Старсайд
Шрифт:
— Ты не ушла домой.
Его лезвие всё еще прижато к моей шее.
— Нет, — шепчу я, чувствуя, как пульс бьется о холодный металл.
— Ты… вернулась, — произносит он таким тоном, будто это самый идиотский поступок в мире. Потому что так оно и есть.
— Чтобы предупредить тебя, — выдавливаю я. Глупость этой затеи обрушивается на меня с полной силой, когда он сильнее прижимает лезвие прямо к основанию моей челюсти — металл к плоти. Я жду укола боли и первой крови. Жду расплаты за это в высшей степени дурацкое
— Проклятье, Арис, — говорит он, и холодный металл исчезает. Клинок в ножнах.
Я резко оборачиваюсь к нему. Он промок до нитки, вода стекает с его капюшона на доспехи. Он переплыл эти темные воды.
Чтобы выследить меня? Или он как-то услышал кавалерию?
Я знаю лишь одно: у него только что была любая возможность покончить со мной раз и навсегда и забрать мое оружие. Но он этого не сделал.
Мы просто стоим и смотрим друг на друга. Я всё еще тяжело дышу после бега.
— За наши головы назначена награда, — наконец произношу я сквозь хриплое дыхание.
Он слегка поворачивает голову в сторону кавалерии у меня за спиной. Я слышу всплески воды — воины начинают входить в озеро.
— Я так и думал.
— Ты знашь, почему?
— Наши мечи, — единственное, что он отвечает.
Ну конечно.
Мой меч — это дар, но в то же время и смертный приговор. Видимо, он настолько особенный, что сильные мира сего на Звездной Стороне жаждут им обладать. Должно быть, это кто-то из наследников. Только они могут командовать такими силами.
И если они здесь… кто-то нас выдал.
Это те рыцари из деревни донесли своему лорду? Или кто-то другой заметил нас мельком? Может, тот охотник?
В любом случае, это уже не важно. Рейкер знает о погоне. Он в безопасности.
Конечно, он в безопасности. Неужели я и вправду думала, что стану той, кто его спасет? Глупо. Мне ни за что не следовало возвращаться. Я просто потеряла несколько часов. Мое тело ноет от колоссальных усилий, которые потребовались, чтобы добраться сюда так быстро.
Он ясно дал понять, что я для него — обуза. Он не хочет работать со мной. Стыд обжигает лицо — стыд за то, что я вернулась, и за то, что я действительно оказалась всем тем, чем он меня называл.
— Тогда удачи, — процеживаю я, пытаясь сохранить хоть каплю самоуважения. Я собираюсь пройти мимо него.
Его пальцы касаются моего запястья. Они всё еще обжигающе горячие, даже под ледяным дождем.
Я медленно поворачиваюсь к нему лицом.
Неужели это тот момент, когда он снова потребует отдать меч? Или, наконец, заберет его силой? Или поступит «благородно» и вызовет меня на дуэль, в которой, я знаю, мне не победить?
Я жду его следующего шага, грудь часто вздымается, а он просто смотрит на меня сверху вниз. Смотрит и смотрит, и всё, что я вижу — это тень. Блеск маски. Демон.
Наконец
— Можешь идти за мной, — произносит он глубоким, рокочущим голосом.
Я моргаю, потеряв дар речи от шока. Требуется несколько мгновений, чтобы смысл слов дошел до меня. А когда доходит, меня мгновенно охватывает ярость.
— Пошел. Ты. На хрен, — вот что мне хочется сказать. Мне хочется кричать. Хочется высказать ему, как сильно его слова ранили меня, и посмотреть, смогу ли я хоть раз ранить его в ответ. Но здесь нет ничего личного. Между нами ничего нет.
Это поход за выживанием. И если судить по ржанию и топоту десятков лошадей под нами, этот путь только что стал намного труднее.
Я не могу ему доверять. Я это знаю. Но в одиночку мне не дойти до конца.
Я вскидываю подбородок. Дождь струится по моим щекам. Если я собираюсь снова работать с ним, мне нужны гарантии.
— Ты собираешься меня убить? Собираешься забрать мой меч?
Проходит секунда раздумья. Две. Три.
— Нет, — просто отвечает он.
— На какой из вопросов ты ответил?
Он не удостоил меня ответом.
И это даже к лучшему. Потому что я тоже не могу обещать, что не сделаю ни того, ни другого с ним.
— Веди, — бросаю я голосом таким же холодным, как у него. Он разворачивается.
Я в последний раз оглядываюсь на кавалерию — и в этот миг осколок света прорезает грозовые тучи. Он освещает один из щитов, висящих у седла.
Я не знаю этого герба. Но по цветам я, кажется, догадываюсь, кому он принадлежит.
— Это не какой-то лорд охотится за нашими клинками… — тихо произношу я. Рейкер оборачивается. Я вижу, как напрягается его тело — он пришел к тому же выводу.
Всё это время мы были в походе, чтобы достичь богов. Я проделала весь этот путь, чтобы выследить их.
И теперь стало ясно… боги сами охотятся на нас.
ГЛАВА 26
— Зачем богам наши мечи? — спрашиваю я, глядя на мерцающее пламя костра.
Весь день мы пробирались на север через леса, подальше от главной дороги, пока не достигли места, где они переходят в горную гряду. Когда Рейкеру удалось поймать дикого кабана, я не стала возражать. Я сидела и смотрела, как он разводит огонь кремнем. Как жарит мясо.
И как протягивает мне добрую его часть.
То, что я вернулась за ним… кажется, это выбило один из камней в стене между нами. Но маску он так и не снял. Между нами всё еще пульсируют тайны. Я чувствую их.
Но вместе с тем зарождается и иной вид партнерства. Своеобразная игра «тяни-толкай». Я протягиваю ему горсть орехов, которые нашла несколько часов назад. Он берет их без язвительных замечаний. Я слышу, как они хрустят у него во рту.
— Мой довольно неплох, — говорит он.