Срочно в номер
Шрифт:
Картер сидел в редакции и усердно печатал. На столе Ларкина лежала записка: "Позвонить редактору". Он позвонил, и чей-то усталый голос спросил его о возрасте вчерашней ответчицы в суде. Потом он засел за репортаж, не обращая внимания на шум в комнате. Там было полно незнакомых. Пришел Смат и спросил Ларкина, справился ли он.
– Да, все в порядке. Ничего особенного не случилось.
– Гм-м. Вы идете обедать? Мы обычно питаемся в "Якоре".
"Якорь" находился на Хай Стрит, плотно зажатый обувным
– Я думал, как раз произошло...
– Что?
– Девушка на пляже...
– Ах, это... Спятивший маньяк. Чтобы встряхнуть это болото как следует, нужно что-то покруче. Дождитесь случая.
– Здесь все так говорят, - Джим покачал головой.
– Город действительно вымер?
– Вы ведь Джим Ларкин, так?, - не отвечая, спросил юноша.
– Банти мне вас показывала.
– Вы, к сожалению, меня несколько опередили.
– Я?
– Мне вас не показали.
Парень захохотал и ударил его по плечу.
– Елы-палы, Джим, вы мне нравитесь. Эй, Смат! Хотите немного опередить кого-нибудь? Напомните, чтобы я вам рассказал, - он пролил пиво на ковер.
– Наверное, это звучит немного высокопарно.
– Это просто великолепно! Вас здесь недоставало.
– Позвольте, я вмешаюсь, - сказал Смат.
– Джим Ларкин - Джонатан Хессенбергер. Это не псевдоним, но для подписи в газете слишком претенциозно, поэтому под своими жалкими подобиями фельетонов он подписывается как Джон Хесс. Устно это сокращается в Джесс, а если вы придумаете что-нибудь ещё короче, все будут очень признательны.
– Короче этого мне ничего в голову не приходит.
– Впрочем, не все ещё потеряно. Как только придет вызов из "Экспресса", Джесс уедет в столицу.
– Вы когда-нибудь работали в Лондоне, Джесс?
– В ежемесячнике. Это было не...
– Правда? Вы обязательно должны мне рассказать. А, вот и Лес.
Картер присоединился к людям в баре, взял обеими руками большую кружку пива и терпеливо отвечал на вопросы.
– Девушке на вид девятнадцать лет. Личность ещё не установлена.
– Много крови?
Картер, не отвечая, занимался орешком, который, выскользнув из его рук, упал на пол.
– Хватит, Лес, кончай! Где жуткие подробности?
– Прочтите газету.
– Вот черт упрямый! Ее действительно разрезали пополам?
– Грегори про это не особенно распространялся.
– Черт! Ты же был с ним все утро! О чем вы разговаривали? Про приливы и отливы?
– Как ни парадоксально, и про это тоже, - Картер потянулся за вторым орешком.
– Инспектор поднял
– Вот как? Они боятся, что это не последнее убийство?
Картер поднял кружку и опустошил её одним глотком.
– Теперь вы понимаете?
– спросил Джесс.
– В этой дыре так долго ничего не происходит, что все к этому привыкают. А когда что-нибудь случается, то обязательно плохое. Даже страшно, что про это придется писать.
– Кстати, про плохое, - обратился Смат к Картеру, - что у нас есть?
– Леденящая душу и тело прохлада, в которой лежал труп, бросил Джесс.
– Ждите большого иллюстрированного выпуска в следующем месяце. Пятна крови на прекрасной трехцветной печати.
Картер спокойно перечислил:
– Люди, обыскивавшие пляж. Носилки, чем-то закрытые, которые проносят мимо. Врачи сделали все, что могли.
– Чушь!
– Джесс кивнул бармену, - Если бы он действительно толком знал свое дело, он распилил бы жертву и сделал из неё двух.
Лицо Смата внезапно просветлело
– Слава Богу, - радостно воскликнул он, - у нас есть заголовок!
2.
Статья Картера появилась на следующее утро. Хотя все дневные газеты написали про убийство, подробности горожане искали в "Ревю".
– Отличная работа, Лес, - похвалил Смат.
– Я только что видел в коридоре шефа, - рассказывал Джесс, - Его угрюмая физиономия просто светилась. Мне даже на секунду показалось, что он улыбается.
– Вот так и становится ясно, кого могут радовать лужи крови.
– Пару дней можно не беспокоится о новостях.
– Эй, Лес, а правда, что её голова лежала отдельно от всего остального?
– Подождите официального сообщения Грегори.
– Да оно давно уже должно было появиться!
Картер задумчиво сидел перед машинкой и смотрел на заправленный лист бумаги.
– Ну а что дальше, Лес?
– Несчастный отец рыдает: "Этот проклятый психопат должен быть пойман!"
– Для этого сначала нужно найти папашу, - Смат кивнул Ларкину. Сходите и сегодня в суд? В обед я пошлю кого-нибудь вам на смену. Тогда вы сможете поддержать Леса, если понадобится.
Когда Ларкин выходил, вошла какая-то девушка. "Простите!" пробормотал он, когда дверь внезапно вырвалась из его руки и ударила её по лодыжке. Стук двери поглотил его слова. Внизу он взял себе из стопки экземпляр свежего номера.
Ожидая начала заседания, он прочитал статью Картера, занявшую четыре колонки. Заголовок дали в три строчки и поместили текст на внутреннем развороте, в сопровождении размытых фотографий, на которых мало что можно было разглядеть. Ларкин узнал, что до сих пор не удалось установить личность убитой. Предполагали, что она направлялась в город. Опознание затрудняли размеры и количеств ран. Тело было обезглавлено, лицо изуродовано... Но уже после смерти, как показала паталогоанатомическая экспертиза.