Сочинитель
Шрифт:
Контесса подняла свой бокал с шампанским.
— A la doice vita!
31
Когда они покинули палаццо контессы и уселись в машину, было уже почти восемь часов утра.
— Мы можем выпить кофе у меня в гостинице, — предложил он. — Кухня уже открыта.
Мара взглянула на него.
— Думаю, мне лучше сразу поехать домой.
— Нам всем не помешала бы чашечка кофе, — сказал он.
— Я вас подброшу, — ответила
— Ну, как хочешь, — сказал Джо.
Мара посмотрела на них.
— Вы не расскажете моему другу, чем мы занимались?
— Я ничего не знаю, — ответил Джо. — И я даже не знаком с ним.
— Он такой ревнивый, — сказала Мара. — Если бы он заподозрил, что я была с другим мужчиной, он бы меня убил.
— А как насчет контессы? — поинтересовался он.
— Он про нее знает, — ответила она. — Потом, женщины не считаются.
— О’кей.
Лимузин остановился перед гостиницей, и Джо с Мариссой вышли.
— Спасибо, — поблагодарил Мару Джо.
— Не за что, — ответила Мара. — Вы остаетесь в городе на этот месяц?
— Еще не знаю.
— Я вам позвоню, — сказала она. — Ciao Ciao, Марисса.
Лимузин отъехал, и они вошли в гостиницу. Перед тем, как подняться в номер, он оставил у консьержки заказ на завтрак. Марисса скинула с себя платье и натянула старую солдатскую футболку, прежде чем он успел снять хотя бы пиджак.
— Jesu Cristo! — сказала она. — Эта контесса — это уже слишком.
Стянув с себя рубашку, он швырнул ее на стул.
— Да, это что-то особенное.
— Я не знала никого, кто бы мог так лизать, — сказала она. — Один раз мне показалось, что ее язык проникнет мне из переднего места в задницу.
Он взглянул на нее.
— Тебе понравилось?
— Она делает это лучше всех. Я слышала, что лесбиянки делают это лучше всех, но до сегодняшнего дня не верила.
В дверь постучали, и официант внес в номер поднос с кофе и булочками. Она подождала, пока официант не ушел.
— Она оставила мне сорок тысяч лир, а не двадцать.
— Неплохо, — ответил он.
— Она и вам что-то дала, — сказала Марисса — Я видела.
Засмеявшись, Джо вынул из кармана маленький пакет из вощеной бумаги.
— Кокаин.
— Она настоящая леди, — заявила Марисса, разливая кофе по чашкам. — Классно она трахается?
— Не жалуюсь, — ответил он.
— У меня там все так болит, — сказала она. — Прямо горит, когда я писаю.
Он рассмеялся и попробовал свой кофе.
— До свадьбы заживет.
Она посмотрела на него.
— Мне спать на кушетке?
— Можешь спать в кровати, — ответил он. — Только не буди меня, если тебе понадобится ходить по комнате.
— Я
— Может, днем пойду посмотрю машину, — ответил он. — Я приглядел одну “альфу” с откидным верхом.
— Возьмите меня с собой, — серьезно предложила она. — Вы американец, и они вас как пить дать облапошат. Давайте я буду вести все переговоры, тогда это обойдется вам в меньшую сумму.
— Я подумаю об этом, когда проснусь, — сказал он, скидывая с себя остальную одежду и растягиваясь голышом на кровати.
Она посмотрела на него.
— Ничего, если я приму душ? Мне нужно смыть косметику и блестки, иначе они налипнут по всей постели.
— Валяй, — согласился он. — Только выключи здесь свет. Я хочу спать.
— О’кей, — ответила она.
Свет погас, дверь ванной комнаты закрылась за Мариссой. Через несколько секунд послышалось тихое журчание душа. Он закрыл глаза.
“La dotce vita”, — думал он. Контесса была права, когда назвала это так. Это звучало, как хорошее; название фильма, но не для него. Это действительно был другой мир. Он мог наслаждаться им, но не был в состоянии понять его. Потом он заснул.
Приглушенные голоса доносились сквозь дверь спальни. Он медленно приоткрыл глаза. Мариссы в комнате не было. Ее голос слышался из гостиной. Он сел и взглянул на наручные часы — четыре часа дня. Закурив сигарету, он прислушался к другим голосам — мужскому и еще одному женскому.
Он быстро прошел в ванную, поплескал холодной водой в лицо и накинул халат. Босиком подошел к двери спальни и раскрыл ее.
Марисса, Мара и незнакомый ему мужчина сидели за маленьким столиком, официант только что подал кофе.
— Buon giorno, — поздоровался Джо.
Мужчина встал. Это был сильный человек среднего роста, с черными волосами, зачесанными назад и прилизанными по моде того времени, с темно-голубыми глазами, большим римским носом, нависавшим над полными, чувственными губами и квадратным подбородком.
Улыбаясь, он поклонился Джо.
— Signor Dottore.
Джо перевел взгляд с него на Мариссу Мара затараторила:
— Это мой друг Франко Джанпетро. Для него большая честь и удовольствие познакомиться с вами.
Джо кивнул и протянул руку.
— Это для меня большая честь.
Они обменялись рукопожатием по-европейски, дважды тряхнув руками вверх-вниз. Мужчина что-то быстро проговорил по-итальянски Марисса перевела.
— Синьор Джанпетро извиняется за свой незапланированный визит. Если вы хотите вернуться в постель, он будет рад прийти в другой раз, в более удобное для вас время.