Сломанная стрела
Шрифт:
Его лицо и грудь. Мало кто смотрит на его руки. Пистолет, опущенный вниз, часто остаётся незамеченным.
Когда я вхожу в зал, Нико открывает дверь в заднюю комнату. Внутри киссатэна полумрак. Бармен смотрит на меня с удивлением. Посетители отрываются от напитков. Выражения их лиц выражают всё – от безразличия до враждебности.
Я пересекаю комнату и присоединяюсь к Нико. Прохожу через дверь и закрываю её за собой. Любому, кто выйдет из бара, придётся открыть её, чтобы добраться до нас. Я стою за
Подсобка такая же большая, как та, которую мы обыскали вчера вечером. Те же белые бумажные ширмы на лёгких деревянных рамах.
Персонажи эпохи Эдо, татами. В центре комнаты стоит низкий игорный стол. Прямоугольный стол покрыт тёмно-зелёной тканью. Фонари расставлены так, чтобы освещать игровую поверхность. Стены и углы комнаты находятся в глубокой тени.
В центре одной из длинных сторон сидит дилер. Напротив него — четверо игроков. Ещё полдюжины мужчин сидят или стоят в тени, наблюдая за игрой.
Карты разложены по центру стола перед дилером и игроками. Карты большие, плотные и изысканно проиллюстрированы. На них изображены красочные изображения птиц, цветов, гор и животных. Игроки разложили свои ставки — стопки денег — на столе перед собой. Дилер снимает карты с колоды и раздаёт их игрокам.
Мужчины поднимают глаза, вздрогнув от появления Нико. Вид гайдзина, присоединившегося к ним в комнате, может означать только неприятности.
Мой взгляд обводит пространство. Мужчины одеты в деловые костюмы и кимоно. Те, кто в кимоно, спустили их до пояса, обнажив яркие татуировки якудза.
Татуировки красивые, не такие пугающие, как змеи Нико. У одного мужчины есть татуировки игральных карт и фонарей.
и игральные кости. На другой картине изображены гейши с тонкими чертами лица, в красочных кимоно и с изящными зонтиками. Татуировки выполнены с такой точностью, что я могу представить себе текстуру их персонажей даже с другого конца комнаты.
Всё это контрастирует с мечами, лежащими на циновках рядом с мужчинами. Я насчитал три. Два вакидзаси и катана. Они в лакированных ножнах.
Не вставая, один из мужчин обращается к Нико по-японски. Я не знаю, что он говорит, но звучит это не очень приятно.
Нико отмахивается от этой несущественности.
Эти люди не в настроении для официальных представлений в стиле якудза. Представитель группировки кивает в мою сторону подбородком и обрушивает на Нико поток резких, гортанных ругательств на японском.
Нико снова пожимает плечами. Отвечает спокойно. Я узнаю имена Сорю и Горо.
Мужчина вскакивает на ноги и выхватывает вакидзаси.
«Бакаяро!»
В этот же момент второй человек обнажает меч.
Я вытаскиваю из-за ноги пистолет SIG, вытягиваю его одной рукой и всаживаю пулю в висок второму, прежде чем он успевает
Первый мужчина наносит удар по Нико по диагонали, выбивая его из обтяжки.
Это не классический приём, но его легко заметить. Окори — умение читать сигналы, указывающие на намерения противника.
Японский меч держат двумя руками. Большинство мечников наносят прямой рубящий удар сверху вниз из вытянутой руки. Чтобы нанести диагональный удар, правша опускает правое плечо. Он делает это за долю секунды до атаки. Этого достаточно, чтобы обозначить движение.
Нико отходит в сторону, проникает в личное пространство мужчины и берёт меч под свой контроль. Поворачивает клинок так, чтобы он был направлен в живот нападавшего. Затем одним движением...
Круговым, балетным движением он вонзает вакидзаси в живот противника. Изо рта якудза хлещет кровь.
Я перехожу на равнобедренный хват. Двумя руками направляю SIG на человека, тянущегося за катаной. Бросаю ему вызов взглядом.
В углу комнаты мелькает тень. Один из наблюдателей отодвигает в сторону бумажную ширму и проскальзывает в отверстие.
Нико выхватывает меч человека, которого я застрелил, и бросается в погоню. Я следую за ним, осматривая комнату из SIG. Человек, которого Нико заколол, лежит в растекающейся багровой луже. Оставшиеся якудза не проявляют никакого интереса к нашей погоне. Они знают, что я выстрелю без колебаний.
Мы проносимся через проём и попадаем в узкий коридор. Туалет, кладовка, задняя дверь. Дверь распахнута навстречу холодному ночному воздуху. Бегун прорывается сквозь неё, Нико в трёх метрах позади. Раздаётся резкий крик и звук удара тела об асфальт.
Я бегу к двери и выглядываю на улицу. Рин повалил мужчину на землю и начал душить его. Он лежит без сознания лицом вверх. Это Горо.
Нико обрушивает на Рина поток японских ругательств, тот отвечает с такой же энергией. Нико передаёт Рину вакидзаси и перекидывает Горо через плечо. Он идёт к нашей припаркованной машине.
Рин держит меч за рукоять, держа руку чуть ниже гарды. Она прижимает двадцатидюймовый клинок к своей напряженной руке. В тусклом свете оружие невозможно обнаружить.
Это тот же самый способ ношения, который я использовал с пистолетом. Нетренированные люди не следят за руками других. Их внимание естественным образом перемещается на уровень груди и лица. Помню, как сержант отряда «Дельта» кричал мне: «Следи за руками, Брид!
Черт возьми, никто тебя не закусает до смерти!»
Следите за их руками.
Оператор «Дельты» может принять решение о жизни или смерти.
Стрелять или не стрелять — за долю секунды. Всё зависит от того, что делает объект съёмки руками.