Солнце Бессонных

Колесникова Юлия Анатольевна

– Ты что, ничего не будешь есть?
– неожиданно рядом оказался Бред, около него приземлилась и Сетти, а я была оттеснена к Калебу настолько близко, что не могла даже поднять локти. Мы хмуро переглянулись с Калебом, понимая, чем это грозит. Вокруг было столько места, а эти двое приклеились к нам, как банный лист.

– Твой поклонник так настойчив, что-нибудь предпримешь?- прошелестело возле моего уха, и, увидев, что лицо Бреда ничуть не изменилось, я поняла, что Калеб забывает об осторожности. А если бы кто-нибудь заметил, как он передвигается?

Хотя это только оправдание той дрожи, что прошла по моему телу от его голоса. Я и так прекрасно знала, что пользуясь своей скоростью, он вполне может дурачить остальных, затуманивая их разум на доли секунд.

– Я буду есть, - отозвалась я, отвечая сразу же обоим. Удивленная ухмылка Калеба давала понять, что он догадался, что эти слова относятся и к нему.

– Может, чего-нибудь хочешь?
– галантно обратился ко мне Бред, но его опередил Калеб, выхватывая мою тарелку.

– Спасибо, не переживай, тебе будет тяжело ухаживать сразу же за двумя дамами.

Бред сощурился, высматривая что-то в лице Калеба. Но тот не выглядел не одушевленным, не безумно влюбленным, чтобы Бред мог бы почувствовать, что его обскакали. Калеб скорее выглядел, как заботливый брат.

Я вздохнула почти с облегчением. Сетти, кажется, перестала сверкать в меня ревностно глазами, Бред не смотрел уязвлено, а их внимание было оторвано от Калеба. И я могла спокойно есть, если бы меня не замутило от той горы продуктов, что навалил на свою тарелку Калеб.

– И я должна все это съесть? И еще плюс моя тарелка? У тебя помутился разум от красоты Сеттервин? Или думаешь, что я ем как свинья?

Улыбка разлилась на лице Калеба. Нет, точно стоит его двинуть по лицу!

– Ревнуешь?

– К кому, к Бреду?

Когда мы вот так гневно смотрели друг на друга, создавалось ощущение подобное электрическому разряду.

– Ешь, сколько сможешь, - сдался с тяжелым вздохом Калеб, - а с остальным я придумаю, как поступить.

Некоторое время спустя Бред снова вернул свое внимание ко мне.

– Может принести тебе чаю? Я иду за чаем для Сетти, - синие глаза Бреда смотрели на меня так по-доброму, что я не могла удержаться от ответной улыбки.

– Не надо Бред, я уже принес ей чай.

Парни впервые за сегодня открыто враждебно посмотрели друг на друга. Первым отвернулся Бред, не удивительно, кто может выдержать взгляд вампира? Сеттервин испепеляющим взглядом смотрела на меня, я же непонимающе на нее. Что ей от меня надо?

Хотя да, двое парней, которые ей как раз нравятся, меряются взглядами из-за меня. Повод веский. Но что я могла сделать? Причины, по которым я нравилась одному и другому, были мне не понятны. И нравилась ли вообще? У меня складывалось впечатление, что они распустили хвосты друг для друга.

Я не стала пить предложенный Калебом напиток, и, заметив, как он при этом буравит меня взглядом, улыбнулась.

Ни чей чай я так и не взяла. Они меня раздражали оба. Калеб, как всегда привычный к легким победам, не мог сдаться,

видимо, все еще желая услышать, что он единственный и неповторимый. По своей сути, он был просто собственник. А Бред... Бред, вообще удивлял меня своим рвением быть поближе ко мне, когда рядом была симпатичная и совершенно не беременная Сеттервин.

Эти двое парней удивляли меня больше, чем кто-либо за все мое немалое общение с парнями. Петухи, вот как хотелось их охарактеризовать.

Но и не стоило скрывать от себя, как мне была приятна ревность Калеба, пусть и не вызванная любовью.

Сидя вполоборота, я посмотрела на Калеба, желая убедиться, что он смотрит на меня, при этом я совершенно проигнорировала то, что мне говорил в данный момент Бред. Я могла смотреть только на Калеба и думать, какая же я все-таки глупая, что люблю его. Потом я вдруг осознала, что Калеб, нахмурившись, смотрит на нас, и что рука Бреда накрыла мою, видимо привлекая к себе внимание.

В тот момент, когда глаза Калеба гневно полыхнули, я была готова отгрызть свою руку, лишь бы освободиться от тягостного тепла руки Бреда.

– У тебя ледяные руки, - охнул Бред, и принялся растирать одну из них. А я с тоской смотрела на хмурое лицо Калеба. Он сделал вид, что отпивает пива из бутылки, но я знала, что ни одной капли не попало ему в рот.

– Я знаю, это плохое кровообращение, - отстраненно сказала я, и вдруг встрепенулась, услышав грохот с той стороны, где сидел Бред.

Сеттервин с невинным видом начала собирать на тарелку остатки еды, что попадали на землю, и осколки бутылки. Бред сразу же кинулся помогать ей. Вокруг нас образовалась такая тишина, что я отчетливо начала слышать потрескивание дров в костре.

Я оглянулась и заметила, как все удивленно уставились на нас. Бет смотрела, сдвинув брови, и совершенно не понимала, что происходит. Теренс от души веселился, он, скорее всего, тоже ничего не понимал, но его это и не тревожило. Френк и Питер, ухмылялись, думая, что это мы с Сеттервин воюем за Бреда. Ева тревожно сжимала руки, наверное, она была единственная, кто с самого начала следил за всем происходящим между нами четырьмя и, конечно же, переживала. Лари, сидя рядом с ней, непонимающе наблюдал за Сетти и Бредом, ползающих по земле. Лин почти не отличалась от Лари, ей было просто все равно, она тут же вернулась к еде.

И только выражение одних глаз, прикованных к нам, мне не понравились. Оливье смотрела на всю эту картину оценивающе, и будто бы что-то выискивая. Я не сомневалась, что она поймет и заметит многое, но в отличие от Евы, поймет превратно и искаженно.

Я встала и направилась к костру, чтобы подкинуть дров, но на самом деле, чтобы разрядить обстановку. Остальные, словно по приказу, сразу же вернулись к смеху и разговорам.

– Боюсь, в этом году мы тут уже в последний раз, - сетовала Бет, - все собирались, собирались, и вырвались, чуть ли не в самый холод. Вечно нам выпадает на поход сырая погода.