Ститч

Вилдер Л.

Взгляд Рэн метнулся ко мне.

– Сестра?

Я как раз собирался ответить ей, когда Клатч прервал меня:

– Ститч, Коттон хочет видеть тебя в своем кабинете.

Посмотрев на Рэн, я спросил:

– Ты не против, если я оставлю тебя с ребятами на некоторое время?

– Конечно. Все будет нормально. Будет возможность поговорить с твоей сестрой, – сказала она с сарказмом.

– Говори обо всем, что хочешь, дорогая, – сказал ей как раз перед тем, как обхватить руками ее бедра, притягивая ближе и завладевая ее губами.

Она застонала

в поцелуе, в то время как ее руки скользили по моей шее, запутываясь кончиками пальцев в моих волосах. Вкус пива все еще оставался на ее губах, когда я углубил поцелуй, и ее язык встретился с моим. Он послал удар прямо в мой член, что затруднило сдерживание моей потребности в ней. Я никогда не знал никого похожего на нее. Одним простым прикосновением она скрутила меня в узел, и мне больше всего на свете хотелось остаться в ее объятиях.

Я неохотно отстранился, заставляя себя отпустить ее, пока не потерял полный контроль, и сказал:

– Не позволяй этим чертятам втягивать тебя в неприятности, пока меня нет.

– Думаю, я справлюсь, – игриво ответила Рэн.

– Я в этом уверен.

Глава11

Рэн

– Черт возьми! После такой картины мне понадобится холодный душ, – смеясь, сказала Кэссиди. – Черт. Мне очень, очень нужно потр*хаться.

Я улыбнулась, подумав, что и сама не прочь принять холодный душ. От этого поцелуя у меня закружилась голова, и я почти забыла о недавнем приступе ревности. Была удивлена, как быстро зеленоглазый монстр овладел мной, заставив вести себя как полная идиотка.

Со злостью смотрела на другую женщину за то, что она дотронулась до Гриффина. Я никогда не была ревнивой. Это было совершенно не похоже на меня, и, узнав, что та девушка его сестра, я почувствовала себя еще хуже.

– Я уверена, что ты найдешь здесь кого-нибудь, кто поможет тебе с этим, – сказала Хенли, закатывая глаза. – Ты получаешь все, что нужно девушке, просто стоя за этой стойкой.

– Я бы хотела... этот поцелуй был самым настоящим из всех, что я видела за последние недели. Это начинает угнетать, – надулась Кэссиди. – Ребята больше даже не смотрят в мою сторону. Как будто у меня вырос третий глаз или что-то в этом роде.

– Не надо так драматизировать, Кэсс. Кроме того, мы все знаем, что есть только один из них, о котором ты действительно заботишься. Тебе было бы наплевать на остальных, – засуетилась Хенли, делая очередной глоток пива.

– Да, ну... он даже больше не признает мое существование. Я не понимаю. Все парни присматривают за женщинами, следят, чтобы они были в безопасности, и все такое прочее. Кто за мной присматривает? Уж точно не он! Его жалкая задница полностью игнорирует меня. Черт, он даже не смотрит на меня, – саркаСтитчески ответила она. Я понятия не имела, о ком говорит девушка, но было очевидно, что отсутствие его внимания причиняло ей боль. – Думаю, нам нужно выпить чего-то покрепче. Давайте

выпьем несколько шотов!

– Я «за», – сказала Эммерсон, садясь на табурет рядом со мной. – Мне бы не помешало немного. Моя диссертация почти доконала меня, и я уверена, что профессор разорвет ее в клочья, так как я пропустила так много дней занятий.

– Звучит как отличный предлог, чтобы напиться. А как насчет тебя, Рэн? Ты с нами? – спросила Кэссиди.

– Конечно. Почему бы и нет? – ответила я, зная, что мне достаточно всего пары шотов, чтобы дойти до состояния нокаута.

Оказалось, у нас был свой личный бармен. Кэссиди выстроила рюмки вдоль стойки и налила нам по полной рюмке текилы. Она взяла соль и лаймы и положила их перед нами. Затем она подняла свой бокал и сказала:

– Выпьем за мужчин, которые сводят нас с ума. Пусть их татуировки исчезнут, их мышцы сдуются, а яйца высохнут!

– Ты псих, Кэссиди, – рассмеялась я, – Абсолютный псих! – была рада, что она смогла взять выходной и просто поболтать с нами сегодня вечером. Девушка была такой веселой.

Следующие сорок пять минут мы смеялись и пили, пока мне рассказывали обо всем, что происходит в клубе. Я и понятия не имела, что в здесь так много всего происходит.

– Просто помни, что клубные дела – это то, о чем не стоит говорить. Это способ парней защитить нас, – объяснила Кэссиди.

– Клубные дела? Что за дела? – спросила я.

– Лучше в это не вмешиваться, Рэн. Доверьтесь мне. Я научилась этому на собственном горьком опыте, – засмеялась Хенли, – Не волнуйся. У тебя все получится.

– Довольно здорово иметь так много знакомых людей, готовых быть с вами всегда, когда они нужны. Когда ты становишься старухой⁷, ты становишься частью семьи. Они сделают все для тебя и твоего сына, – объяснила Кэссиди.

– Не знаю, смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к этой «старухе», – призналась я.

– Если это правда, то ты будешь думать, что это лучшее, что когда-либо случалось с тобой, – улыбнулась Хенли.

– Поверю тебе на слово, – сказала я, смеясь.

У каждой из них была своя дикая история о клубе, и мои щеки на самом деле болели от смеха. Мне нравилось быть здесь с ними, и я начинала понимать, почему они решили связаться с клубом. Это было потрясающе. Даже мужчины были милы, стараясь, чтобы я чувствовала себя с ними как дома. И я действительно с нетерпением ждала возвращения.

– Я хочу знать о тебе и Ститче, – пробормотала Хенли.

– Ну... мне нравятся его губы, – хихикнула я. Наклонившись ближе к ней, прошептала. – И эти глаза... боже, мне нравится, как этот человек смотрит на меня, как будто он может поглотить мое тело и душу в одну минуту, но лелеет само мое существование.

– О да, я не думаю, что кто-то из нас пропустил тот тающий взгляд, который он бросил на тебя через бар. Это было... вау, – хихикнула Хенли.

– Эй! Ты говоришь о моем брате, шлюшка, – проворчала Эммерсон, делая еще один глоток текилы.