Станкевич
Шрифт:
Все то же и так же… Пятый год это слышит Потемкин. Но приказ есть приказ, не отдав, нельзя требовать исполнения. «Прощай ППС…», — подумал Потемкин. Холодок, как волновая рябь, пробежал под ребрами. «Прав подполковник? А, может быть, это мое — ППС? И другого не надо? «Лучше быть первым в галльской деревне, чем в Риме — последним…».. Назад пути нет!».
Командир, перед тем, как скомандовать «Марш!», взглядом окинул надежнейших в этом строю. И Потемкин почувствовал: он — в обойме!
Ночная сработка тревожной сигнализации, в три-пять минут стянула к объекту и пеших и «авто».
«Проверка!», — вздохнул Потемкин. Увидев картонную, явно пустую коробку из-под макарон, с размаху и мощно влепил в нее правой ногой. Коробка была не на месте. На дорожке, — а там не должно быть хлама.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся взводный.
Он так и думал: ударит Потемкин! А для того, чтобы было над чем посмеяться, заблаговременно, плотно, в коробку вложил кирпичи.
Потемкин ударил как каратист — не пальцами, он приподнял их. Удар наносился передней подушкой стопы, и — ни как бы не мог отбить пальцы.
Коробка слетела, а тот не хромал.
— Отбой, — поинтересовался Потемкин, — не забудете дать?
— Ты ушлый, Потемкин. Однако не забывай — мы на службе! Пусть люди учатся.
— Пусть — согласился Потемкин.
Пройдя взад-вперед. остановился он перед горкой красного кирпича.
«Обломился номер…», — подумал взводный, имея в виду, что Потемкин не пострадал.
На два кирпича, положив сверху третий, Потемкин с улыбкой вспомнил. «… два столба, и на них перекладина, -из Евтушенко, — видится: это два битла, несут третьего, убитого влюбленной гадиной».
С короткого взмаха, ребром ладони, он развалил кирпич. И повторил это, пять или шесть раз. Кирпичей, слава богу, хватало, а образ «влюбленной гадины», был потрясающим. Простым, кратким, мощным, — как классный удар…
— Дай рукавицу — и я так же саме зроблю!
«Я Вас не трогал!» — подумал Потемкин.
— Возьмите! — сказал он. Он сам бил голой рукой.
Но возле кирпичной горки, лежали брезентовые рукавицы-верхонки, в которых работали днем рабочие.
Взводный, с оглядкой надел рукавицу, сложил кирпичи, поплевал в ладонь.
— Ха! — рявкнул он, «залепляя» с размаху, в кирпич.
И затряс рукой. Кирпич соскользнул с перекладины, и упал, оставаясь целым.
Шумок проскользнул за спинами и со стороны. Подтянулись, закончив осмотр объекта, милиционеры. «Все, черти, видели!», — понял взводный.
«Мне бы не «хряпнуть» так же»!», — подумал Потемкин о Евдокимове.
Никчемно висела над головой, перегоревшая лампочка. Взмахом той же ноги, которую взводный считал ушибленной, — не удержался Потемкин, — разбил стекляшку.
Шагая к машине, услышал:
— А вот подниму ее выше на две головы — ногой свалишь?
— Свалю! — Потемкин не обернулся.
— А если на пять?
— Поднимай!
«В ударе сегодня Потемкин! — подумал взводный, — Круто! С чего бы он так?»
***
— Время, Потемкин, ты у меня не воруй! — предупредил Евдокимов, — Чего ты хотел?
— Почему ОРД так назвали —
— Вода вымывает жемчуг. Бывает?.
— Бывает! — ответил Потемкин, и не стал отнимать время.
Потемкин открыл ОРД «Жемчужина». «Краткость, — подумал он через две минуты, — это сестра. Стало быть, милицейские рапорты,. — это любимая, лучшая, из всех сестер таланта!». Короткие строки, без лишнего слова, без лишних знаков. «И я, — попытался представить он, -писать буду точно так же?» «Но это еще за горами…», — вздохнул он и стал читать дальше.
Отдельное поручение следователя в Лисичанск: «В связи с проверкой на причастность к убийству Жуляк Алексея Петровича, просим установить личность... Гражданин 40-45 лет, отбывал наказание в период… статья неизвестна, в зоне №... Его приметы... Интересующая связь...... Сообщите возможность пребывания последнего в Харькове в период...». Ответ: «Личность установлена. Человек: Кирилл Павлович Мац подтвердил факт знакомства с погибшим, с которым отбывал наказание. Факт продолжения отношений в последующий период не отрицает. На вопрос, посещал ли он Жуляка по месту жительства, сколько раз, отвечал утвердительно Был там неоднократно. Подтверждает и: место его проживания, и остальное — условия, состав семьи, круг общения. На интересующий период имеет алиби, которое проведенной проверкой не опровергается».
Братск: «Жуляк Иван Петрович в интересующий период отсутствовал. Брал краткосрочный отпуск. В семье отсутствие мотивировал выездом на охоту в Бурятию. На момент выполнения отдельного поручения, отсутствовал снова, по той же причине. Где именно, в каком кругу, действительно ли на охоте проводил это время, — семье, коллегам, неизвестно. Таким образом, опросить последнего, проверить алиби в данный момент нет возможности. Факт неприязненных отношений с погибшим, женой Ивана Жуляка подтверждается».
«Вот!» — тепло ощутил Потемкин внутри, там, где, как уверяют буддисты и йоги, рождается у человека энергия … «Действительно ли на охоте проводил это время, — коллегам, семье, неизвестно», — выцепил он. И подпись он узнавал: Давыдов Сашко — из своих, ППСник бывший, а ныне опер. И факт неприязненных отношений между подозреваемым и погибшим, он черным по белому, подтверждал.
— М-мм… — сжал губы Потемкин, и затаил дыхание. Много он слышал об оперативниках, которые раскрывают преступления, не выходя из кабинета. Это — летчики высшего пилотажа, с холодным умом аналитика.
«А почему б и не я?» — резонно подумал Потемкин. Показалось, что можно сейчас уже, передохнуть и пойти к Евдокимову. «Есть что сказать?» — спросит он. А Потемкин серьезно ответит: «Да»! «А где взял?» «Между строк!». Не так ли, примерно, и начинается пилотаж?
Долго, и с неподвижным лицом мудреца, курил Потемкин. А загасив огонек, не пошел к Евдокимову. Асы высшего пилотажа, ведь отличались холодным умом, а мысль была, так сказать, «горячей». Кроме того, народная мудрость, у всех народов, во все времена, учит терпению «С чего же она начинается? — стал думать Потемкин, — Кропотливость, к которой я интуитивно, подспудно, готовил себя? Начну, уж пожалуй, с этого…».