Снова ты
Шрифт:
Моя спина распрямляется, и я соединяю кончики своих пальцев рук. Я пытаюсь сделать вид, словно он не находится прямо передо мной, не касается меня.
– Нечего тут рассказывать, - отвечаю я неуверенно.
– Мне двадцать один и всю жизнь, за исключением последних пары лет, я жила в Нэшвилле. Что еще вы хотите знать?
– Хочешь честный ответ?
Лукас смотрит на меня так, будто желает поглотить целиком, словно собирается притянуть меня к себе и показать, что именно он имел в виду, когда минуту назад сказал, что мой голос вдохновляет его. Нет, на самом деле я не уверена, что хочу услышать истину от этого мужчины, но мои губы сами по себе шепчут:
–
ГЛАВА 5
ЛУКАС
Сиенна терпеливо ожидает, что я скажу о том, чего хочу от нее, ее тело напряжено, и глядя на ее розовые губки, я испытываю потребность ощутить их вокруг своего естества, то, как они плотно прижимаются к моей коже и скользят по ней.
Честный ответ?
Нет, черт возьми, она никак не готова к такому. Я отодвигаюсь, осторожно вынимая руку из ее волос и разрывая контакт между нашими ногами, так что мы больше не касаемся друг друга. Ее плечи сутулятся, и девушка прекращает сжимать пальцы, ее руки расслабляются на коленях.
Честный ответ? Я хочу взять тебя и довести до того, чтобы ты умоляла меня доставить тебе удовольствие.
Но я решаю оставить эти слова на потом и просто говорю:
– Поужинай со мной.
Рот Сиенны слегка приоткрывается, будто она шокирована и абсолютно не подозревает о том, что с того момента, как мы с ней столкнулись сегодня утром, я не в силах сосредоточиться ни на одной гребаной вещи. Спустя секунду она приходит в себя, но как только произносит мое имя своим хриплым голосом, дверь в гримерку открывается, и в щель заглядывает Кайли.
Она надо мной издевается?
Моя сестра сердито смотрит то на меня, то на Сиенну, а затем говорит:
– Ты нам нужен.
Мышцы у меня на лице напрягаются.
– Я занят, - рычу я.
Кайли наклоняет голову в сторону, стараясь не выказывать эмоции. Невозможно понять, скрывает ли она отвращение или насмешку, но меня это в целом то и не волнует.
– Мир не останавливается по велению Лукаса Вульфа, - отмечает Кайли.
– Мне нужно идти и работать над... костюмами, - говорит Сиенна, вставая на ноги. Ее тело задевает мои ноги, когда девушка проскальзывает мимо. Вытирая ладони о свои узкие джинсы, Сиенна оглядывается на меня через плечо, и от ее вида по моему телу проноситься поток желания. Я желал женщин, через несколько часов - черт, минут - после знакомства с ними, но еще никогда столь сильно. Наши взгляды встречаются на мгновение, после чего она опускает голову вниз и бросается к выходу. Кайли делает шаг в сторону, пропуская Сиенну, и слабо улыбается, пока та уходит.
А затем сестра, высовывается всем своим долбанным корпусом в коридор и смотрит вслед Сиенне.
– Она кажется милой девушкой.
– Ага.
Кайли входит в гримерку, захлопывает дверь ногой и откидывается на нее, прислоняясь к дереву спиной. По тому, как моя сестра складывает руки на груди, я знаю, что нахожусь на волосок от конфликтной ситуации, так что выгибаю бровь и говорю:
– Давай. Выплюнь это.
Сначала она кажется сомневающейся в том, говорить ли то, что собиралась - что само по себе охренеть какое чудо, так как Кайли способна высказать буквально все, что думает - но затем сестра качает головой.
– Не надо... Лукас.
– Не надо что?
Она прищуривает свои карие глаза.
–
– Ты даже ее не знаешь.
– Как и ты. Она похожа на...
– Кайли прерывает саму себя и глубоко вдыхает, при этом краснея.
В уме я могу окончить фразу за нее.
Девственицу.
Невинную.
Слишком милую для Лукаса Вульфа.
Но даже это не остановит неимоверную потребность поглотить Сиенну, заманить ее в мою постель. Хватая стакан с водой со столика передо мной, я встаю и осматриваю комнату. Я посылаю Кайли натянутую улыбку, которую, как известно, она не сможет вынести, после того, как выставила меня в свете высокомерного ублюдка.
– Я сделаю все возможное.
– Ты хренов лжец.
С меня хватит. На этом беседа с моей младшей сестрой окончена.
– Побеспокойся о вашем с Уайттом дерьме, - предупреждаю я.
Упоминание чертовщины, что творится между ними, воздействует на Кайли должным образом. Она втягивает щеки и наклоняет голову в одну сторону. Ее рука подымается к крашеным прядкам волос, раздраженно пробегая по ним пальцами, а ее взгляд выдает желание ударить меня по лицу.
И я бы предпочел этот удар, выслушиванию ее нотаций о том, что мне не следует соблазнять девушку костюмера.
Кайли довольствуется тем, что с силой тыкает пальцем мне в грудь, но это никак на меня не влияет.
– Знаешь что? Делай как знаешь, Люк.
– Я и собираюсь делать все исключительно по-своему, - говорю я, покидая комнату. Проходит несколько секунд, а затем я слышу, как сестра вздыхает и мчится следом за мной.
Сиенна держится подальше от меня весь остаток дня - тем самым лишая возможности сделать еще одну попытку по ее соблазнению; я ловлю себя на том, что высматриваю ее лицо, пока кувыркаюсь на кровати с блондинкой-актрисой. Когда руки Кристины гладят мое тело, я представляю бледные пальчики Сиенны, порхающие по моей плоти, вонзающиеся в мою кожу и сильно сжимающие мои мышцы. Когда Кристина стонет в притворном экстазе, извиваясь подо мною, я воображаю голое тело Сиенны, связанное и тоже стонущее, представляю, как ее руки крепко держатся за столбики кровати, а тело дрожит вокруг моей длины.
И когда съемки со светловолосой актрисой подходят к концу - и я уверен, что никогда не увижу ее снова - я желаю, чтобы сегодня в мою гримерку пришла не эта блондинка, а Сиенна. Уайтт впускает Кристину, усмехаясь ей и прожигая глазами ее задницу, а сам решает убраться куда подальше. Когда вторая дверь закрывается следом за ним, Кристина снимает свою рубашку через голову.
Под ней она оказывается абсолютно голой.
– Ты хочешь меня, - говорит актриса, шагая вперед, но я качаю головой.
Нет, я все еще жажду поглотить Сиенну.
Я бросаю свой телефон на противоположный конец дивана, игнорируя бешенное количество входящих смс от Саманты.
– Ни чуть, - говорю я холодным тоном голоса.
– Уходи, - приказываю я, но Кристина движется ко мне, не реагируя на сказанное мной, и опускает свое роскошное тело на меня верхом.
– Почему?
– она надувает губки, от чего моя шея коченеет.
– Потому что я уже говорил тебе, что не хочу иметь с тобой дела. Потому что ты меня не привлекаешь, - ее лицо искажается, но она все равно вырисовывает узоры своим длинным ноготком у меня на груди. Блондинка открывает рот, чтобы возразить, но я качаю головой.
– Я не изменю свое мнение, Кристина.