Стойкий
Шрифт:
Он вздыхает и потирает затылок.
— Четыре месяца.
— Вот именно. И ты зарабатываешь тысячи за ночь. Закрывать эту зону было бы плохим решением. Люди приезжают со всего штата просто для того, чтобы провести здесь ночь; это единственный в своём роде клуб, и частью этого является VIP-зона.
— Деньги не стоят того, чтобы тебя или какую-нибудь ещё нашу девушку домогались, Полли, — заявляет Брэд.
Она бросает бутылку с водой в мусорное ведро и встаёт.
— Поверь мне, это было ерундой. Всё в порядке, я в порядке. Я могу постоять за себя, хорошо?
Я выхожу вслед за ней из комнаты, игнорируя Брэда, когда он
— Что значит — ничего не было?
Она наклоняет ко мне голову, и я наклоняю свою ближе к её. Если бы я сдвинулся ещё на несколько дюймов, я мог бы прикоснуться к ней губами. Наконец-то смог бы попробовать её на вкус. Обхватить руками её грудь и почувствовать, как твердеют её соски. Однако она больше, чем просто её убийственное тело, она весёлая. И уверенная в себе. И умная. И я хочу, чтобы её глаза сверкали страстью, а не темнели от страха. Я хочу знать, ускоряется ли её сердце рядом со мной так же, как моё рядом с ней. Но дело не в этом.
— У всех нас есть прошлое, Эрик. — Она постукивает носком туфли по полу. — Я ценю, что ты вмешался. Спасибо тебе.
Она обходит меня, и я прислоняюсь к стене, наблюдая, как она уходит, понимая, что мне плохо. Действительно чертовски плохо.
Глава 4
Полли
Я спешу, чтобы успеть подать напитки до конца ночи, и чувствую, как моё лицо теплеет с каждым шагом, который я делаю. Не потому, что мне жарко от того, что я практически бегаю. Не потому, что ношу узкие джинсы. А из-за мужчины, чей пристальный взгляд я чувствую на себе, и так было с самого первого дня. Даже когда он в другом конце комнаты, я поднимаю глаза, и бум, наши взгляды встречаются.
Несмотря на то, что я пытаюсь игнорировать это, искры летят каждый раз, когда мы смотрим друг на друга. Бабочки щекочут мой живот, и моё сердцебиение становится неустойчивым. Но мне нужна эта работа. Деньги были таким благословением в последние несколько недель. Я заработала больше, чем рассчитывала, и это одна из причин, по которой я так против закрытия VIP-зала. Это действительно хорошие деньги. Наконец-то я смогу открыть сберегательный счет и надеюсь заменить свою машину в ближайшие несколько месяцев. Этот кусок дерьма и так едва не разваливается. И поскольку машина — это последняя ассоциация, которая у меня есть с Ричардом, я хочу, чтобы она исчезла.
Я использовала деньги, которые ранее сэкономила на арендной плате за первый и последний месяц, поэтому, когда я начала работать в клубе у Брэда, на моём текущем счёте было всего около семи долларов.
Когда я жила с Ричардом, я не понимала, за сколько он на самом деле платил. Или как мало я зарабатывала. Я считала само собой разумеющимся, что мне выдают деньги на продукты или автоматически оплачивают коммунальные услуги. Я делала всё, что могла, но пятичасовой работы в закусочной было недостаточно, чтобы кого-то прокормить, и всё же Ричард ни разу не пожаловался на финансы. На самом деле, именно он посоветовал мне остаться в «Ланчбоксе» и не работать полный рабочий день.
Когда ночь сменяется ранним утром, у меня начинают болеть ноги и поясница. Время к закрытию клуба, так что все скоро начнут убираться. Я закрываю вкладки
Позади меня раздаётся низкий рокот, и я оглядываюсь через плечо, чтобы увидеть Эрика. Он сжал руки в кулаки по бокам, и его глаза прикованы к моей заднице, торчащей в воздухе. Я выскальзываю и прислоняюсь к столу, потому что, когда он так смотрит на меня, это ослабляет мою решимость. Из-за таких вот взглядов со мной случаются всякие вещи. То, что точно мне не нужно.
— Что-то не так? — спрашиваю я немного грубо.
— Ты последняя. Я просто жду, чтобы всё закрыть и уйти. — Он сглатывает и проводит рукой по волосам.
— Все остальные уже ушли? — Я знала, что Брэд ушёл пораньше, но другие ребята не попрощались, как обычно. Полагаю, поскольку я убиралась и была погружена в свои мысли, они могли меня и не заметить.
— Да, все ушли, ты задержалась.
— Ой.
Он подходит ко мне ближе, и я пытаюсь отступить, но мне некуда двигаться. Если честно, то я не знаю, хочу ли я отстраниться от него. Я вроде как хочу остаться прямо здесь. С ним.
— Полли, — говорит он низким голосом. — Нам пора идти.
— Куда идти?
— Определённо туда, где ты не будешь находиться рядом с горизонтальной поверхностью, и мы не будем одни. — Кончики его ботинок касаются кончиков моих, и я прерывисто вздыхаю, поднимая голову, чтобы увидеть его лицо. Его язык высовывается и облизывает губы. — Если только это не то, чего ты хочешь.
Конечно, я хочу. Меня никогда не касались мужчины исключительно потому, что хотели прикоснуться именно ко мне. Всегда был скрытый мотив… Чёрт, может быть, с Эриком тоже так будет; я не знаю. Но как бы мне этого ни хотелось, я не могу. Я не могу так рисковать. Мне нужна эта работа, и мне нужно моё здравомыслие. Слишком много мужчин обманули меня, и мне действительно нравится вся эта история с независимостью, которая у меня сейчас происходит.
Но мне также нравится, когда пальцы Эрика касаются моей кожи, каким бы невинным ни был этот жест. Когда он рядом со мной, я ловлю себя на том, что улыбаюсь чаще. Его близость успокаивает меня. Я чувствую себя в безопасности, зная, что он рядом. И поскольку он заставляет меня чувствовать все эти вещи, я знаю, что, когда я ему надоем или, когда проявится его истинное лицо, я не смогу быть рядом с ним и потеряю эту работу. Я не могу так рисковать. Из-за моей работы, но также и из-за моего сердца.
Я качаю головой, затем отступаю от него в сторону, спускаюсь по нескольким ступенькам, ведущим в главную зону клуба, и бросаю тряпку в ведро за стойкой. Его шаги приближаются, и когда я хватаю свою сумочку из офиса Брэда, я протискиваюсь мимо Эрика, чья фигура почти такая же большая, как вся чёртова дверь, и жду у чёрного входа, пока он устанавливает сигнализацию. Даже когда все остальные с нами, это обычная рутина.
Ожидая, пока он введёт код, я достаю ключи из сумочки. Он толкает дверь, выглядывает в переулок и выходит впереди меня. Затем он снова тянется к моей руке. Я вкладываю свою в его, и свободной рукой он защёлкивает дверные замки. Оказавшись в безопасности, он отпускает мою руку и ведёт меня к моей машине, положив ладонь мне на поясницу. Когда Эрик сделал это в первый раз, я даже не думала, как это странно, потому что это было так приятно.