Сны Эстер
Шрифт:
— А Лита работала здесь?
— Давно. Очень.
— И приняла её Марта из жалости? — не понимала Эстер.
— Да.
Эстер задумалась, спрашивать ли дальше.
— Но она же актриса… Какая может быть жалость? — осторожно поинтересовалась девушка.
— Она только второй год актриса. Её Рагдар приметил как-то, вот и взял. А за ней и Саюлу…
— А кто такой Рагдар?
— Герцог, владелец театра.
— Тот же, что и с тобой работает?
— Он самый…
— А кем они были до Рагдара? — продолжила расспрос Эстер.
— Саюла с детьми сидела, Лита подрабатывала,
— Ты же говорил, она здесь, у Марты, работала? — усомнилась девушка.
— До какого-то момента — да, — согласился Арлен, на миг отвлёкшись на мелькнувшего на подоконнике фамильяра; звероящер скрылся на втором этаже.
Эстер задумчиво глядела куда-то мимо собеседника. Что ж, Саюлу с детьми представить достаточно просто, Эстер сама бы, не раздумывая, доверила ей отсутствующего пока у неё ребёнка девушке. Такая мягкая и нежная на вид… А Лита? Бойкая, активная, но что-то в ней всё-таки не так. Возможно, Эстер всё ещё смущала непривычная пацанская внешность новой знакомой.
— А как Лита вообще здесь появилась, если Марта её из жалости приняла? — вернулась к разговору девушка.
— С чего ты взяла, что я знаю? — резонно поинтересовался Арлен.
— По глазам вижу!
— Ну, раз по глазам…
Эстер уловила в интонациях незаметную иронию и уже хотела разозлиться, но в итоге только смутилась. К тому же маг к этому времени соизволил снова заговорить:
— Вообще она не Лита, а Лолита, но не советую её так называть. Просто, вдруг на афишу наткнёшься, там всегда пишут: Лолита Ибрет.
— Ибрет? — удивилась Эстер.
Фамилия была известная и ей хорошо знакомая. Совсем недалеко от города обособленно пристроился на холме небольшой, но роскошный особняк — Эстер приходилось бывать там, когда она выполняла поручение одного из постояльцев таверны на переезде. И принадлежал дом с небольшим садом именно семейству Ибрет. В окрестностях их знали, как крупных землевладельцев и богатых предпринимателей, но семья жила достаточно экономно и редко показывалась на людях. О затворниках шли самые разные слухи и не всегда приятные, в частности, Эстер знала о каком-то семейном скандале, подробностей которого не смогла узнать, и о чём очень жалела.
— А это псевдоним? Или она однофамилица? Или реально родственница местной знати? — сразу решила уточнить девушка.
Обида потихоньку уходила на второй план.
— Не родственница, но к так называемой знати отношение имеет, — как-то туманно попытался объяснить Арлен. — Была женой покойного ныне одного из представителей этой фамилии. Но они не знать ни разу, а теперь ещё и обедневшие.
— Имеет отношение к некогда богатой семье, и её берут на работу из жалости? — вернулась к основной теме Эстер, ничего уже не понимая.
— Ты бы лучше спросила у самой Литы, а то я не уверен, что имею право что-то ещё рассказывать… Я и так уже слишком многое себе позволил.
— А если она не согласится? — усомнилась Эстер.
— Тогда тебе не нужно знать эту историю, логично же. — Он пожал плечами.
— Я ж сон потеряю, пока не узнаю! А то и напридумываю себе чего… — заворчала девушка, обиженно глядя на него и снова дуясь.
Арлен отвёл взгляд, задумался.
— Ну? Долго ещё будешь информацию из астрала считывать? — буркнула Эстер.
— Если Лита начнёт возмущаться, оправдываться будешь сама.
— Скажу, что вытянула рассказ под пыткой, грозила один за другим переломать все пальцы! Говори уже! За мою нежную душу боишься?
— За твою, как раз-таки, не боюсь… — Эти его слова девушку даже несколько обидели.
Эстер угрюмо уткнулась лицом в подтянутые к груди коленки.
— Это прям такая тайна?
— Да, впрочем, нет, но… — нехотя начал было Арлен, но по итогу так и не продолжил, не найдя, что сказать.
— Давай так: я могу узнать это у кого-то ещё кроме Литы?
— В принципе, да. История это была в своём роде громкая.
— Ну так какие проблемы? Если что, скажу, что рассказали где-то ещё.
Он вроде как сдался. Эстер уже слегка позабыла, зачем вообще пришла сюда изначально, и, казалось, это и была его цель. А разговоры на иные темы отвлекали её отлично.
— Если по порядку, то дело было так: Литу выкрали из семьи, когда она ещё моложе тебя была. Причём выкрали в бордель. К девятнадцати годам она убила своего владельца и попыталась скрыться, но не вышло — поймали, отдали под суд. Помог один из бывших клиентов — как раз Ибрет — нанял хорошего защитника, который доказал, что девушка совершила убийство в целях самообороны и иного выхода у неё не было, и вообще, это она жертва. В качестве меры пресечения суд вынес только условный срок и штраф, который выплатил Ибрет.
— Погоди… Просто так? — решила сразу уточнить Эстер.
— Нет, конечно: за это Лита должна была стать его супругой. Впрочем, тут история могла бы вполне завершиться, если бы Ибрет не умер от отравления.
Эстер задумалась. Как-то слишком странно и неправдоподобно.
— И осудили снова Литу?
— Иных подозреваемых не было, а все улики вели к ней. Даже прислуга в доме свидетельствовала против неё. А потом объявился ещё один свидетель — сын приходящей горничной. Следствие завели заново. Выяснилось, что хозяина дома отравили опальные родственники, чтобы получить его наследство, а Лита просто была удачным вариантом на роль убийцы. Дело закрыли, а Литу выпустили. Только вот в правах на имущество покойного мужа так и не восстановили, а добиваться справедливости она не решилась по вполне понятным причинам. Жить как-то надо было, так что она решила попытаться выжить хотя бы воровством. И первой жертвой стала Саюла.
— Которая привела её к Марте? — попыталась догадаться Эстер.
— Именно. Под свою ответственность. Чуть позже Саюла устроила её примерно туда же, где работала сама. Так что, работу они потеряли вместе. А потом здесь появился Рагдар. В общем, это всё.
— Почти роман детективный какой-то… — поразилась Эстер. — А ты это не придумал?
— Я на выдумки не очень горазд. Она сама рассказала.
— А она наврать не могла?
— А зачем? Тем более, я прекрасно знаю, когда врут.