Солнце цвета меда

Казаков Дмитрий Львович

– А это у нее от старости в голове помутилось! – Бессмертный нахмурился, в небесах потемнело, где-то в вершине зловеще громыхнуло. – Или забыла мою мощь великую?

Кощей вскинул руки.

Синева чистого доселе неба стремительно набухала тучами, черными, словно душа злодея. Завыл ветер, холодный, пронизывающий, тучи сползались, сливались в клубящееся облако. В нем ревело, грохотало, полыхали мертвенно-бледные молнии.

– От такого приглашения трудно отказаться, – бесстрастно сказал Ивар. – Пожалуй, мы заедем на пир.

– Вот

и отлично, – Бессмертный опустил руки, развернул коня, похожего на сгусток мглы. Тот даже ступал бесшумно, травинки под его мощным телом едва пригибались, словно плыл по воздуху.

Тучи расползались неохотно, с сердитым рычанием растворялись в лазури, будто пятна краски в воде.

– Ох, зря ты согласился, – подъехав к конунгу вплотную, прошептал Ингьяльд. В голосе его слышалась тревога, – Едем прямо к волку в пасть.

– Как такому откажешь? – так же тихо ответил Ивар. – Понадеемся на удачу. Не пропадем.

Говорил твердо, хотя никакой уверенности не чувствовал. Тощая спина, обтянутая черной тканью, что виднелась впереди, выглядела зловеще, а лысый затылок жирно блестел.

Сложенные из громадных глыб стены надвинулись, копыта лошадей прогрохотали по проложенному над узким, но очень глубоким рвом мосту. На дне рва клубилась тьма, в ней что-то шевелилось, доносился шорох и неприятный скрежет, точно что-то очень твердое скребло по камню.

От этого звука подирал мороз.

За стеной оказался мощенный каменными плитами двор. Лишь в одном месте виднелась заросшая травой земля. Там возвышался, раскинув толстенные ветви, невысокий, но очень мощный дуб. Листья его чуть слышно шелестели, а в развилине примостился здоровенный, окованный металлическими полосами сундук.

– Кто же это так вещи хранит? – сразу заволновался Нерейд. – Украсть могут!

– Следуйте за мной, дорогие гости, – сказал Кощей, легко спрыгнув с коня. – О ваших лошадях позаботятся.

Громыхая костями, во дворе объявились несколько скелетов. Эти были без оружия, бесстыдно голые. На ребрах одного висели клочья сгнившей ткани, с головы другого свешивались остатки волос.

– Ну и слуги у него, – проворчал Лычко, брезгливо отстраняясь от воняющего разрытой могилой конюха. – А еще говорит, что смерти сюда дороги нет!

Вслед за хозяином поднялись на высокое крыльцо вступили в громадный темный зал. Кощей хлопнул в ладоши – и на стенах запылали десятки факелов. Стало видно, что пол покрыт блестящими мраморными плитами, белыми и черными, которые складывались в сложный рисунок. На стенах висели ковры из багровых и фиолетовых тканей, мохнатые, точно гусеницы. Высокий потолок, подпертый витыми колоннами из тусклого золота, терялся во мраке.

Зал подавлял мрачной красотой.

– Прошу, – По второму хлопку из ниоткуда возник стол, покрытый белой скатертью, вокруг него выросли лавки. У торца появилось кресло с высокой спинкой, выточенное из темного дерева. В подлокотниках мрачно сверкали драгоценные камни.

О красоте Бессмертный заботился

больше, чем об удобстве.

Ивар сел по правую руку от хозяина, напротив пристроился Ингьяльд. Кощей явно захочет беседы, и кому тешить его речами, как не конунгу с эрилем? В кресле Бессмертный растопырил руки, стал неприятно напоминать паука, затаившегося в центре паутины, глаза его нехорошо заблестели.

Когда хлопнул в ладоши третий раз, то стол оказался уставлен блюдами.

– Насыщайтесь, – сказал Кощей с натужным радушием, – путь ваш был долог.

– Благодарим, – ответил Ивар, пододвигая к себе блюдо.

Глава 15

БЕССМЕРТНОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

Угощение было странное. Горками лежали неведомые черные плоды, сморщенные так, словно усохли прямо на дереве; в зеленом соусе плавали какие-то огрызки, похожие на крысиные хвостики. На большом блюде, где хватило бы место для жареного вепря, красовалась крупная ящерица. Из зубастой пасти торчал пучок петрушки, а чешуйчатые бока прятались за рядами печеных яблок. Запах от всего этого исходил сладковатый, приторный.

– Что же вы не едите, гости дорогие? – поинтересовался Кощей, радушно обводя стол рукой, более напоминавшей палку.

– Я… эээ… неголоден, – промямлил Ингьяльд. При одном взгляде на блюдо с шевелящимися красными червяками, лоснившимися от жира, его лицо слегка позеленело.

– В дальних странствиях нелепо быть разборчивым. – Лычко ухватил что-то, похожее на упыриную лапу, и решительно сунул в рот.

Ивар осторожно взял яблоко, во рту оно расползлось и падко-кислой кашей, в которой что-то зашевелилось, должно быть непропеченные червяки. С трудом усмирил задергавшийся желудок, заставил себя проглотить.

На другом конце стола Кари с недоумением рассматривал оторванный ящеричный хвост. Просто не знал, с какого конца его кусать.

– Куда лежит ваш путь? – спросил Кощей столь неожиданно, что Ивар даже вздрогнул.

– На восток, – ответил он, радуясь, что под предлогом разговора можно ничего не есть.

– Неужели? – На обтянутом кожей черепе нарисовалось удивленное выражение, – Разве вы ехали не к моему дворцу?..

– Нет. Мы ничего про него не знали.

– И про меня, великого и ужасного Кощея Бессмертного, ничего не слышали? – Изумление хозяина дворца было столь велико, что Ивару на мгновение стало его жаль.

– Никогда, – честно отозвался он.

– Вранье – Глаза Кощея вспыхнули как две злые звезды. – Вы прибыли сюда, чтобы убить меня! Вас послали гнусные завистники, мерзкие прохиндеи, но ничего у вас не выйдет!

Он вскочил, с грохотом опрокинул кресло. Стол со всеми яствами исчез, пропали лавки, викинги повалились на пол. Послышался лязг, а за ним ругательства и раздраженные возгласы.

– Сколько героев уже побывало здесь! – продолжал бушевать хозяин дворца. – Десятки, сотни! Никто не добился успеха, ибо я бессмертен!