Сочинитель
Шрифт:
— Фантастика! — держа свой напряженный член в руке, он выгнул спину, почти встав на мостик, встречая ее. — Садись на него.
Одна секунда, — она потянулась за куском мыла и быстрыми движениями терла им его фаллос, пока ему не показалось, что в нем сладко ноет каждый нерв. Тогда она сжала его член рукой и, присев, направила его в себя.
У него перехватило дыхание. Ощущение было такое, будто его член окунулся в чан с кипящим маслом. Он схватил ее за ягодицы, входя в нее еще глубже, а она тем временем склонилась
Он начал соскальзывать вниз, на дно ванны, вода дошла ему до подбородка.
— Черт побери, да ты же собралась меня утопить.
— Не волнуйтесь, — она смеялась. — Я вас спасу. У меня есть диплом спасателя. — Она начала двигаться вверх-вниз, высоко поднимаясь и снова опускаясь на него, при этом не давая его члену выскользнуть. — Просто расслабьтесь, — она улыбалась, уверенная в своей власти. — Работать буду я. Просто представьте, что я пропеллер, а это — моя ось.
Он взглянул на нее.
— Я даже не думал, что ты можешь так трахаться, когда мы делали это в офисе.
— На работе это никогда не удается по-настоящему, — сказала она. — Просто быстренькие перепихоны по должности. Некогда заняться творчеством. Сбросил пар и беги.
— Аллилуйя! — прокричал он.
Внезапно она придержала его обеими руками и приказала:
— Не двигайтесь!
Он взглянул на нее.
— Что-нибудь не так?
— Все в порядке, — сказала она. — Я начинаю писать. Ооо... — шептала она в экстазе. — А теперь вы сделайте это внутри меня.
— Я не смогу этого сделать, когда у меня стоит, — ответил он.
— Нет, сможете, — сказала она. — Я вам покажу, — быстро просунув руку ему под мошонку, она нажала пальцем на нерв. Горячая жидкость хлынула сильной струёй. В ту же секунду она вынула его член из себя и направила струю себе в лицо, ловя ее раскрытым ртом. Когда он закончил, она тут же снова села на него и наклонилась, приблизив к нему лицо. — Мне понравился ее вкус, — шепнула она. — Сладкая, как сахар.
Она снова задвигалась — он мог ощущать ее возбуждение.
— Где ты этому научилась? — выдохнул он.
— У американских солдат во время войны, — хрипло ответила она. — Все они хотели окатить меня “золотым дождем”, и через некоторое время я действительно втянулась в это.
— Боже, — вырвалось у него.
— И это еще не все, — сказала она. — Американцы оказались забавнее, чем немцы. Боши просто трахаются и дают в рот. А американцам даже нравилось засовывать батончики “Марс” и “Беби Рут” мне в задницу и в пи...у.
— Зачем? Что они делали с ними потом? — спросил он.
— Либо они съедали это, либо я, — ответила она.
— Дерьмо, — сказал он.
— И это тоже, — ответила она. — Когда ты среди побежденных, то делаешь то, что тебе говорят. Иначе окажешься за бортом. Ни еды, ни работы, ничего.
— Неужели и сейчас это так? — спросил он.
— В
— Но тебе не пришлось трахаться со мной ради работы.
— Не вы нанимали меня, — напомнила она, — а Сантини. — Она взглянула на него. — Ну, ваш молодец почти обмяк. Вот что происходит, когда слишком много думаешь и слишком много болтаешь.
Он молча смотрел на нее.
— Не беспокойтесь, — сказала она. — Я сделаю так, что через секунду он снова встанет, — она слегка наклонилась в сторону и подсунула руку под его ягодицы. Потом вставила два пальца ему в задний проход и начала легко нажимать и нежно массировать его. Его молодец тут же встал.
— Ну, давай, трахай меня, мать твою!.. — крикнул он. — Давай! Давай, сильнее!
Он почти дремал на застеленной постели, когда зазвонил телефон. Сонным взглядом посмотрел на Мариссу, бродившую по комнате голышом, распаковывая свои вещи. Она вопросительно взглянула на него.
— Подойди, — сказал он.
Она сняла трубку.
— Pronto.
До него доносился голос женщины, говорившей по-итальянски на том конце провода. Несколько секунд Марисса слушала, потом обернулась к нему.
— Это Мара Бенетти, — сказала она. — Она хочет знать, идете ли вы на прием к контессе?
— Я еще не решил, — ответил он.
— Уже одиннадцатый час, — сказала она.
— Ну и что? Никто в жизни не приходил туда раньше полуночи.
Марисса заговорила с актрисой по-итальянски, та скороговоркой выпалила ей что-то в ответ.
— Она хочет, чтобы вы сопровождали ее, — сказала ему Марисса.
— А что случилось с Сантини? — поинтересовался он. — Он же должен был пойти с ней.
Из телефонной трубки донеслась очередная тирада.
— Сантини надул ее, — объяснила Марисса. — Вместо нее он ведет туда одну американскую актрису. Парень Мары дает ей на сегодняшний вечер свой лимузин, если вы поедете с ней.
— А почему он сам не поедет с ней?
— Он мафиозо, — ровным голосом сказала Марисса — Может быть, у него есть другие дела.
— После приема он мне голову оторвет, — сказал он.
— Но не в том случае, если вы возьмете с собой и меня, — прозрачно намекнула она — Этим вы покажете, что уважаете его.
— Ты бы хотела пойти? — с любопытством спросил он.
— Конечно. Это же крупнейшее событие сезона, — ответила она. — И для случая вроде этого я сперла из костюмерной студии потрясное платье.
Джо пожал плечами.
— Спроси у нее, не будет ли она возражать, если я возьму тебя с собой?
— Я ей все объясню, — заявила она. — Если уж на то пошло, вы не говорите по-итальянски, я ваш секретарь, и вы нуждаетесь в том, чтобы я переводила. Кроме того, она прекрасно меня знает.