Смертельная удача
Шрифт:
Ибрагим кладет руку Тие на плечо. Они похожи на дедушку и внучку. А она тогда кто?
— Прости, Тия, — говорит Конни.
Тия смотрит на нее и переводит взгляд на Ибрагима. Она почему-то выглядит напуганной. Ибрагим подходит и обнимает Конни за плечи. Он тоже напуган. Но почему?
Конни слышит незнакомый звук и понимает, что плачет.
— Мы ее спрячем, — говорит Ибрагим, — а потом мы ей поможем.
Конни понимает, что очень этого хочет. Хочет сделать что-то хорошее. Возможно, тогда она перестанет плакать.
Джейсон Ричи навел справки, но никто не знает, куда подевался Дэнни Ллойд. Одно ясно:
Джейсон настоял, чтобы Кендрик пока пожил у него. Сейчас Кендрик в гостиной делает уроки. Математику. Джейсон предложил помощь, но мальчик ответил: «Лучше я сам, дядя Джейсон». Сьюзи на пару дней уехала к друзьям. По настоянию Джейсона.
Он должен уберечь их от Дэнни Ллойда.
Синяки Сьюзи заживают — по крайней мере, видимые, — но Джейсон должен убедиться, что продолжения истории не последует. Дэнни должен исчезнуть и оставить Сьюзи и Кендрика в покое, но Джейсон догадывается, что он их так просто не отпустит. Дэнни — нерациональный человек. Как все мужчины, которых в детстве унижали, он вырос и стал человеком, в штыки воспринимающим любые поползновения на свою территорию.
А ведь раньше Дэнни не был злодеем. Он всегда занимался криминалом, но Джейсон знает немало достойных людей, занимающихся недостойными делами. У некоторых просто судьба такая. Кто-то следует по стопам отца и становится бухгалтером; кто-то следует по стопам отца и грабит банки. Отец Дэнни сломал позвоночник, провалившись сквозь крышу старого магазина «Теско» в Кроули. Случилось это много лет назад, и уже тогда было ясно, что Дэнни бухгалтером не станет. Одно время он, как папаша, грабил магазины и конторы. Зарплатные фонды, недельная выручка — Дэнни орудовал везде, где можно было без труда разжиться наличными. Накопив немного денег, занялся наркотиками. Тогда-то Сьюзи на него и запала. Он расхаживал по ночному клубу с толстой пачкой денег, улыбаясь во весь рот. Джейсону он понравился, Сьюзи влюбилась, ну а Рону никогда не сообщали всей правды.
Но по-настоящему испортил Дэнни порошок. Впрочем, в этом нет ничего удивительного. Из вроде бы приличного малого, с которым можно было посмеяться на Рождество, он превратился в агрессивного бандита. Крайне редко бывает, что драгдилер сам не притрагивается к наркотику, — например, Конни Джонсон — исключение из правила. Но Дэнни Ллойду не повезло. Чем больше он употреблял, тем более непредсказуемым становилось его поведение: он перестал быть веселым славным парнем и стал опасен.
Родился Кендрик — и на пару лет Дэнни остыл. Купил себе хороших костюмов, пару раз в год ездил в Марокко и на Ближний Восток, наладил новые связи с воротилами бизнеса, но постепенно провалился обратно, как его отец когда-то провалился сквозь гнилую крышу в Кроули, и лишь деньги удерживали его от полного краха.
Рациональный человек давно ушел бы от Сьюзи и Кендрика, чтобы минимизировать убытки. Оставил бы им хороший дом в Кулсдоне, покупал бы Кендрику подарки на Рождество и дни рождения и жил бы своей жизнью. Но Дэнни так не смог.
Джейсон улыбается: он бы тоже так не смог. Он видел синяки Сьюзи и понимает, что не может так все оставить. Дэнни Ллойда надо проучить. И главный вопрос — кто из них сделает первый ход?
На кухню заходит Кендрик:
— Мне можно апельсиновый сок?
— А тебе дома разрешают? — спрашивает Джейсон.
— Нет, — признаётся Кендрик. — В соке слишком много сахара, но дедушка разрешает. Он говорит, что всю жизнь ел сахар — и ничего.
Рон. А что бы Рон сказал по этому поводу?
Джейсон вспоминает детство. Вот он лежит на диване с апельсиновым соком и смотрит телевизор. Ну что было за времечко! Он хочет, чтобы у Кендрика было такое же детство. Чтобы он рос в доме, где много шума и любви, где все пьют апельсиновый сок и смотрят телевизор.
— Тогда, наверное, можно, — отвечает Джейсон.
— А у тебя есть сок? — спрашивает Кендрик.
— Нет, — отвечает Джейсон. — Я уже взрослый, взрослые не пьют сок.
— А зря, — говорит Кендрик. — В апельсиновом соке много кальция. И он вкусный.
«А мальчишка прав, — думает Джейсон, — надо чаще пить апельсиновый сок, он вкусный». Звонят в видеодомофон — Джейсон проверяет камеру на телефоне. Курьер из «Амазона».
Разве он что-то заказывал? Может, ту книгу из «Шоу Грэма Нортона» [14] ? Наверное, он все-таки ее заказал. Джейсон был бы рад, если бы его пригласили на «Шоу Грэма Нортона», но на пике его, Джейсона, славы у Грэма Нортона еще не было своего шоу. И все равно он был бы рад, если бы его пригласили. Поболтал бы с Марго Робби и Мо Фара [15] . В дверь снова звонят.
14
Британское комедийное шоу.
15
Мохамед Муктар Джама (Mo) Фара (род. 1983) — британский легкоатлет, бегун на средние и длинные дистанции, четырехкратный олимпийский чемпион 2012 и 2016 годов.
— Можно я открою? — спрашивает Кендрик, и Джейсон чуть было не соглашается, но что-то его останавливает. Инстинкт.
— Нет, иди дальше делай уроки, — говорит он и снова смотрит на экран. На доставщике форма «Амазона», он несет посылку из «Амазона», но лучше перестраховаться. Джейсон нажимает на значок громкой связи.
— Оставь посылку на пороге, приятель, — произносит он.
Курьер тут же отвечает:
— Нужна ваша подпись.
Джейсон смотрит на сверток в его руках. Он небольшой. Наверное, книга. В тот вечер гостях у «Шоу Грэма Нортона» был пилот «Формулы-1». И Шер.
— Тогда в другой раз, приятель. Я только что из душа.
Курьер на миг задумывается. Будь это настоящий курьер из «Амазона», он сел бы в легковую машину или фургон и уехал. Но этот курьер не уезжает. Он тянется в пакет.
Джейсон бежит в гостиную, подхватывает Кендрика и выпрыгивает в окно со стороны заднего двора прежде, чем первая пуля попадает в дверь.
Дэнни Ллойд сделал первый ход.
Кендрик не дурак.
Если бандиты знают, где живет дядя Джейсон, они могут узнать, где живет дедушка.
Поэтому они спешат к Ибрагиму. Несутся во весь опор. Дядя Джейсон держит Кендрика за одну руку, а дедушка — за другую. Дедушкина рука дрожит, но Кендрик привык, что у деда часто дрожат руки. Если дрожь слишком сильная, Кендрик крепче сжимает его руку: не хочет, чтобы дедушка переживал из-за дрожи в руках.
Но у дяди Джейсона руки еще никогда не дрожали. Это что-то новенькое.
— Ты как, Кенни, бодрячком? — спрашивает дедушка. Он запыхался.
— Бодрячком, — отвечает Кендрик. Иногда, даже если ты не бодрячком, надо отвечать, что ты бодрячком.