Сломленные
Шрифт:
— Ну? — нетерпеливо спросил он.
— Зови меня Жазель. — Менестрель поднялась и стряхнула со штанов налипшую траву. — Что надо делать?
Жазель пришлось стянуть с Укаре верхнюю одежду, чтобы обработать раны. Ее удивила неестественная стойкость эльфа. Он терпел, обливаясь потом. Шипел, ругался про себя, кусал губы. Многие раны были столь глубоки, и, казалось, эльф вот-вот упадет без чувств.
После обеззараживания эльф протянул Жазель раскаленную иглу. Девушка смекнула, что ее предстоит сделать, хотя прежде не зашивала раны.
— А-а! —
— Это игла, а не крючок! — рассерженно отозвалась Жазель. — Может, расскажешь о случившемся?
Укаре долго молча смотрел вперед, пока менестрель, прикусив язык, собирала его спину по кусочкам. Не успела она закончить, как он заговорил. Медленно, словно пребывал в своих мыслях:
— Призраки прошлого. Они все бегут и бегут за нами, словно забытые воспоминания, которые хотят вернуться, но не выходит. Смертные сходят с ума при виде этого кошмара. — Эльф опустил взгляд на промокшие сапоги. — Не обошлось и без урагана.
— Вот оно что. — Жазель стянула последний шовчик. — А меня-то зачем было бить?
Укаре грустно вздохнул.
— Господину так проще. Ты бы не убежала от Эрика.
Менестрель надулась.
— А мне кажется дело в храме. Лишь я и Зак знаем, где он скрыт. Не по доброте душевной твой «господин» меня спасал.
Эльф не ответил.
— Слушай, — девушка накинула на Укаре плащ и присела рядом, вытянув ноги, — а почему ты зовешь его господином? Вечно таскаешь за ним эту дрянную штуку, — она посмотрела на мокрую поношенную шляпу, сохнущую на камне. — Не похож он на лорда.
Уголок рта Укаре чуть приподнялся; взгляд устремился вверх. Южный ветер гнал отрывистые облака по голубым сводам, верхушки деревьев тихонько покачивались взад и вперед, а листва приятно шумела, словно небольшой водопад. Стайки перелетных птиц возвращались в Илларию из Асторийской империи. И успокаивающая тишина на многие мили вокруг.
— Однажды он угодил в лапы моих братьев.
Жазель закатила глазки.
— Да-да, а ты его спас. Какая скука…
— Вообще-то, — Укаре с усмешкой взглянул на девушку, — я должен был содрать с него кожу и повесить изувеченный труп над дверью дома.
Менестрель побледнела. Сказки о зверствах темных эльфов все же правда.
— О-о-о…И как он выкрутился?
— Слово за слово, мы сдружились. Он был просто кладезем знаний, рассказывал об удивительных вещах, обещал приключения, о которых и нельзя и мечтать, сидя под землей. — Укаре замолчал, а потом покачал головой. — Само собой, все оказалось не так просто.
— Он использовал тебя?
— Да, чтобы выкрасть королевский рубин из короны верховной жрицы. — Эльф хохотнул. — Ха, вот же кретин. Меня поймали, а он сбежал.
Жазель нахмурилась.
— Я совсем запуталась. Он же кинул тебя!
— Но вернулся. О-о-о, — Укаре потянулся за сапогом, — вот это представление было. Обычный человек против толпы эльфов.
— Серьезно? Он всех завалил?! — Глаза менестреля загорелись. — Не тяни!
Укаре отмахнулся:
— Пф,
— Он еще больший дурак, чем я думала, — заключила Жазель. — Так почему господин?
Укаре натянул на ноги сапоги, кое-как надел смятый доспех. Его лицо стало серьезным.
— Он научил меня выживать. Обучил письму, языкам, человеческим традициям. Мы обошли половину мира. Господин порой жесток, беспечен, смешон. И все же, — Укаре протянул менестрелю рук, — в нем еще осталось благородство. Хотя он лучше прыгнет со скалы, чем признает это.
Жазель обхватила ладонь эльфа.
— А…бессмертие?
— Девочкам знать не положено! — раздался строгий голос Посредника. Ферксиец нахлобучил вымокшую до нитки шляпу на голову. Ледяные капли посыпались вниз. — Укаре, почему ты не разбудил меня?
— Вы спали как младенец, господин. Не хотел вас будить.
Непроницаемая мина эльф рассмешила Жазель. Девушка не смогла сдержать смешок.
— Хах, кхе-кхе. — Она прижала ладонь ко рту.
— Очень смешно, — буркнул Посредник. — Пора отрабатывать долг, девочка. Веди нас к храму. — Ферксиец похлопал портупею. — Укаре, где револьверы?
Эльф протянул оружие.
— Сухие и невредимые, господин. Я заменил порох.
— Хоть какой-то толк от тебя.
— Я спас вам жизнь. — Укаре скрестил руки на груди. — В четырнадцатый раз.
— Так-так, стоп, — Посредник повертел головой, — деревня кобольдов не в счет! Я почти договорился с вождем.
— А-а-а, быть привязанным к палке над костром — «почти договорился»?
Перебранка двух друзей рассмешила Жазель. На девушку ни тот, ни другой и внимания не обращали, с пылом доказывая, кто сколько раз и кого спасал. Сначала Посредник показался ей напыщенным простофилей с проблемами в голове, и вдобавок жестоким убийцей, который без зазрения совести пристрелил наемника. Сейчас он походит на хитрого авантюриста, скрывающего некую тайну. А Укаре…Укаре даже еще больший добряк. Отважный и честный. И как судьба сводит таких вместе? «Да, — подумала она, — хозяин будет доволен». В конце концов, нужно хорошо узнать человека, прежде чем решить: убивать его или нет.
****
2146 год Новой эры. Неподалеку от Глирча.
Звездная ночь властвует в Ферксии. Одинокое сизое облако окутывает блестящий серп луны, а водная гладь переливается в серебряном свете. Верный конь несется галопом по песчаному берегу, старается обогнать соперника. Северный ветер бьет в лицо.
Елена быстро оборачивается; полы ее длинного плаща с гербом Ликеи развеваются и трепыхаются. Она хитро подмигивает и бьет лошадь в бока. Погоня продолжается.