Смена статуса
Шрифт:
– До Таро?!
– взвилась Алиса. Круш нахмурился и обернулся к возмутительнице спокойствия. Их опять подслушивали, пользуясь преимуществом особо острого слуха.
Сеня с максимальной укоризной посмотрел на неё чтобы заткнулась. Та опомнилась и уже традиционно схватилась ладошками за свой ротик.
– Ты точно знаешь эту местность?
– всё равно стал напирать Джай.
– Знаю. Там проход через хребет. Точнее сквозь.
И указал в сторону хребта.
– Откуда знаешь?
– А тебе какая разница? Ведь знаю. И вообще: «Меньше знаешь — крепче спишь!».
–
– начал было Куруш, но Сеня его оборвал.
– Во-первых, там ЕСТЬ проход. Во-вторых, у нас на хвосте, вообще-то, Погоня и Нашествие.
– напомнил он.
– Поэтому, чем быстрее мы уберёмся на ту сторону, тем целее будем.
Куруш всё равно с большим недоверием отнёсся к его словам. Старая паранойя опять у него пробудилась.
– Веди.
– выдавил он.
– Хорошо...
– кивнул Сеня и осмотрев склоны указал.
– Видишь ту одиночную скалу, где посередине малиновое пятно? Там у подножия ещё заросли шиповника.
– Вижу.
– Склон до неё ровный. Много бараньих троп. Поднимаетесь по ним до шиповника. Не уклоняясь в стороны. Там слева — каньон. Глубокий. Сверзиться в него — легко. Поэтому лучше вам держаться от него подальше и повыше.
– Тут нет каньона!
– Если ты его не видишь, это не значит, что его там нет. А свалиться в него - верная смерть.
– Хорошо. А ты?
– догадался по заходу Куруш.
– Я вас догоню. Не хочу, чтобы эта чудесная машина досталась врагам.
Алиса, поняв, что сейчас сделает Сеня, опечалилась.
– Иначе нельзя.
– повиноватился Сеня перед ней.
– Что ты намерен сделать?
– уже озабоченно спросил Куруш.
– Сброшу её с края дороги.
– Ты супермаг?
– насмешливо спросил он.
– Можешь поднять такие тяжести?
Да. Что-то Куруша снова заносит. Опять тупит. Ну и получит, в результате, издевательский ответ. С намёком. На несообразительность.
– Нет! Не супермаг. Просто умный.
– огрызнулся Сеня красноречиво помахав в руках ошейник с проводом.
Джай обернулся к группе, всё также стоящей с вещами и ожидающей выдвижения. Они молчали, но на лицах было неодобрение поведения Куруша.
Не желая больше пререкаться, Сеня подобрал заранее присмотренный кусок сухой древесины и заклинил дверь тягача чтобы она не закрывалась. Нацепил на себя ошейник, залез в кабину, подсоединился к силовой системе и снял тягач с ручника. Так как здесь был небольшой уклон вперёд, тягач медленно покатился под уклон.
И вот здесь началось самое опасное.
Почему-то Сеня не боялся, когда устраивал побег. Но вот сейчас...
Быстро просчитав всё, что должно произойти, он понял причину. Подсознание сработало.
Ведь выпрыгивать придётся влево! А слева от дороги склон вниз. И крутой. Если свалишься — лететь по нему кубарем метров триста, а внизу ещё и бурная река.
Принял вправо, прижав тягач вплотную к обочине, засыпанной во многих местах грунтом и поросшей всяким бурьяном. Всё равно — слева мало места. Левый край дороги, за всё время её существования, сильно разрушен оползнями и обвалами.
Сеня заметался.
Упав на дно кабины он дёрнул провод на себя. Понял, что не прав, так как штекер и не думал выскакивать из гнезда. Поднялся на четвереньки и наконец выдернул проклятый контакт. Развернулся лицом к открытой двери и понял, что никаких запасов времени уже нет. Край обвалившейся дороги уже практически рядом.
Это в кино всё легко и просто. Ведь за кадром остаётся как и сколько раз каскадёры отрабатывали трюк. А Сене предстояло всё сделать с первого же раза и без дублей.
Прыжок...
Как ни старался, получилось как назло неуклюже. Не удержался на ногах, кувыркнуся через голову, распластался на пузе в пыли. И через мгновение резко перекатился к обочине из-под задней пары колёс. Может ему это показалось, что вот-вот те колёса проедут через него, но страх дело такое.
Перекат привёл его к самому краю левого склона, круто уходящего вниз к реке. Поняв, что дальше некуда валиться и ни под чего не попадает, Сеня из положения лёжа посмотрел вслед тягачу.
Тот как раз докатился до края разрушенной дороги. Правое переднее колесо всё ещё катилось по уцелевшему полотну, когда левое уже повисло в воздухе. Грузовик прокатился ещё метр и вдруг остановился, балансируя в неустойчивом равновесии, как будто машине сильно не хотелось кончать свою короткую и славную жизнь самоубийством.
Но кусок полотна дороги под правым передним колесом треснул и просел. Это предрешило судьбу тягача. Медленно, очень медленно, машина накренилась влево. Кусок полотна дороги, что просел под правым передним всё-таки вывалился из-под колеса и передок резко ушёл вниз. И всё равно, зацепившись за что-то внизу, корпус снова застыл в неустойчивом равновесии, задрав корму к небесам.
Наконец, снова что-то с шумом вывалилось, просело там внизу и машина медленно через кабину и крышу перекидываясь колёсами к небу, скрылась за краем. Ещё некоторое время было слышно как она перекатывается по склону в сопровождении сорванных по пути камней всё больше набирая скорость. И финальный тяжёлый удар.
Из-за перегиба склона поднялось большое облако пыли и, подхваченное ветром, медленно поплыло вверх по долине.
Сеня не торопясь, тщательно сохраняя видимость спокойствия, «как ни в чём ни бывало», поднялся на ноги. Отряхнулся. Тело всё ещё потряхивало от стресса. Наверняка, все взгляды группы сейчас сконцентрированы на нём. Если двинуть прямо сейчас, станет виден страх, который он испытывал — через дрожь колен и неуверенную походку. А это — урон репутации. Хотелось бы сохранить свои «легендарные бесстрашие, несгибаемость и невозмутимость», что он так старательно культивировал в ребятах. Получилось или нет — лучше не проверять, а продолжать выпендриваться. Чтобы ни у кого сомнений — если таковые и были — не осталось.