Слепое пятно
Шрифт:
Вражеская стрела с гулом впилась в щит около самого уха Игоря, и он невольно втянул голову в плечи. Пока он не рвался в открытый бой - вперед всех, с шашкой наголо, - и, похоже, никто не собирался укорять его за это. Напротив, защиту ему выставили по высшему классу. Два десятка тяжелых щитоносцев укрыли его вместе с колесницей, оставив только щели для наблюдения. Меры сии, впрочем, не были излишними - как только расстояние между армиями сократилось до полета стрелы, лучники немедленно начали свою работу. Тысячи стрел взвились в воздух в поисках цели. Персы многократно превосходили ассирийцев численностью, но урон, наносимый ими ассирийской армии, пока был незначителен. Воины Ашшура брали не числом, а умением. Игорь только головой качал, наблюдая, как пеший строй ассирийцев -
Игорь не удивлялся. Не зря же он столько лет изучал историю древних и поэтому знал, что мощные, тяжеловооруженные и искусные в бою всадники персов зачастую-оказывалиеь совершенно беспомощными против глухого пешего строя. Теперь он видел это воочию.
– Давай, давай!
– шептал Игорь и сжимал кулаки.
– Быстрее! К баллистам, воины мои краснознаменные! Рубите эти деревяшки! В капусту их…
Первый из отрядов уже пробился к ближайшей баллисте. Метательный рычаг машины, сделанный из толстенного прямоугольного кедрового бруса, торчал вертикально вверх. Стена черных щитов накатилась на баллисту, закрыла её на мгновение, а потом Игорь увидел, как рычаг затрясся от ударов, накренился и вдруг с треском взлетел в воздух. Канатонос, с нечеловеческой силой скрученный из конского волоса и бычьих сухожилий, перерубленный нападающими с одной стороны, раскрутился и выкинул рычаг криво вбок. Последняя предсмертная судорога умирающей машины… Десяток воинов, главным образом ассирийцев, разметало в разные стороны, покалечило, оторвав руки и ноги.
– Эй, ребятки, осторожнее!
– завопил Игорь во все легкие, забыв о степенности великого полководца.
– Поубивает вас всех, дурней этаких! Это ж вам не лошадь, это техника…
Впрочем, поздно уже было кричать - рычаги баллист с хлопками и скрежетом взлетали в воздух один за другим; ассирийцев и персов убивало отдачей десятками, но что это могло добавить к общей мясорубке, кипевшей на наружном берегу рва? Черная лава всадников накатывала волнами на гигантские членистые тела ассирийских колонн; со звоном скрещивались мечи, кололи живую плоть пики, стрелы пели свои песни, хищно впиваясь в воздух; оглушительный многослойный вопль не разделялся уже на отдельные возгласы боли, радости и ненависти - стоял над полем боя густым облаком звуков, сливаясь с густыми облаками пыли и кровяных брызг, облаками испарений конского пота и человеческих предсмертных выдохов.
Сколько времени прошло? Игорь не знал, да и вряд ли кто-нибудь теперь знал это. Время замерло, задержало дыхание, склонившись над рычащим клубом вцепившихся друг другу в глотку врагов. Оно ждало, когда перевес будет на чьей-либо стороне, - чтобы облегченно сделать вдох и продолжить свой бег. Великому наблюдателю - времени - было безразлично, кто окажется победителем. Единственное, чего ему хотелось, - это определенности.
Определенность появилась очень скоро. Вначале это было неясным намеком, потом - вырисовывающейся тенденцией, ещё позже стало бесспорным фактом. Персы били ассирийцев. Персы гибли сотнями против десятков воинов Ашшура, но неуклонно втаптывали ассирийцев в грязь и конский навоз. Их было слишком много - персидских всадников с огненно-рыжими бородами. Два десятка баллист уже потеряли свои рычаги, торчавшие гордо в небо, как исполинские фаллосы, но, похоже, на этом все и закончилось. Атака армии Иштархаддона захлебнулась. Отряды-броненосцы уже не продвигались вперед. Не могли они пробиться и назад, к мосту. Они застряли. Ушли в глухую оборону, с головой закрывшись щитами и отбиваясь из последних сил от наскакивающих катафрактов - тяжеловооруженных кавалеристов.
Игорь раздвинул щиты руками, чтобы увеличить обзор. Он увидел, что около трети его армии все ещё находится рядом с мостом, но топчется на месте - не может пробиться'в глубь персидского войска. Видимо, Ангро-Манью, или как его там, изменил тактику. Он бросил в первые ряды обороны собственный отряд тяжеловооруженной пехоты. Они встали щит к щиту, в несколько рядов. Воины из первого ряда опустились на одно колено, уперев свои щиты в землю, а задние ряды положили им на плечи длинные
Игорь попытался представить, что будет дальше. Ассирийцев, увязших в трясине персидского войска, конечно, добьют. Их уже не выпустят. После этого останется меньше трети от первоначального состава киси-ра, подвластного Игорю. Жалкие крохи… Их оттеснят к мосту. И тогда… Что будет тогда? Баллисты перенацелят. Их уже начинают переводить на новую цель. Они обрушат град камней на площадку перед воротами, где будут сосредоточены остатки армии Иштархад-дона. И разнесут в клочья все живое и мертвое…
Игорь понял вдруг, что он не просто догадывается о будущем, он точно знает его. Не благодаря дару провидца, а просто как игрок, глядящий на относительно бесхитростные ходы другого игрока.
«Ангро-Манью, Ангро-Манью… - думал Игорь.
– Черт бы тебя побрал, Ангро-Манью. Впрочем, черт тебя вряд ли поберет, поскольку ты и сам - черт. Нечестно как-то это с твоей стороны. Напал на меня с десятикратно превышающими силами, с камнеметалками этими, а я даже сделать ничего не могу. Потому что два местных божественных кретина - потаскушка Иштар и садист-извращенец Ашшур - никак не могут договориться между собой. И не собираются приходить мне на помощь».
И тут же в голове Игоря что-то щелкнуло. Может быть, случайно, но то сочетание слов и предложений, что он только что мысленно произнес, имело определенный смысл, отличный от простого брюзжания. Маленький шажок к осознанию. Иштар… Ашшур… Две с половиной тысячи лет непрерывных войн…
«Подожди, подожди… - спешно подумал-крикнул Игорь.
– Не ускользай, озарение! Дай подержать тебя за крысиный хвостик! Позволь полюбоваться твоими красивыми радужными крылышками! Итак, ещё разочек: что мы имеем? Кровавая битва. Древние века. Отлично! Конники, катафракты, лучники, легкая пехота, тяжелая пехота. Баллисты. Замечательно! Полная атри-бутика стратегической игры в реальном времени. Хорошо это или плохо? Хорошо, потому что в этом я кое-что соображаю. Помнится, было там кое-что подходящее для меня…»
– Остановить наступление!
– скомандовал Игорь, на несколько секунд отвлекшись от размышлений.
– Кто может, пусть прорывается обратно к мосту! У нас есть горящие стрелы?
– обратился он к вознице-авелу.
– О да, конечно, господин!
– Прикажи, чтобы подготовили их как можно больше, - сказал Игорь и снова углубился в раздумья.
«Есть ли в моей теории неувязки? Полно. Сплошные неувязки. Жизнь моя разбилась на несколько фрагментов, не имеющих общих закономерностей. Первый - моя обычная жизнь. До появления Иштархаддона в ней не было ничего иррационального. Слепуны… Ну, слепуны не в счет - чего ж в слепунах-то необычного? Так, дальше. Фрагмент второй - мое появление в Ассирии. Необычного выше крыши, но опять-таки все вполне объяснимо, даже логично, хотя и отвратительно. Каннибализм, тьфу! И наконец - последнее. Нападение персов. Иштархаддон быстро выходит из строя, выпадает из игры. И я начинаю ощущать себя игроком. Самостоятельным игроком. Причем одним из главных игроков…»
– Кто-нибудь пробился назад?
– гаркнул Игорь, снова очнувшись.
– Увы, господин… Послать им подкрепление?
– Нет! Найти из тех, кто остался здесь, двадцать самых искусных лучников! Авелу или мушкенов - не важно. Быстрее, быстрее! Не теряйте времени!
– Слушаюсь, господин…
«Итак, я - игрок. Единственный шанс выжить - плюнуть на все неувязки. Выкинуть из жизни своей ту реальность, что существовала до этого боя. Ее не было никогда. Только этот бой - и я, великий полководец Иштархаддон, во главе своего поредевшего войска.
– Игорь закрыл глаза, вытесняя из своего существования все то, что было лишним сейчас, то, что мешало ему почувствовать свою настоящую силу.
– Игар? Кто такой Игар… - думал он, сжимая литые кулаки, встряхивая застоявшиеся могучие мышцы.
– Я плохо помню этого безбородого чужеземца, столь похожего на меня. Боги слили его разум с моей силой, Боги дали чужеземца, чтобы подсказать путь… К спасению? Нет, конечно! Только к победе! Ибо я, великий Иштархаддон, побеждаю всегда!!!»