Сто девять (116) Глава 12
Шрифт:
же леприхуна Ал-Хима. И каждый раз после торгового визита виртуоз заяв-
лял, что его нещадно обманули и причина тому – непомерная хитрость этих
маленьких противных карликов, и он с удовольствием нашел бы поставщика
в столице, где царил порядок и честность. А у нас, в Плакте, властвовали эти
маленькие бестии - леприхуны. Конечно, они были не так жадны как кобли-
наи, - зато в умении обмана им не было равных. Чуть ли не каждый день
местные газеты трубили
очередной несостоявшейся сделки.
– А куда мы идем? – оторвавшись от своих мыслей, поинтересовался я.
– Когда доберемся, увидишь. И поверь мне, не разочаруешься, - продолжил
интриговать Дейв.
На улицах сегодня, в прочем, как и всегда, было многолюдно. Щурясь от
яркого летнего солнца и вдыхая пыль, смешанную с человеческим потом и
слегка приправленную выхлопными газами, я пытался не упустить из виду
темно-синюю куртку Дейва. Ускорив шаг, он едва не ускользнул от меня,
обогнав неуклюжего циклопа.
– Погоди… Да погоди ты! – запыхавшись окрикнул я его.
– Некогда, - отозвался Дейв. – Ал, не любит когда опаздывают.
Вначале я не разобрал его слов, а когда понял что к чему, было уже поздно.
Свернув к серым низким постройкам, окна которых были скрыты массивны-
ми металлическими ставнями с огромными заклепками, я почувствовал не-
приятный запах нечистот. В здешних местах, наверное, до сих пор не было
канализации, и жители справляли нужду прямо в проулках.
– Отвратительное место, - озираясь по сторонам, без тени сомнения заклю-
чил я. – Тут, наверное, куча всяких болезней.
– И никаких посторонних глаз, - думая о чем-то своем добавил Дейв.
Хотя с его утверждением я бы не согласился. Всю дорогу от центральной
улицы до заброшенного дома, напоминавшего выбитыми рамами и обвалив-
шимся балконом рваный башмак, я чувствовал не себе неприятные посто-
ронние взгляды. Но главное было не наличие неведомых соглядатаев, а их
количество. Ни пять или восемь, а гораздо больше… Если я не ошибался, за
нами следило, по меньшей мере, три дюжины неведомых личностей.
Остановившись возле прогнившей двери, которая давно поросла серым
мхом и была исполосована лезвиями, Дейв постучался. Необычно. Сначала
несколько раз коротко, потом сделал паузу и воспроизвел условный сигнал
еще три раза подряд.
Ответом стала тишина. Поежившись, я нервно обернулся.
Возле воняющей кучи хлама возникла небольшая серая тень. Забравшись на
самую верхотуру, она выпрямилась и в свете заходящего солнца стала насто-
ящим гигантом. Только сейчас я понял, что это всего-навсего зубастая
Заметив мою реакцию, Дейв поднял валявшийся булыжник и зашвырнул в
носатого хозяина помоек. Крыс прижал голову и устремился прочь.
– Постоянно здесь носятся, - признался друг и вновь повернулся к двери.
Стук повторился. И на этот раз я услышал тяжелые, неспешные шаги. Что-то
огромное приближалось к нам с противоположной стороны преграды.
Лязг открывающихся замков растянулся на несколько долгих секунд, слов-
но дверь имела бесчисленное количество секретных штырей и защитных ме-
ханизмов.
Протяжный скрип.
Подняв голову я уставился на огромного циклопа.
– Ну? – глухим басом поинтересовался громила.
– Мы к мистеру Клеверу, - дрогнувшим голосом ответил Дейв.
– Ну? – повторил свой вопрос циклоп и медленно выступил из сумрака кори-
дора. Его лицо было украшено множеством темно-синих татуировок, хотя на
сильно загорелой коже они больше напоминали огромный синяк, чем слож-
ную вязь причудливых узоров.
– Он нас ожидает, - настойчивее произнес мой приятель.
Нахмурившись, циклоп немного помолчал, обдумывая слова Дейва, а затем,
потоптавшись на месте, и почесав затылок, сказал.
– Тогда ты должен знать слова, - а затем сделал шаг вперед и оказался, чуть
ли не в паре дюймов от нас. В лицо пахнуло тухлой рыбой – любимым ла-
комством одноглазых. Но ни это было самым страшным. В руке циклопа ма-
ятником покачивался шестопер – опасное оружие, которое я видел всего пару
раз в жизни.
Дейв замялся.
– Ты что забыл пароль? – всполошился я.
– Не мешай, иначе не вспомню. Медные шестеренки! Клевер же говорил
мне…
– Ну? – потребовал циклоп. И судя по его каменному лицу, терпение велика-
на было на исходе. – Или слова, или лишитесь языка!
И я понял, что вот теперь-то, уж точно влип в историю. Циклопы всегда были
немногословны и никогда не бросали слова на ветер. А еще, они очень люби-
ли украшать свою грудь бусами из человеческих ушей, языков и пальцев.
Жуткий привратник сделал еще один шаг вперед, смещая нас со ступенек.
Отступив назад, я уже приготовился дать деру, когда Дейв внезапно про-
шептал:
– Хвост трясогузки стоит дорого!
Циклоп насупился, закатил глаз, будто пытался что-то вспомнить и через
пару ударов сердца, удовлетворенно кивнул.
Дейв посмотрел на меня, и гордо подняв подбородок, приветливо кивнул,
мол, видишь, как я все устроил. Хотя мое настроение резко испортилось, и я