Сольная партия
Шрифт:
Фергюсон мягко улыбнулся и повернулся к Моргану.
– Что думаешь, Аза?
– КГБ?
– Возможно. Но их главной задачей в послевоенные годы было просочиться непосредственно в систему французской контрразведки. На мой взгляд, наиболее вероятный ответ – ГРУ. Судя по рассказам, у Девиля есть стиль, чего всегда очень не хватало людям из КГБ.
– Даже выходцам из Итона?
– Метко подмечено. – Фергюсон промакнул салфеткой подбородок. – Но такой человек, как Микали… Просто поразительно. Почему,
– Понятия не имею. Где он набрался опыта, сказать могу, но не больше. Он поступил в Легион в восемнадцатилетнем возрасте. Отслужил два года в Алжире, в десанте.
– Как романтично!
– Простите, сэр, – вмешался Бейкер. – Могу ли я поинтересоваться насчет Девиля? Вы хотите брать его сейчас?
– Минутку, суперинтендант. – Фергюсон повернулся к Моргану. – Думаю, Аза, сейчас тебе разумнее всего перейти в соседнюю комнату и помириться с доктором Рили.
– Иными словами, вы не хотите обсуждать свои планы в моем присутствии?
– Абсолютно верно.
Бейкер распахнул дверь в гостиную. После небольшого колебания Морган подчинился, и суперинтендант закрыл за ним дверь.
Кэтрин Рили стояла у камина, облокотившись о полку и глядя в огонь. Она подняла голову и поглядела на отражение полковника в зеркале с позолоченной рамой.
– Вы блуждали по аду без карты, Аза. Я не могла оставить вас там.
– Вам не откажешь в умении красиво выражаться, – ответил Морган. – Вот они, плоды дорогостоящего образования.
– Аза – пожалуйста! – Теперь в ее голосе звучала неприкрытая боль.
– Знаю, – хрипло бросил он. – Бешеная страсть охватила вас. Только к кому – к нему или ко мне?
Кэтрин не отрываясь смотрела на него. Ее лицо стало еще бледнее, и, когда она заговорила, голос ее дрожал:
– Как-то раз мы мыли вас, Аза. Мария и я. Сколько ран на теле? Пять? Шесть? И это только то, что бросается в глаза. Мне жаль вас.
Кэтрин отвернулась и прошла в соседнюю комнату. Фергюсон поднял голову. Бейкер резко повернулся ей навстречу.
– Могу я теперь уйти? – спросила она.
Фергюсон перевел взгляд на стоявшего в дверном проеме Моргана. Девушка шагнула вперед и встала перед ним, оперевшись руками о стол.
– Хватит! – твердо сказала она. – Я больше не могу этого терпеть.
– И куда вы отсюда направитесь, доктор Рили? – поинтересовался Фергюсон.
– В квартиру подруги в Доуро-Плейс. Там моя машина. А вообще я хочу только одного – как можно скорее вернуться в Кембридж.
Лицо бригадира оставалось спокойным, а голос звучал на удивление мягко.
– Таково ваше истинное желание? Вы абсолютно уверены?
– Абсолютно, – бесстрастно повторила Кэтрин.
– Очень хорошо. – Фергюсон кивнул Бейкеру. – Проводите доктора до машины, суперинтендант.
Кэтрин направилась к дверям, сопровождаемая Бейкером. Когда она взялась за ручку, Фергюсон произнес:
– Минуточку, доктор. Пожалуйста, не пытайтесь покинуть страну без нашего разрешения. Было бы очень неприятно, если бы нам пришлось помешать вам.
Ким внес накрытое блюдо.
– А вот и пудинг! – воскликнул Фергюсон. – Признаться, я начал опасаться, что кашевар о нем забыл. – Он сел и снова заткнул салфетку за воротник. – Весьма оригинальное блюдо. Пропитано коньяком. Попробуй, Аза.
– Нет, спасибо, – отозвался Морган. – Лучше я, если вы не возражаете, еще выпью.
– Пожалуйста. Рука сильно болит?
– Ужасно. – Морган не соврал и все же нарочно состроил гримасу боли, наливая себе щедрую порцию „Курвуазье".
Не успел он проглотить коньяк, как вернулся Бейкер.
– Без проблем? – спросил Фергюсон.
– Абсолютно, сэр.
– Хорошо. Микали не пытался скрыться?
– Нет, сэр. Я только что связался с нашим передвижным командным пунктом на прилегающей к залу автостоянке. По самым последним сведениям, они только что закончили репетировать.
Фергюсон бросил взгляд на часы.
– Шесть пятнадцать. Дайте подумать. Концерт начинается с „Послеполуденного отдыха фавна" Дебюсси, затем – симфония „Часы" Гайдна. Значит, очередь Микали наступит около восьми сорока пяти, с антрактом в полдесятого.
– Тогда мы его и возьмем, сэр?
– Думаю, лучше после приема. Не забывайте, он все-таки почетный гость фестиваля. Его отсутствие на торжестве покажется странным. Пусть все идет как следует и сколь необходимо долго.
– Возьмите меня с собой, – подал голос Морган.
– Извини, Аза. Я понимаю твои чувства, но свое дело ты сделал. Дальше события станут разворачиваться без тебя. Теперь это дело полиции.
– Ну что ж. – Морган примиряющим жестом поднял руку. – Я умею проигрывать. Пожалуй, теперь мне пора.
Он повернулся к двери.
– Подожди меня, Аза, я подброшу тебя до дома, – бросил ему вслед Бейкер.
– Умеет проигрывать. Как бы не так, – проронил Фергюсон, едва Морган вышел. – Когда он делает подобные заявления, я действительно начинаю беспокоиться. Отвезите его домой и установите круглосуточное наблюдение за его квартирой до конца операции.
– Вряд ли стоит так волноваться, сэр. Посмотрите, в каком он состоянии. Удивительно, как он до двери-то сам дошел.
– Если вы способны поверить Азе Моргану, суперинтендант, значит, вас кто угодно может обвести вокруг пальца, – улыбнулся Фергюсон.