Стихийная работа
Шрифт:
– Вон, у него спросим, - кивнул Бешеный в сторону связанного мага.
– По-моему, он не рвется помогать, - прищурился Сэнс. – Он бы меня сейчас с удовольствием сжег. Или помог в окно выйти. Как раз об этом и думает.
Милли моргнул и попытался прикрыть мысли щитом. Получилось неудачно. Раньше он редко сталкивался с телепатами, и навык не был отшлифован, как следует. У Сэнса его попытка вызвала приступ веселья.
– Кстати, у нас гости, - сообщил он, выглянув во двор. Стекол в окнах нигде не было, видать, Миллириону они чем-то мешали. – Точнее, у нашего гостеприимного «друга».
Я подошел к окну. Посреди двора, опираясь на меч, стояла личность подозрительно героического вида,
– Герой, - констатировал я, оборачиваясь к Миллириону. – По твою душу. Предлагаю варианты: первый - ты начинаешь нам помогать и отказываешься от всякой мести мне и моим друзьям, и я разбираюсь с ним от твоего имени; второй – ты выходишь сам, под парочкой моих заклинаний, но даже если сейчас ты выживешь, что очень сомнительно, из Бюро тебя выгонят с треском. Это я тебе гарантирую. Слово «Последнего Подвига».
– Т-тринадцатый Круг? – слегка заикнулся Милли, проникаясь невольным уважением. Оказывается, к работе он относился очень серьезно, не то, что я в свое время.
– Тринадцатый круг, - подтвердил я. Кажется, отношения таки наладились, драться не будет. Фактически, по внутреннему порядку БПДД я был прямым начальством для любого злодея младше моего круга, а поскольку ранг определялся силой (точнее, степенью опасности), он сохранялся и после ухода из бюро, если, конечно, увольняли не по причине старческого склероза и непригодности к работе. – Что предпочитаешь, коллега?
– Помогать, - ответил Милли после минутной паузы, оценив все варианты. Взгляд уже не полыхал, как будто оскорбленная гордость успокоилась тем, что пострадала от действительно сильного противника.
На том и порешили. Я остался общаться с Героем, а все остальные посчитали по карте координаты и отправились к храму через открытую мной пространственную дверь.
Белая девочка с длинной и острой косой.
«Конец фильма».
Через полчаса Герой все еще стоял посреди двора, как памятник древнему полководцу. Наверное, он считал, что обитающее в замке зло, кем бы оно ни было, рано или поздно само выйдет погулять и напросится на честный бой. Я выходить не собирался. Из принципа и из любопытства: сколько он там протянет. Я просто сидел у окна в мягком кресле с книжкой из Миллиной библиотеки, поглядывал иногда на Героя и ловил поверхностные мысли, чтобы проверить, не спит ли он там стоя. Или, может, медитирует.
Герой не спал. Он очень громко думал о том, зачем его сюда занесло и зачем он вообще подался в наше достославное Бюро. Почти с ранней юности пылко любил он одну девушку, которая с той же страстью любила легенды о Героях, и, пожалуй, прохождение кругов БПДД было единственным способом хоть как-то привлечь ее внимание. На четвертом круге она впервые начала отмечать его среди своих знакомых, и, пройдя пятый, он уже мог на что-то рассчитывать. Значит, Миллирион у нас «подвиг» пятого круга… Не знаю, что бы сказал он сам, но на мой искушенный взгляд Герой на пятый круг не тянул. Ну, никак, даже с поблажками. Правда, я только с тринадцатым кругом общался, те были намного интеллигентнее, все-таки элита, но и уровень остальных кругов приблизительно представлял.
Прошел час. Мне постепенно становилось его жаль. Вы когда-нибудь слышали легенду, в которой подвиг не состоялся, потому что злодея не было дома? Я нет. Придется к нему спуститься. Только внешность надо сменить, чтобы слухи ненароком не дошли до Гарди. Я ему и так легенду обещал.
Результат превращения слегка напоминал Милену, слегка – будущую невесту героя, но в целом получился довольно симпатичным и наречен был Миллиреной в честь нашего горе-волшебника. Это же
Герой меня не победил. Вообще никто никого не победил. От долгого стояния в холодных тяжелых доспехах беднягу скрутил радикулит, и мне пришлось вытряхивать его из лат и делать массаж. Самонадеянный «геркулес-экстра» не сомневался в своей победе, но в то, что я и есть его очередной подвиг, поверил с трудом. А когда поверил, убить меня не поднялась рука. Мы выпили по три кружки хорошего черного кофе из замковых запасов, побеседовали «за жизнь», и Герой ушел, а я на прощание помахала ему шарфом из окна. Насколько я знаю, в БПДД его больше не видели. Птички говорили, что он стал отшельником, поселившись где-то в лесу на континенте, и прожил свою сотню лет, больше ни разу не взяв в руки меч.
Смерти нет, и всегда – пожалуйста…
ДДТ.
И только через полчаса после ухода Героя и моего обратного превращения вспомнил я о малом кольце Аджара, благополучно забытом у меня на запястье, и отправился к храму.
Миллирион ждал меня перед дверью. Странно, что они связаться со мной не догадались. Иноходец, по крайней мере. И лицо у Милли какое-то странное… никакое…
Я прошел вслед за ним внутрь храма и увидел Великое Кольцо. Оно не было ни городом, ни даже зданием, как ошибочно помнил Аджар, и я понял, кем он раньше являлся. Аджар, бог Двух Колец, смотрел за Жерновами Судьбы, двумя огромными мельничными жерновами посреди храма, каждый высотой в полтора моих роста. От них веяло древней силой, и мне усилием воли пришлось гасить хищный инстинкт Огня, для которого Великое Кольцо было в первую очередь Хорошей Едой.
«Ням», - подбросило подсознание. «Не ням, - твердо заявил я сам себе. – Их надо Аджару отдать».
Из-за жерновов вышел сам Аджар с уже знакомым никаким выражением лица. Миллирион встал за его спиной.
– Великое Кольцо приветствует тебя, - сообщил он не своим голосом.
– Великому кольцу нужна твоя помощь.
«Бледнолицый брат», - чуть не ляпнул я вслух, но вовремя прикусил язык. Вряд ли Кольцо понимало человеческий юмор.
– И в чем дело? – вместо этого поинтересовался я.
Кольцу давным-давно не нужны были хозяева и надсмотрщики. Со времен изгнания Аджара оставшаяся сила развила в нем странный темный разум, похожий на разум очень старых деревьев и древних алтарных камней. У некоторых моих алтарей тоже были такие вот смутные непостижимые души, очень медлительные, будто сквозь них текло время, со своими неясными тяжкими желаниями. Кольцо не хотело подчиняться. Сейчас оно пыталось говорить со мной, как с человеком, через Аджара, но понять человеческую логику, понятия, образ мысли ему практически не удалось. Скорее, это я понимал его как раз той частью личности, которая считала Жернова добычей. Появление Аджара с претензиями на контроль беспокоило Кольцо. Тем более, где-то рядом находилось кольцо малое, когда-то созданное как раз для управления Жерновами. Причем, разум, зародившийся уже после исчезновения контроля, никак его не ощущал, а значит, не мог найти самостоятельно. Вот и пришлось Жерновам искать помощи, ловить людей-посредников и говорить через них. Моя дружная компания подвернулась очень вовремя.