Сталки. Лес
Шрифт:
«Сладкая парочка» вздрогнула и обернулась, услышав неожиданно раздавшийся откуда-то сзади голос учителя:
— Я вам не помешал?
Лина дёрнулась было, чтобы уйти, но Квильд сильной рукой прижал её к себе, советуя остаться на месте, и ответил:
— Нет, велк. Что нужно?
— Узнать, где вы были вчера вечером, когда меня вызвали на совещание.
— Сначала там, на площадке, побыли немного, потом сюда пошли, — сказал Квильд. — Вместе. Лина рассказала бы то же самое.
— Точно?
— А зачем нам врать?
— А ещё кто-нибудь может подтвердить?
Квильд
— Хорошо, тогда пойду к Стану. Но смотри: если врёшь… — Велк Зор погрозил пальцем.
— Да понятно всё, — отмахнулся Квильд. И добавил: — Это не я. Это кто-то другой дом поджёг. Вы у остальных спросите.
— Спрошу, — сказал велк, уходя.
Когда парень и сталочка остались вдвоём, Лина спросила:
— Это и вправду не ты?
— Нет, конечно. Что, я совсем факнутый?.. Мы-то знаем, что я не виноват. Как я поджёг бы тот дом?.. Да и вообще — на кой мне это? — Вспомнив о событиях девяносто пятого дня весны, Квильд скривился и потёр свободной рукой (другой он обнимал Лину) скулу с синеющим фингалом от Стана. Впрочем, он быстро скрыл вырвавшееся было наружу раздражение и погладил плечо девочки: — У меня есть ты, а на всех остальных мне чихать с Трубы. Это их заморочки, а я тут ни при чём. И ты, надеюсь, тоже.
* * *
Напоследок велк приберёг Стана — главного недруга Ласа в последнее время. Наставник понимал, что от того, что скажет Стан, будет зависеть дальнейший ход расследования; может быть, оно и вообще завершится. Конечно, существовала маленькая вероятность, что Квильд врёт и это он устроил пожар, но, если честно, велк Зор в этом сомневался. Квильд говорил, кажется, совершенно искренне; по крайней мере, не поверить ему было очень трудно. И всё больше подозрений велка падало на Стана — у того причины были повесомее.
Стан обнаружился дома — заканчивал с семьёй нехитрый ужин. Наставника он явно ждал, потому что вышел сразу, как только услышал своё имя от появившегося в дверях велка.
Тот был настроен серьёзно: об этом говорил нахмуренные брови и вообще ужасно строгий вид. Стан понял, что ему понадобится всё его хладнокровие, чтобы выйти победителем из предстоящего разговора.
— Ты вчера вечером где был, когда я ушёл на совещание?
Стан ответил в следующее же мгновение:
— Сначала погулял немного, потом домой пошёл. А что?
— «Немного» — это сколько? И, главное, где? Не около ли моего дома, а?
Стан немного растерялся под таким напором. «Он знает?! — подумал подсталкр, но тут же отмёл эту мысль: — Да нет, вряд ли. Его же там тогда не было… Или Плющ всё-таки проболтался? Как бы там ни было, сейчас надо как-то выкручиваться»,
— А вам какое дело, — наконец, ответил Стан. — Может, когда я гулял, мне именно там по нужде приспичило… Это разве запрещено?
— В любом случае, ты знаешь, как обращаться с огнивом, — ты присутствовал, когда я объяснял Плющу, как им пользоваться, — а к тому же, тебя видели недалеко от моего дома, где ты обычно не появляешься! На это ты что скажешь?
— Вам Плющ наболтал, что меня видел? — презрительно сказал Стан,
— Он шёл к себе домой, — процедил наставник, подпуская в голос холодного металла. — Это было почти сразу после того, как я отпустил вас. А ты первым делом не только не остался на поляне, а направился даже не к себе, а туда! К тому же, огниво лежало в сундуке с такой тяжёлой крышкой, которую никто, кроме тебя, не мог приподнять так, чтобы под неё можно было просунуть руку! Даже Квильд! Ну, отвечай!
К концу речи велк Зор уже не говорил, а рычал, надвигаясь на подсталкра. А тот, невзирая на свои габариты, потихоньку отступал к стене дома, с испугом смотря на искажённое злостью лицо учителя, и не смел вставить ни слова, поражённый обилием аргументом, которые говорили сами за себя.
Когда велк умолк, прочищая горло и переводя дыхание (он выпалил всю свою тираду на одном выдохе), Стана отпустил овладевший им внезапный паралич; подсталкр собрался с мыслями, фыркнул Зору в лицо, сказал с презрительной ухмылкой:
— Думайте, что хотите, — и собрался было обойти велка и вернуться к незаконченному ужину, но в этот момент наставник ухватил юношу за толстое плечо.
— Я думаю, — прошипел мужчина. — Я думаю, и мне кажется, что загадка пожара разгадана, а отгадка стоит передо мной.
С этими словами велк Зор завёл упирающегося Стана за угол дома — а затем нанёс быстрый, точный и сильный удар правой в живот, прежде чем подсталкр успел активировать свою мышечную «броню». Стан икнул, чуть согнулся и теперь судорожно втягивал воздух маленькими глотками.
— Никогда больше не смей так делать, — сказал наставник в ухо юноше, оттолкнул того от себя и пошёл домой.
Стан же от толчка не удержался на ногах, завалился назад — и приложился затылком о бревенчатую стену жилища. Стиснул зубы от нахлынувшей боли и медленно сполз на траву. Посидел какое-то время на пятой точке, отдышался. Потом кое-как поднялся на ноги и вернулся в дом.
Родители уже спали. Стан решил последовать их примеру. Лёг на свою скамью и вдруг подумал: «Плющ, гад, всё-таки спалил меня! Ну ничего, я и ему устрою, мало не покажется!..»
* * *
Деревня Сталочная, 30-й год после Звездопада, 10-й день лета.
— Лас, ты идёшь? — спросил Плющ, кладя на стол ложку и вставая.
Лас посмотрел на остатки зерновой каши с мясом и овощами в общей тарелке.
— Подожди чуток. Или иди, я догоню.
— Ну ладно, — пожал плечами Плющ и вышел из дома, направившись на северную окраину селения.
Лас же усиленно заработал ложкой, выуживая из большой — десяток врехов в поперечнике — глубокой тарелки, занимавшей законное место в центре стола, последние сгустки вязкой, светлой, питательной, но почти безвкусной — именно поэтому туда добавляли всякие другие продукты — массы. Мать Плюща, уже наевшись, просто сидела за столом и смотрела на Ласа.