Спенсер
Шрифт:
— Привет, Джордан.
— Привет, — его голос звучал сухо и хрупко, напоминая осенние листья на деревьях за окном. Внутри у Аарона всё сжалось из-за отсутствия шутливого тона в голосе Джордана. Аллен и их мать прошли по коридору, смеясь, так что Аарон нырнул в ванную, чтобы лучше слышать.
— Всё в порядке?
— Не особо.
— Что случилось? Хочешь зайти? — спросил Аарон. Он никогда не был дома у Джордана, но уже принял свои лекарства, и ему не особо хотелось в этот момент садиться за руль.
— Я не...
— Скажи мне свой адрес. Мы приедем и заберём тебя. Я сейчас не могу садиться за руль, но брат может. Можешь остаться у нас на выходные. Хорошо? Собери сумку.
Аарон записал адрес Джордана и немного пошатнулся, открывая дверь ванной. Его внимание привлекли голоса на кухне, и он пошёл в ту сторону. Аллен сидел на стуле у стойки, пока их мать выкладывала крышку пирога в форме. Рядом в миске стояло что-то цвета ириса, по предположениям шоколадная начинка для пирога. Аарон смутно помнил, как сидел когда-то на месте Аллена, пока его мама и бабушка бегали по кухне, готовясь к Дню благодарения.
— Мам, эм... — начал Аарон, а затем решил, что, наверное, стоило поговорить с родителями, прежде чем приглашать Джордана остаться, но слова вылетели раньше, чем он о них подумал. Он не хотел, чтобы его другу было больно. Джордан так помогал его здравомыслию с тех пор, как Аарон узнал об этом чёртовом суде. Джордан поддерживал лёгкость и не знал степень травмы Аарона. С Джорданом он мог быть отчасти нормальным.
— Что такое, милый? — спросила она, откладывая вилку, которой только что жестоко колола крышку пирога.
— У Джордана небольшие семейные проблемы. Его мамы не будет дома, и он останется один на День благодарения. Я... я вроде как пригласил его остаться здесь, — поспешно сказал Аарон, удивлённый, что слова не застряли где-то между испорченным лекарствами мозгом и ртом.
— Ох, милый, что ж... Что ж, ладно, мы разберёмся, — его мать взяла миску и начала выкладывать начинку на пирог. У этой женщины была такая чудесная, добрая душа. Она не могла удержаться от помощи попавшему в беду ребёнку. Тот факт, что этот ребёнок был другом её разбитого сына, делал всё ещё более важным.
— Аллен, он так расстроен, что я не хотел, чтобы он садился за руль. Ты сможешь отвезти меня забрать его? Я знаю, ты только приехал домой, прости, но туда ехать всего десять минут, — с надеждой произнёс Аарон. Аллен смотрел на него долгую минуту, нахмурив брови. Сердце Аарона колотилось, потому что он действительно думал, что Аллен ему откажет.
— Это первый раз, когда ты меня о чём-то попросил, приятель. Конечно, я помогу, — Аллен встал. — Мам, мы скоро вернёмся. Скажи Антони, пусть готовится, я надеру ему зад в Марио Карт, когда вернусь.
— Аллен Питер, — прикрикнула
Аарон взял маленькую связку ключей, дополненную лапой пантеры, символа их школы, и бросил их Аллену. Он думал позвать Антони присоединиться к ним, но хотел поговорить о нём с Алленом, поэтому ничего не сказал, пока они выходили из дома и садились в Мустанг Аллена. Аарон уже вывел машину из гаража и припарковал на улице, чтобы у брата был доступ к ней во время визита домой.
— Так странно сидеть за рулём, — посмеялся Аллен, заводя двигатель. — Я езжу на автобусе или хожу по кампусу пешком. У Чеда есть машина, так что иногда мы ездим поужинать.
— Я езжу на ней с тех пор, как ты уехал учиться. Это очень помогает.
— Я рад, что ты наконец-то получил права, лентяй, — усмехнулся Аллен, выезжая из жилого комплекса на главную дорогу. Боже, Аарон скучал по нему. Он был единственный, кто когда-либо песочил Аарона за что-то. — Ладно, куда мы едем?
Аарон вбил адрес в телефон и позволил тому произнести направление. Когда он затих, Аарон заговорил.
— У нас мало времени, но я хотел поговорить с тобой об Антони.
— Ты всё ещё думаешь, что он что-то употребляет? — Аллен бросил быстрый взгляд на брата. Аллен и Антони вместе вляпались в дерьмо, когда Аарон только приехал домой из больницы. Аарон видел в них двух мушкетёров, хромающих по жизни после того, как потеряли третьего.
— Да, я так думаю, — Аарон не хотел высказываться так резко, но хотел рассказать основное до того, как они заберут Джордана. Аллен будет расстроен, и ему не нужно было расстраиваться перед незнакомцем.
— Почему ты так говоришь? — в голосе Аллена было больше смирения, чем удивления.
— Он постоянно ходит на «вечеринки». Мы с тобой в четырнадцать так не тусовались. Он часто ночует у своего друга Чейза. В наш дом редко кто-то приходит — почему бы не переночевать там? И, ну, он пару раз приходил домой будто накуренный, и спотыкался, — объяснил Аарон. Он всем сердцем надеялся, что Джордан ошибся, но это было маловероятно.
— Ты уверен, что это не выпивка?
— Да, от него не пахло алкоголем, когда мы его забрали.
— Как думаешь, что это было? Травка? Кокаин? Хуже?
— Один раз, когда он пришёл домой, Джордан был со мной, и он думает, что Антони ходит на фармацевтические вечеринки.
— Поблизости нет никаких ферм.
— Не Ф—Е—Р—М—А, а Ф—А—Р—М—А. Он сказал, что подростки приносят из дома аптечные лекарства и сбрасывают их в большую миску, а затем выпивают их и ловят кайф, — Аарон ненавидел то, как это звучало, потому что действительно не понимал, зачем кому-то принимать такие лекарства, если это не обязательно. Ему каждый день хотелось бы функционировать без них.