Сокровище пути

Иолич Ася

– Мне дают по четыре за урок. Неплохо, как думаешь?

Верделл почесал подбородок.

– Да. Платят тебе хорошо. Прямо очень хорошо, кирья.

– Ну, там не одна девушка, а шесть.

– Шесть? Шесть девушек? Вот бы поглядеть.

– Да. Они там живут с тётей, и я прихожу их учить.

– Ладно. Мне пора, кирья. Вечером по реке приплывает лодка, и мне надо доехать до другой реки и отдать в другую лодку. Я поехал. Они ждать не будут.

– Верделл, а это точно не опасно?

–

Не знаю, кирья, – крикнул он уже с лестницы, и из соседней каморки донеслась брань и стук в стену.

Ранним утром она подшила края керио и удовлетворённо взглянула на него, расстеленный на кровати. Неплохо для керио, вытканного из чужих ниток в чужой стране. Аяна подвязала им живот поверх рубашки, и спина наконец перестала так сильно болеть.

Она спустилась в трактир и взяла свою порцию каши на воде. Две порции стоили грош, и Верделл с утра платил за них обоих.

Джин ждала её в комнате, и рядом стоял читар.

– Можешь играть. Тётя разрешила тебе ходить сюда, но только до пяти часов. В пять тебе нужно будет уйти.

– Хорошо. Можно мне попить?

– Сейчас принесу.

Пока она ходила за кувшином, Аяна рассматривала её комнату, какую-то будто пустую и безликую. Даже запах был какой-то неопределённый и неуловимый.

– Джин, ты давно живёшь здесь?

– Три года.

– А до этого?

– До этого я жила в другом месте. Слушай, давай не будем об этом, хорошо? Расскажи мне лучше, откуда ты.

– Может, позовёшь остальных? – улыбнулась Аяна. – А то потом снова всё рассказывать.

Джин рассмеялась, ушла и вернулась с Лиу и Ивэр.

– Как у вас всё чудно устроено, – удивлялись они. – Совсем не как у нас. Аяна, ты так много успела повидать, и степь, и часть озёрного края! А потом ещё и в Ордалл уедешь.

– Я вообще только свою деревню и видела до того, как сюда, в Тэно, приехала.

До пяти часов они болтали и пытались разобраться с тонкостями игры на читаре, и Джин угостила её рисом.

– Тебе пора, – сказала она. – Сейчас Лейсе придёт.

– А чем вы занимаетесь после пяти?

– Домашними делами, – вздохнула Джин. – Тётя не любит, когда мы отвлекаемся.

Она заправила свои тёмные волосы нежными белыми пальцами за ухо, и Аяна залюбовалась на это лёгкое движение.

Ивэр встала и потянулась, сплетя руки над головой.

– Тебе надо танцевать, Ивэр, – сказала Аяна. – Ты двигаешься красиво. Вы все такие изящные.

Ивэр выставила перед собой запястья и изящно подвигала ими.

– Точно, точно, – сказала Аяна. – Это очень красиво.

На следующих трёх уроках девушки пели песню долины, которую она записала им. Это была колыбельная про реку, которую Аяна пела Конде, когда он лежал со сломанной

ногой.

– Необычная мелодия, – сказала Гэла. – Похожа на мелодии моих родных мест.

Она напела тихую мелодию.

– Да. – Аяна вспомнила о доме и загрустила немного. – Очень похоже. Как две родные сестры.

– Ты, наверное, скоро перестанешь к нам ходить, – сказала Джин.

– Мой срок через две с лишним недели. Я постоянно сплю, ночью и днём, но в остальном всё в порядке.

– Как ты ещё ходишь к нам, – пожала плечами Джин. – Я на этом сроке еле ползала.

Аяна удивлённо повернулась к ней.

– У тебя есть ребёнок?

Джин слегка побелела, а остальные девушки смотрели на неё.

– Да, – сказала она. – У меня сын. Ему четыре. Он живёт в деревне. Его отец не хотел его.

Аяна пересела к Джин на скамью и обняла её.

– Ты, наверное, скучаешь по нему?

– Да. Он живёт к северу отсюда. Я давно не видела его.

– Мне очень жаль.

– Зато тебе повезло. Ты носишь желанное дитя, и твой муж рядом, – сказала Гэла. – Да, Джин? Давай лучше порадуемся за Аяну.

Аяна вышла от них в недоумении. Она не стала расспрашивать Джин о сыне – та была слишком печальной. Она хотела расспросить Верделла о том, сколько денег они смогли скопить, и направилась к нему на рынок, но не нашла его в рыбной лавке: там сидел какой-то другой парень.

От беспокойства у неё заныла спина. На постоялом дворе Верделла тоже не было, и Аяна легла на кровать, обнимая живот.

Малышка последние несколько дней притихла, но это было и к лучшему. Пусть лучше так, чем пинки вроде тех, которыми баловался Ленар в животе у сестры.

– Айлита, – сказала она. – Маленькая моя. Моя хорошая. Ты там спишь, что ли? – спросила она, щупая живот, но малышка только сонно пошевелилась. – Ну тогда и я посплю.

Она тихонько лежала, и сон не шёл к ней.

Верделл вошёл, тихонько приоткрывая скрипучую дверь, но увидел, что Аяна не спит, и смело шагнул в комнату.

– Я искала тебя на рынке, - устало сказала Аяна.
– Тебя там не было. Ты больше не будешь там работать?

– Нет. Я устал спать на конюшне. Я ушёл оттуда, потом постирал свои вещи и помылся с мылом. От меня теперь не пахнет.

– Ты снова ночью уйдёшь?

– Да. Не хочу терять деньги. Я договорился о продаже кобылы, кирья. Ещё шесть дней, и у нас будет необходимая сумма. Мы сможем переправиться в Арнай. В Димае, куда мы приедем, можно снять комнату в доме у города. Это будет лучше постоялого двора. И мы станем ещё чуть ближе к дому.

– К твоему дому.

– Он станет и твоим. Прислоняйся. Я полежу тут, пока ты засыпаешь.