Сон льва
Шрифт:
До начала съемок следующего фильма у меня свободны все дни и все ночи, и я могу видеть сны. Один проект за другим мелькает у меня в голове. Истории, рисунки, пейзажи — я не знаю, с чего начать.
Сценарий для этой комедии приобретает все более ясные очертания: двое старых артистов варьете встречаются через много лет в больнице. Оба перенесли инсульт и лежат в клинике на Монтеверде. [32] Оба парализованы, но говорить-то они могут! И они начинают общаться с помощью старых шуток. Этим они приводят в отчаянье докторов, но для них самих наступает самый замечательный период в их жизни. Наконец-то успех! Наконец-то они нашли публику, которая не сможет выйти из зала.
32
Монтеверде — район в Риме.
Come Prima! «Как раньше!» [33] — могло бы быть рабочее название для этого фильма. Как
Кроме того, есть еще одно псевдонаучное исследование, постоянно требующее моего внимания. Это не обычное историческое полотно. В нем описывается эволюция согласно принципу сужения возможностей. Мой тезис состоит в том, что всем прогрессом мы обязаны ограничениям. Не знаю точно, что это значит. Так у меня бывает со всем, что для меня важно. Поэтому я все больше и больше убеждаюсь в том, что я на верном пути. Сквозь мои сны ко мне прорываются обрывки этого бредового исследования. Так что остается только упорядочить мысли. Я представляю себе три части: 1. Бог ограничивает человека; 2. Человек ограничивает Бога; 3. Человек ограничивает самого себя. Весь мир вертится только вокруг этого. Едва понимаешь это, как удивляешься, почему не видел этого раньше: человек делает шаг вперед только тогда, когда во всех остальных направлениях проход закрыт. Как у меня сейчас. Но все получится. Для того, кто придумал Рим, нетрудно придумать и самого себя.
33
Come Prima (итал.) — «Как раньше», известная итальянская песня Марио Пандэери.
Сразу после войны нам захотелось снимать кино. Мы с друзьями хотели поведать о том, что видели и пережили. Но студии Чинечитты [34] лежали в развалинах. Поэтому мы снимали улицы, используя солнечный свет вместо ламп. Прохожие стали актерами. Так родился неореализм. Потому что других возможностей не было.
Мои герои навсегда остались реалистичными. Они проходят мимо, настоящие люди, на фоне толпы проплывают их ягодицы, их груди, их гримасы. Но этих людей нельзя увидеть целиком. Из-за этого они кажутся огромными, необъятными. Так я их рисую и стараюсь показать жизнь, скрывающуюся за их увеличенным изображением, подобно чайному домику за лампионом.
34
Чинечитта (Cinecitta, итал.) — знаменитая киностудия в Риме, где работал Ф. Феллини.
Вечерами мы с друзьями просматривали на «Мувиоле» [35] кадры, сделанные в этот день, прокручивая вручную сцену за сценой, без звука. И по сей день это лучший способ просматривать фильмы: в маленькой темной комнатушке, без звука, так что маленькое изображение на мониторе должно рассказать обо всем.
Потом говорили, что я, дескать, не способен показать настоящего человека, существо из плоти и крови в полном расцвете, что я слишком барочен и занимаюсь карикатурами, потому что боюсь психологии. Чушь. В каждой части содержится целое. Какое мне дело до прекрасно разработанного характера, когда я замечаю жест какого — то прохожего? Этому случайному жесту предшествует целая жизнь, он — результат всего горя и всех переживаний. Я считываю их с него. Конечно, я узнаю в нем и свои собственные слезы. И те и другие одинаково правдивы. Так я вижу всего человека, когда он всего-то кривит рот, даже не зная, что я на него смотрю. Этот жест — сумма всего характера. Это все, что я знаю об этом человеке, и все, что я хочу о нем знать. Такие моменты я коллекционирую. Увеличиваю. В барочном стиле. Руки, головы, образы, рассказывающие историю без слов.
35
«Мувиола» (Moviola, англ.) — кинематографический монтажный аппарат.
Поэтому кажется, что мои истории изобилуют деталями, а с моими актерами происходят невероятные приключения. Но все, что я показываю, когда-то действительно существовало. Я увидел это в реальности. И сорвал, как цветок, ибо что есть еще в действительности помимо правды? От правды человеку нет никакого прока. Она лишь все искажает.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. НОВЫЕ БЕДНЯКИ
Сущность Рима, моего Рима, которая трогает и волнует меня, не найти ни на Римском Форуме, [36] ни во дворцах, ни в бессмертных произведениях искусства на стенах соборов и музейных галерей. Нет, сущность Вечного Города находится на окраине города и в сельской местности, прилегающей к нему.
36
Римский Форум (лат. Forum Romanum) — площадь в центре Древнего Рима вместе с прилегающими зданиями.
Его сердце находится не в истории, спасенной от исчезновения, а в воспоминаниях, распавшихся на такие крохотные кусочки, что ими никто не интересуется.
Эти осколки можно найти повсюду: на первый взгляд они кажутся кучей мусора, горой кирпичей, заросших сорняками, или облезлой штукатуркой, на которой сорванцы нацарапали свои имена. Но если присмотреться, то где — то в углу под старыми газетами
Таков древний Рим, который никого не интересует. Обычно это всего лишь невзрачные обломки, которые можно встретить в Римской Кампанье [37] между современными районами, вдоль автострад и на пашнях. Они лежат везде: до самых Монти Пренестини [38] на востоке, Альбанских холмов [39] на юге и Тосканских на севере, но, похоже, ни одна душа их не замечает. Их так много, что ни один археолог на них не оглянется. Вокруг некоторых из них когда-то поставили ограду, но столбики уже давно покосились.
37
Римская Кампанья (Campagna di Roma, итал.) — местность в Италии, часть старой Этрурии, Сабины и Лациума.
38
Монти Пренестини (Monti Prenestini, итал.) — горная цепь в центральной Италии.
39
Альбанские холмы — комплекс потухших вулканов в 25 км к югу от Рима.
Табличка с надписью, запрещающей проход, заржавела. Металлическая сетка прижата к земле детьми, игравшими на развалинах в футбол, или парочкой, заходившей туда заниматься любовью. Только когда планируют новую застройку, тогда, бывает, обнаруживают на чертежах кадастра несколько метров исторического цемента, после чего архитектор, не заметивший их, в сердцах ругается и переделывает свой план так, чтобы остатки ипподрома, бараков гладиаторов, нимфеума [40] оказались позади мусорных контейнеров или на разделительной полосе на шоссе, где они не портят вид его проекта.
40
Нимфеум, нимфей (греч. Nymphaion) — святилище, посвященное нимфам, обычно сооружалось у источника воды. Представляет собой полукруглое здание с колоннами, иногда в несколько этажей. В период эллинизма и Древнем Риме «нимфеумами» стали называть сооружения, украшавшие источники воды, а также городские здания с водоемами.
Меня часто можно встретить в этих местах. Здесь я в меру своих ограниченных возможностей прикасаюсь к вечности. Что-то я нахожу, но при этом чувствую себя потерянным. Лежащий между новостройками и руинами кусок свинца от древнеримского водопровода вызывает у меня слезы на глазах. Почему? Кто знает. Возможно, потому, что он как будто заранее отвечает на вопрос, который еще не задан.
В этих осколках скрывается вся история Рима. Они ничего из себя не представляют, но, тем не менее, в них все. Они — квинтэссенция вечности. По крайней мере, здесь, на поросшем сорняками щебне у заправочной станции близ поворота к Чеккиньоле, [41] ощущение вечности у меня гораздо сильнее, чем рядом с рельефами Колонны Траяна [42] или чеканными капителями Форума, созданными рукой мастера. Мой Рим более лапидарный. Глядя на купол Пантеона, восхищаешься духом, сотворившим его, но зато в кирпиче я угадываю ручной труд каменщика и пот грузчика. Я чувствую запах мочи уличных мальчишек и горохи овец, что здесь паслись. Как бродячий пес, я отдыхаю у стены из прохладного мрамора — она с каждым годом разрушается все больше и больше, так что тень от нее все меньше. Этим летом на нее наклеили цирковые афиши. Мимо пробегают местные жители. Они не интересуются вечностью. Они вытирают об эту стену масляную тряпку, когда чинят свою машину, или привязывают к ней бельевую веревку. Именно это пренебрежение и приводит меня в состояние печального экстаза. И никак иначе. Я дрожу, и сидящие за спиной у парней на «Веспах» девушки окидывают меня подозрительными взглядами. Смотри, говорят обломки, вот что осталось от античной бани.
41
Чеккиньола — район в Риме, «где скопления строительных кранов чередуются с девственными пустырями» (Карло Фруттеро, Франко Лучентини. Дело Д., или Правда о «Тайне Эдвина Друда»).
42
Колонна Траяна — колонна на Форуме Траяна в Риме, установленная Аполлодором Дамасским в 113 году и. э. в честь побед Траяна над даками.
То же происходит с собственными воспоминаниями: чем они сильнее, тем больше мешают свободе твоей мысли. Аюди все хотят зафиксировать, но я говорю: отпустите!
Я думаю об этом, лежа без дела в своей студии, пока у меня нет новой работы. Сколько времени мне еще потребуется, чтобы освободиться от контуров всех тех, кого я любил? Сколько времени мне понадобится, чтобы стерлись черты их лиц, все морщинки и слезинки, получившиеся совсем не такими, как я задумал? Для следующего проекта я смогу использовать разве что призраков.