Стальной Аид
Шрифт:
— Как думаешь, — перебил его друг, — Эта станция сможет существовать без главного смотрителя?
Тоби коротко глянул на сидящего рядом с ним человека. То, что он только что высказал, не было просьбой, несмотря на слово «пожалуйста».
— Возможно, — Тоби бросил короткий взгляд на купол, исчезающий за горизонтом.
Глава 37
Я смотрел на медленно удаляющийся в зеркале заднего вида купол. С самого моего появления на свет мне говорили о том, какая ответственность лежит на мне — сохранение человеческой
Были моменты, когда я думал, сидя на Аиде, что не буду продолжать существование человечества, но эти мысли больше походили на капризы, чем на осознанное взвешенное решение. Что-то вроде детского неумелого шантажа.
Теперь старого смысла у меня больше не было. Я получил последнее подтверждение тому, что человечество подошло к концу. В моем существовании не было смысла — я, как и все остальные клоны с Аида, только продлевал агонию. Кем я мнил себя, выбираясь с Аида? Отважным рыцарем? Я едва сдержался от того, чтобы фыркнуть.
Единственным, ради чего мне теперь оставалось двигаться вперед, была Алиса. Я больше не мнил себя спасителем человечества, отважным рыцарем или еще какой-нибудь чепухой. С того, что у меня было, словно бы облетела шелуха, и осталось только самое ядро. Важно было не то, каким классным я буду, когда спасу ее, не то, какая глобальная миссия возложена на мои плечи. Все это оказалось пустышкой. Важна была сама Алиса. Раньше сами чувства к ней были увлекательным приключением, которое вело меня вперед, но теперь они обернулись ноющей тоской. Несмотря на это, я больше не дергался, как непоседливый щенок, считая улетающие прочь километры. Я знал, что где-то к вечеру мы уже должны добраться до Персефоны, и этого было достаточно. Если Персефоны не будет и там — я буду искать ее дальше, пока не найду. Именно это сказал мне Сеймур перед тем, как умереть. «Спаси ее».
— Я отметил положение Аида на планшете на всякий случай.
Тоби посмотрел на меня.
— С тобой все в порядке? После этого города ты сам не свой.
Я покачал головой.
— Нет, Тоби. Совсем не в порядке. Но это ничего, — я взглянул на андроида.
Черт его знает, что случилось с ним в городе, но это явно было что-то сродни концу света — такой вид был у Тоби.
— Я даже не хочу об этом говорить, но все-таки. Если вдруг что-то случится — я не могу обещать, что выполню твою просьбу, — напряженно проговорил андроид.
— Просто запомни ее. И хватит об этом. Лучше расскажи, что там с тобой произошло, и кто отгрыз тебе ухо.
Рука Тоби метнулась вверх и ощупала наполовину укоротившееся правое ухо.
Тоби выругался, а затем коротко рассказал о том, как сражался в войне тварей и собак и как Филипп пытался выселить его из собственного тела.
Несколько часов спустя мы остановились, чтобы передохнуть. Со странным скребущим чувством я посмотрел сквозь стекло на безжизненного робота, у которого я отнял весь заряд батареи, чтобы подзарядить Тоби.
— Может быть, пора включить его?
Тоби
— Добрый день, месье, — приветливо сказал робот, и на секунду у меня мелькнула мысль, что в нем ничего не изменилось. Кратковременное облегчение сменилось разочарованием.
— Чем я могу быть полезен? — спросил робот ровным голосом, и остановился навытяжку, ожидая приказаний.
С упавшим сердцем я смотрел на то, как двигается и говорит этот робот — теперь в нем не было ни капли прежней живости. Очевидно прежде, до встречи со мной, этот робот, как и Тоби имел сознание, но я его отнял. Робот повернулся ко мне.
— Добрый день, месье! Чем я могу быть полезен?
Внезапно в глазах робота промелькнуло что-то.
— Вы… вы не очень хороший месье, — сказал он, глядя на меня, и попятился.
Что я мог сказать на это?
— Прости меня.
Тоби безмолвно наблюдал за этой сценой, переводя взгляд с робота на меня и обратно.
Робот еще раз попятился от меня и повернулся к Тоби.
— Если позволите, я должен вернуться к моему хозяину, — голос у него был совсем бесцветный.
— Ты можешь остаться с нами, — заметил Тоби.
— Я бы не хотел оставлять хозяина одного надолго, — проговорил робот, напряженно глядя на меня.
— Твой хозяин мертв, — проронил я.
— Не думаю, что стоит доверять этому месье, — пробормотал робот, не сводя с меня взгляда.
Тоби вопросительно посмотрел на меня.
— Если хочет идти, пусть идет, — я махнул рукой и отвернулся.
Я сидел на порожке кабины лодки, глядя на отдаляющуюся фигуру робота.
— Как думаешь, если он запомнил… может быть, личность сохранилась? Хоть что-то?
Тоби покачал головой.
— Не думаю. Похоже, это просто отсвет существовавшей некогда личности, самое яркое, что он запомнил, пока был не просто машиной.
— Что я плохой месье, — мрачно заметил я.
Тоби промолчал в ответ. Действительно, что тут было сказать? Назвать себя добрым месье у меня и у самого теперь не повернулся бы язык. Мы забрались в лодку и поехали дальше.
Вход на Персефону я увидел издалека, ошибки быть не могло. Со странным тревожным чувством я смотрел на вырастающий на горизонте высокий силуэт — словно бы паук на высоких тонких ногах. Почти такой же паук гнался за мной по пятам, когда я улепетывал с Аида. Кажется, это было сто лет назад. Тоби предусмотрительно замедлил ход, и я напряженно приглядывался к роботу-охраннику, высматривая, когда же он шевельнется, но он оставался неподвижным. Мы подъехали чуть ближе, и я понял, что робот давным-давно вышел из строя — одна из его тонких ног подломилась в обратную сторону, так что туловище висело в воздухе немного наискосок, местами обшивка была оборвана, в корпусе зияла дыра. Ноги робота тонули в нанесенной ветром серой земле, весь корпус покрывала заметная патина пыли. Этот робот вселял какое-то мрачное предчувствие.