Сон разума
Шрифт:
На этот раз она смеялась так искренне, что почти остановилась. Короткие густые волосы упали ей на лицо, а вот самому Ральфи при виде всего этого смешно не было. И коснуться ее, чтобы отвести пряди с лица, было бы неприлично.
— Вы!.. — наконец успокоившись, Алиса убрала волосы сама, и когда она подняла голову, Ральфи показалось, что глаза у нее блестят не из-за отражающегося в них электрического света.
— Я был мертвецки пьян. Но для меня… Было важно, чтобы его сняли, — он пожал плечами
— И вы его переписали?
— Нет, — Ральфи допил газировку и, выбросив свой стакан, сунул в карман и вторую руку. — Его купили уже после того, как вышел «Сердцеед». Мое имя стало модным. Парень, которому я за год до этого выбил дверь, клялся, что не просто снимет все как есть, но и приведет на главные роли Николь Кидман и Джонни Дэппа. Поверьте, я ничего не имею против Николь, но…
— Но она не похожа на Чарли, — Алиса остановилась, чтобы тоже выбросить стакан. — Детектив Батлер это ведь Чарли, не так ли? Вы написали образ копа с него, хотя и сделали детектива женщиной.
— В некотором роде, — откуда-то снова взялся ветер, и Ральфи чуть сместился, чтобы встать между потоком холодного воздуха и своей спутницей. — Я бы назвал это несколько утрированной версией, но… да.
— Но вы же не станете настаивать, что «Сердцеед» был такой же случайностью? — она подняла руку к лицу, чтобы снова упавшие на глаза пряди не мешали смотреть на него. — Эта история случилась на самом деле.
— Да.
Пауза снова начала затягиваться, и доктор Миллер тронулась с места.
— Дело Кристофа Гейджа, я помню… Вот где я слышала про Чарльза Бейкера.
— Он взял эту мразь, — теперь Ральфи шел, глядя себе под ноги. — На трупе, но взял.
— Один взял?
Ветер наконец улегся, и Алиса остановилась, полезла в сумку за сигаретами, прикурила, и только потом спохватилась:
— Вы не против? Говорят, бросившие плохо переносят табачный дым.
— Глупости, — Ральфи подумал еще долю секунды, а потом попросил, прежде чем она застегнула портфель. — Можно мне тоже?
— Учтите, я не буду чувствовать себя виноватой, — Алиса протянула ему пачку, и, взяв сигарету, Ральф поднес её к носу.
— Я могу хотя бы нюхать.
Алиса снова коротко улыбнулась, наблюдая за ним.
— Значит, и в том деле вы ничего не изменили и не приукрасили?
— Я немного смягчил финал. Насколько вообще можно смягчить историю о парне, который насиловал девочек и ужинал их сердцами.
— Я интересовалась этим делом, — доктор Миллер затянулась и выпустила дым в небо. — Материалы засекречены.
Ноздри Ральфи едва ли не затрепетали, когда он снова вдохнул сдержанный, как будто запечатанный бумагой запах табака.
— В фильме один из напарников угодил в капкан и просто лежал в сторонке десять
— Но на самом деле подружки не было?
— На самом деле, — Ральфи посмотрел в небо, избегая смотреть на нее. — Джо Крамер, напарник Чарли, вышел на Гейджа первым. Тот действительно попал под подозрение случайно. Засветился перед камерой возле гимназии для девочек. Джо поехал просто поговорить. Гейдж запаниковал. Когда Крамера нашли…
Картинка встала перед глазами так живо, так ярко, как будто не три с лишним года прошло.
Ральфи опустил руку с сигаретой, надеясь, что девушка хотя бы не заметит, как он позорно пытается отдышаться, перебить заведомо загрязненным воздухом единожды забившуюся в самую глотку и вставшую там комом вонь.
— Эксперт потом сказал, что он был жив еще три дня. Гейдж отрезал ему конечности. Потом похитил ещё одну девочку. И сделал с ней всё то, что делал обычно. Но в тот раз он заставил Джо смотреть.
— Господи, — Алиса остановилась возле урны, заканчивая сигарету в две глубокие, слишком нервные для патологоанатома затяжки.
— Мы тогда вошли туда вдвоем, — Ральфи тоже остановился, давя в себе откровенно неуместное желание утешающе коснуться её плеча. — Я изначально крутился рядом, хотел увидеть настоящее дело изнутри и написать наконец стоящий сценарий. Их бы за такое не похвалили, поэтому я всегда оставался в машине. А в тот раз уговорил Чарли взять меня с собой внутрь.
— Почему вы его не пристрелили? Потом, когда взяли, — теперь взгляд Алисы был откровенно испытующим, а вот блеск из глаз куда-то исчез.
— Я тоже задал Чарли этот вопрос, — сочтя, что, пожалуй, достаточно, даже перебор, Ральфи все же коснулся ее плеча, предлагая не стоять на месте. — Он ведь ездил на задержание один, без группы захвата. Я был не в счёт. Он ответил, что сдохнуть для Гейджа было бы слишком просто. Я… не был согласен, но теперь думаю, что, может быть, он был прав. В любом случае, все… так. Гейдж закончит свою жизнь в тюрьме. Надеюсь, это случится быстро и плохо. Мы с Чарли… По большому счету, совсем неплохо.
Алиса поправила сумку, как будто ей некуда было деть руки, и обстановка снова разрядилась сама собой.
Ральфи сам не заметил, как вместе с этим висящим в воздухе напряжением внутри него самого сломалось то неловкое и странное, что до сих пор мешало.
Он медленно, чтобы движение не вышло слишком резким, потянулся и все-таки поправил спутавшиеся пряди на затылке Алисы.
— Любопытно, почему я тебе все это рассказываю?
То ли он все сделал правильно, то ли все просто правильно сложилось.