Смена статуса

Богатырев Александр Петрович

– Как рассказывали старшие, здесь был город Древних.
– стал объяснять Сеня то, что видят.
– До катастрофы. Но случилась Катастрофа и этот город залило селевыми потоками. А потом ещё и воздушные течения поменялись и эта долина засохла. Вон то, что торчит над поверхностью — это останки зданий. Их давно осмотрели и растащили всё, что можно было утащить. Но всё равно сюда ходят. Иногда даже что-то находят. Изредка.

– Вот бы там пошарить!
– выговорил мечтательно Сиб.

– Успеешь!
– насмешливо бросил Джай.
–

Наши Добытчики-Охотники довольно регулярно сюда ходят. Присоединяйся к одной из групп — и вперёд!

Над зубчатым краем дальнего хребта появился широкий бок Красного солнца. От этого тот хребет вообще стал похож на окровавленный оскал какого-то фантастического зверя. Зажглись красным светом и верхушки ближнего хребта, от чего свету на Пустошах прибавилось и стало видно, что действительно те самые странные выступы — останки зданий.

Сеня прищурился. Что-то на Пустошах показалось ему неправильным. Выбивающимся из картины полупустыни. Нет, не останки зданий были тому виной. Что-то «царапало» сознание от своей неуместности, несовместимости с должным.

– Да... Вон то - Сеня махнул рукой в сторону широченных утёсов, пока что еле выступающих из мрака уходящей ночи.
– Стены Каньона. Он — единственная дорога на Пустоши. И утыкается эта дорога, если идти отсюда — как раз в Дебри.

– Так нам что, надо спуститься вниз?

– Нет. Спуска вниз с этой дороги Древних здесь нет. Нам шагать по верхам. Вдоль хребта. По дороге. И там придётся пройти сквозь край Дебрей. Вот это и будет для нас самым неприятным.

– Опасным?

– Не! Неприятным. Под сенью Дебрей не так опасно как здесь и сейчас. Опасно будет сейчас. Если Соколы появятся или нас тот отряд нагонит.

Напоминание о преследователях взбодрило всех. Засобирались. Так как укладывать в мешки было не так уж и много, готовы к выходу были довольно быстро.

Построение было прежним. Впереди цепочки школяров — Сеня со своим Концентратором. Позади, - по сути загонщиком отстающих — Куруш. «Своим» - эпитет не случайный. Сеня уже так свыкся с тем, что он его личный, что расставаться с ним было бы смерти подобно. Личная Жаба его бы не просто удушила, - на части бы порвала. Потому и решил до последнего не пускать в ход его «недокументированные свойства». Те самые, что когда-то показывал дед Таро. Поэтому они спешно удалялись от Прохода не предпринимая для остановки Погони никаких действий.

Спустя час ходьбы наконец-то вышли на полотно дороги Древних. Она здесь, высоко в горах была почти засыпана грунтом, поросла бурьяном, но по-прежнему была проходимой. О чём и свидетельствовали бесчисленные следы копыт диких баранов, пасущихся здесь. Кстати увидели и один из тех бочагов, про которые говорил Сеня. Даже сверху вид был слишком неаппетитный. Сеня ещё похохмил, предложив некоторым энтузиастам «спуститься и попробовать свежую холодную водичку». Но желающих, как и ожидалось, не нашлось.

Красное Солнце всё больше и больше выкатывало свои обширные

полосатые бока из-за горизонта. Руины на Пустоши обзавелись угольно-чёрными тенями. А сама Пустошь, вдруг оказалось, покрыта сплошным ковром цветов. Поднявшийся лёгкий ветер гонял по разнотравью свои волны из чего и стало ясно, что это не цвет грунта. Добавило мрачности пейзажу. И печали.

Цветы там были как на большой могиле. Что, в сущности и было. Сколько там, в том городе, погибло людей — уже вряд ли будет известно.

Сеня ещё раз, на привале, оглядел просторы, расстилающиеся под ними и ещё больше насторожился.

Через всю Пустошь, по сплошному ковру цветов, со стороны дальнего хребта, пролегла извилистая дорожка. И она явно не была дорогой Древних. Ведь пролегала по аллювиальным наносам гораздо более поздних времён.

Сеня проследил путь этой «дорожки». Она утыкалась в самое начало каньона. То самое место, откуда Охотники Союза Баронств попадали на Пустошь, называемую у них Плато Призраков.

Он посмотрел на свою группу.

Те валялись там, где их застала команда на привал и пялились куда угодно, но не на Пустоши. Алиса так вообще пыталась что-то сплести из близлежащих цветов. Куруш — смотрел вперёд, разглядывая значительно приблизившийся перевал через отрог. Но не вниз.

Сеня вскочил на ноги чем привлёк внимание Джая. Тот вопросительно изогнул бровь.

– Пойдём. Надо глянуть в Каньон.

– Это так надо?
– удивился тот.

– Может оказаться жизненно важным.

– А трещина?

– Она здесь сильно заплыла грунтом.

Трещина, кстати, здесь была знатная. Так как планету трясло постоянно, то и оползни вместе с разными тектоническими разломами возникали довольно регулярно. А тут — скорее всего эта трещина, что легла параллельно каньону, была продолжением той старой. Что расколола Хребет.

Идти вниз пришлось долго. Под недоумевающими взглядами всей группы. Попрыгали через уступы, во что превратилась местами та трещина, и осторожно приблизились к краю Каньона.

Сеня, как выглянул за край, так тут же шарахнулся назад.

– Что там?
– удивился Куруш и тут же поправился, увидев исказившееся злобой и страхом лицо Шохова.
– Кто там?

– Дайцы!
– как ругательство выплюнул Сеня.

Чуть расхрабрились и осторожно, чтобы снизу никто не заметил, высунулись.

Несмотря на пересечённую местность. Войско шло как на параде. Стройными рядами. Строго соблюдая строй. Развевались, дующим с низовий бризом знамёна, болтались хоругви, сверкали золотом, под заглянувшим в каньон Красным Солнцем, серебряные птички на штандартах и аквилах подразделений.

Длинная змея войска, шагающего пешком по сухому руслу, растянулась почти на полкилометра. Впереди всех топали восемь мускулистых организмов в явно позолоченных панцирях. Они тащили на плечах не менее аляповато украшенный паланкин.