Стальной Аид
Шрифт:
— Можешь звать меня Филиппом, — он небрежно махнул рукой, — а тебя как зовут, паренек с Аида?
— Саймон, — я кивнул Филиппу, — Ты человек?
В ответ он сделал неопределенный жест рукой.
— Может быть. Пойдем, у меня и так ушла куча времени на то, чтобы тебя найти здесь. Хорошо еще, что я вовремя появился.
Филипп махнул рукой, и я двинулся следом за ним. Меня насторожило это «может быть», но я решил, что допытываться бесполезно. В освещенных коридорах, по которым мы проходили, я мог рассмотреть своего нового знакомого получше. Он был одет в закрытый комбинезон наподобие моего — даже руки были закрыты перчатками. Лицо и голова были
— А твой приятель, очень необычная модель, правда? Совсем как человек! Изумительно! Где ты его взял? Ну ты и напугал нас! Я уж думал, не найду тебя в здешнем лабиринте! Наверное, Сеймуру не терпится пообщаться с тобой.
Упоминание о моем предшественнике с Аида заметно кольнуло меня.
— Он жив? Но как? Я имею в виду, прошло не меньше двухсот пятидесяти лет…
— Чуть больше трехсот, если быть точным. Но знаешь, все эти современные штучки типа заморозки или достаточно совершенного аппарата поддержания здоровья… В общем, не то, чтобы это было что-то невозможное, согласись. Хотя у вас, на Аиде, насколько я знаю, так не принято, — я не видел его лица, но по тону уловил язвительную усмешку.
— Какого черта он делал так далеко от дома?
— А ты какого черта делаешь здесь? Впрочем, не важно. С тех пор, как он пришел сюда, старая цель перестала интересовать его. Да он тебе сам все расскажет! У нас столько дел! Думаю, тут много людей захочет пообщаться с тобой.
Упоминание людей, вроде бы, должно было разбередить мой интерес пуще прежнего, но я был слишком увлечен мыслями о Семйуре — теперь я внезапно ощутил вспышку злости на него. Значит, старая цель перестала интересовать его? Значит, здесь он нашел что-то более важное? По времени получается, что это «важное» было важнее, чем мой отец, Стивен. Неужели он рос совсем один, в окружении Орфея да станционного врача?! Сто лет в одиночестве, только потому, что какой-то козел нашел что-то более важное! Не удивительно, что в итоге он не выдержал, и создал меня! Да уж, мне будет о чем поговорить с Сеймуром! Кажется, я даже зло хмыкнул вслух, потому что Филипп с удивлением повернулся ко мне. Что-то в его манере насторожило меня.
— Люди, говоришь? Ты называл людьми тех тварей сверху, — сухо заметил я.
Мне показалось, что Филипп смешался.
— Ох, нет. Знаешь, я просто шутил. Конечно, когда-то они были людьми, но…
— Что с ними случилось? Я уже видел две станции с людьми, и везде они деградировали, а не превращались в чудищ из ночных кошмаров.
— Так, может быть, такое развитие лучше? По крайней мере, они более жизнеспособны.
— Не лучше, — резко ответил я, шагая следом за Филиппом за порог очередной двери, в темноту.
— Ну знаешь, — обиженно отозвался Филипп, останавливаясь за порогом, — критиковать каждый может. Мы пришли, — он взмахнул рукой, и яркий свет залил довольно большую круглую залу с огромным непрозрачным резервуаром посередине.
Я встал, как вкопанный, пытаясь осознать его слова. Получается, это он создал тех жутких тварей, что всю дорогу пытались меня растерзать? В кармане завибрировал планшет. Тоби!
«Это ловушка! Не ходи туда!»
Я сделал шаг назад — и уперся спиной в закрытую дверь.
— Что такое, Саймон?
— Что тебе нужно от меня?
Филипп всплеснул руками.
— Я уж думал, ты никогда
— А вот и Сеймур, кстати!
Сквозь небольшое прозрачное окошко в резервуаре на меня смотрело мое собственное лицо. Я думал, что Сеймур будет выглядеть, как мой отец, что он будет старым. Но ему было едва ли больше лет, чем мне. Разница была только в том, что его лицо было перекошено в невероятной гримасе то ли страдания, то ли ужаса. Его взгляд был устремлен прямо на меня, губы беззвучно шевелились в какой-то жидкости, которой был заполнен резервуар.
— Ах ты… — я в ярости бросился на Филиппа, который все еще стоял ко мне спиной, показывая моего предшественника.
Филипп молниеносно развернулся, сбил нацеленный в него удар. Я даже не заметил, как ему удалось это сделать, но секунду спустя я уже барахтался в воздухе, а он держал меня за ворот комбинезона на вытянутой руке.
— Эх, Саймон-Саймон, — укоризненно покачал головой он. — Против меня у тебя никаких шансов, — свободной рукой он снял свой шлем-маску.
На меня смотрело лицо робота — сочленения небольших деталей условно передавали мимику, но и только — человеческого в этом лице не было ничего.
— Ты андроид, — просипел я, барахтаясь в воздухе.
— Опять мимо, — покачал головой Филипп. — Я — все, что здесь есть, — и он обвел рукой, в которой держал маску, вокруг, а затем указал на меня, — А тебя, раз ты начал проявлять агрессию, надо зафиксировать. У меня здесь, знаешь ли, тонкое оборудование, мне не нужно, чтобы ты тут набезобразничал.
И, все так же удерживая меня за ворот на вытянутой руке, он направился к стене, а я с ужасом наблюдал, как за его спиной стенки резервуара становятся прозрачными, обнажая нечто чудовищное — огромный ком, словно бы слепленный из тел, с торчащими из него руками, ногами, лицами, одним из которых было что-то беззвучно кричащее мне лицо Сеймура, мое собственное лицо.
Как я ни сопротивлялся, привязать меня ремнями к кушетке для Филиппа не составило особого труда, и теперь он возился с чем-то, чего я со своего места видеть не мог. Я лихорадочно соображал, что же делать. Все, что мне оставалось — тянуть время.
— Что это такое? — я кивнул на громадную опухоль из кучи человеческих тел в резервуаре.
Краем глаза я видел, что Филипп повернулся ко мне, а затем взглянул на содержимое резервуара.
— Это мой шедевр, — с гордостью проговорил он, а затем снова повернулся ко мне и сделал широкий жест рукой, — Я, знаешь ли, немного художник по характеру. Творец.
— Такой же шедевр, как те, которые бегают снаружи? Ведь это ты сделал их? Облучил их чем-то, или травил каким-нибудь дерьмом? — с вызовом спросил я.
Что-то стеклянное звякнуло в руках у Филиппа.
— Ну знаешь! Все совершают ошибки. В конце концов, это не моя вина, что вы вырождаетесь! Да, мои модификации оказались не очень удачными, признаю. Но я учусь на своих ошибках, — и он сделал широкий взмах рукой в сторону резервуара.
— И чем же это лучше?
— Разум, — многозначительно ответил Филипп, а затем отмахнулся от меня, — Не мешай мне, паренек с Аида. Мне нужно подготовить все для операции. Ты же не хочешь, чтобы я резал тебя плохо отстроенными инструментами?