Сталки. Лес
Шрифт:
— Обещаю, я скоро с ним помирюсь, — сказал Лас и потёрся щекой о волосы Ксюни. — По крайней мере, попробую.
— Спасибо.
Какое-то время шли молча, описав по окраинам Сталочной почти полный круг.
Вдруг Лас остановился, положил руки Ксюне на плечи и спросил, глядя на неё в темноте сверху вниз:
— Скажи, ты будешь со мной?
— Буду, — после паузы ответила Ксюня, но, когда руки Ласа заскользили по её телу ниже, добавила: — Но не сейчас. Я ещё… не готова.
— Понимаю, — сказал Лас, вернул свои ладони сталочке на плечи и поцеловал её — сначала в лоб, потом в нос, затем в губы.
На последний поцелуй Ксюня
Так они какое-то время и стояли, слившись в своём первом настоящем поцелуе, — вместе, нераздельно, едино. А оторвавшись друг от друга, они оба поняли, что все слова на сегодня уже сказаны, а всё, что нужно, сделано, и постояли ещё немного просто так, обнявшись и вдыхая свежий аромат ночи.
Затем каждый из них отправился к себе домой — набираться сил перед начинающимся летом.
* * *
Стан вернулся домой и сразу же лёг на свою лавку, чтобы заснуть и ненадолго забыть о сегодняшнем позоре. Но вместо сна к подсталкру шли мысли, распалявшие его ум и заставлявшие злиться ещё сильнее.
«Этой дуре нужен Лас, а не я… — думал Стан, скрежеща зубами, но не беспокоясь, что это кто-нибудь услышит: его родители, похоже, сейчас приятно проводили время где-то на траве, у стены кого-нибудь дома или, чем Первосталк не шутит, в кустах за ближайшими к селению деревьями. — Я так старался понравиться ей, завоевать её, а она… Я этого так не оставлю… Лас всё равно вряд ли доживёт до сталкатлона, а Ксюня в таком случае станет моей… А пока он жив, будет утешаться тем, что есть, — то есть Линой…»
И, приняв это решение, Стан заснул со своей обычной чуть страшноватой ухмылкой на лице.
* * *
Лина сидела на земле и плакала, прислонившись спиной к стене своего дома. Признание Ксюни разозлило и оскорбило сталочку, у которой окончательно увели парня, которого она пыталась добиться.
«Почему она?! — мысленно вопила Лина, смотря в мрак и изредка вытирая кулачками мокрые глаза. — Почему Лас выбрал её, а не меня?! Мало того, Стану тоже нравилась эта факнутая Ксюня! А на меня всем на-пле-вать!..
Ладно, — подумала она, чуть успокоившись. — Раз с Ласом не получилось, попробую полюбить кого-нибудь другого. Того же Стана, например… А эти двое за всё ответят. Рано или поздно — но ответят…»
Эта мысль вернула девочке спокойствие. Лина в последний раз вытерла глаза, встала и пошла домой.
Начинался новый, тридцатый год после Звездопада.
* * *
…Дождавшись темноты и помедлив ещё пару часов — сутки на этой планете были покороче, чем на Земле, так что этого должно было хватить за глаза, — тёмная фигура, практически не видимая в специальном комбинезоне-«хамелеоне», выскользнула из-за деревьев с восточной стороны селения. Микробатарейки в «жучках» почти сели; надо было забрать устройства и отнести на базу для подзарядки — а заодно и проанализировать свежие данные с них, большая часть которых («жучки» ведь работали последние несколько дней, дистанционно выключаемые на ночь) уже была прослушана в реальном времени.
«Невидимка» тенью обогнул деревню по дуге, на бегу подхватывая нарукавным магнитом из травы мельчайшие
На сегодня работа закончена. Но только на сегодня… хотя информации уже накоплено выше крыши… однако всегда можно постараться узнать ещё чуть побольше…
___________
[1] В данном слове присутствует корень слова «вресть», так что это не ошибка.
Часть 3. Сталкатлон: 1. Подлость
Деревня Сталочная, 30-й год после Звездопада, 8-й день лета.
Лас не сумел среагировать, и кулак Стана относительно несильно впечатался ему в скулу, вызвав вспышку боли и досады.
— Лас, ты заснул, что ли?! — услышал подсталкр окрик велка Зора и заработал активнее, нанося лёгкие удары противнику по корпусу, заставляя медленно пятиться назад и закрываться.
— Всё, достаточно! — крикнул наставник, и парни прекратили бой, в очередной раз коротко схлестнулись взглядами и привычно, но не испытывая никакого удовольствия, пожали друг другу руки. При этом каждый словно пытался сломать другому конечность.
— Отдохните, — бросил наставник Ласу и Стану, и те, отойдя друг от друга на довольно приличное расстояние, сели на траву и стали наблюдать за дальнейшим ходом тренировки. — Плющ, Квильд, вставайте!
Названные двое, уже поднявшиеся на ноги, подошли к учителю и, также обменявшись рукопожатием, приняли боевые стойки.
— Начали! — сказал велк Зор, и пошла новая учебная схватка.
Наставник выполнил своё недавнее обещание — теперь к бегу, плаванию и киданию мачетов добавились бои без правил и загадки: от самых простых — «отгадайте, что это» — до настоящих арифметических и геометрических задач. В данный момент, как видно, шли практические занятия по боям, чем подсталкры решили воспользоваться для выяснения отношений — по крайней мере, Лас и Стан, а Квильд, вернувшийся в их «группу» на третий день года, — просто для вымещения накопившихся негативных эмоций.
Лас со Станом продолжали враждовать по поводу Ксюни, которая теперь в свободное время ни на шаг не отходила от Ласа. Стан выплёскивал на него свою злость на тренировках — разумеется, так, чтобы велк Зор как можно реже мог это заметить и произвести симметричное наказание, — и не замечал взоров Лины, нацеленных уже на него. Лас же хранил ледяное спокойствие и никогоне подпускал к Ксюне ближе, чем на полсагни.
Квильд же из нахального спутника, каким был ещё тридцать дней назад, превратился в озлобленного мстителя: ежедневно не удерживался от того, чтобы отпустить в адрес Ласа пару комментариев «ниже пояса», на которые ответа обычно не получал. Из-за скудости ума Квильд не мог разработать полноценный план мести, поэтому постоянно гадил Ласу по мелочам и надеялся, что однажды представится случай расквитаться за тот удар «из-за угла». Потерпев сокрушительную неудачу с Ксюней, он стал посматривать на Лину, которая при его взглядах только хмурилась и поджимала губы, чем лишь злила его ещё больше.