной, притворяются униженными или оскорблёнными, но в конечном итоге всё равно принимающие его. Им нужно чувствовать себя хозяевами положения и иметь преимущество. Мне плевать, с кем из них я закончу, лишь бы ночь закончилась моим членом в чём-то тёплом и влажном. Эти мероприятия забронированы для тех случаев, когда я не могу достичь того уровня забвения, достигаемого с алкоголем, который я вливаю в своё горло, чтобы забыть всё это.

— Прошу прощения? — она прижимает руку к груди и изумлённо смотрит на меня.

Читаю её имя на бейдже.

— Послушай, Шелли. У меня было дерьмовое утро. Я планирую провести сраный день, а потом хреновый вечер. Думаю, что мне будет хорошо одному. Но если ты захочешь присоединиться ко мне, это было бы фантастически. Если нет, пошли подругу. В любом случае мне всё равно. Но не притворяйся, что не смотришь на меня так, будто не хочешь, чтобы я перегнул тебя через этот стол и трахал до тех пор, пока ты не закричишь так громко, что это будет слышно на крыше. — Я закидываю сумку на плечо и борюсь с приступом тошноты от того, как легко эти слова срываются с моего языка. — Ключ, пожалуйста.

Она швыряет ключ в мою протянутую руку.

— Номер три двенадцать.

Не говоря больше ни слова, я хватаю свои шмотки и направляюсь к лифту. Пока жду, когда он откроется, я вижу, как она засовывает ключ в карман через отражающее стекло. Это зрелище должно было бы сделать меня счастливым, но это не так. На самом деле меня уже мало что радует. Даже не легкодоступная киска. Это было несколько месяцев назад, в результате чего мысль об ещё одном забывчивом трахе, ещё одной бесчувственной встрече заставляет мой желудок сжиматься. Гнилой алкоголь, циркулирующий в нём, тоже не помогает.