Слепое пятно
Шрифт:
– Я весь внимание, - робко сказал Игорь. Никак он не ожидал, что великий полководец Иштархаддон из рода Слышащих Иштар вдруг запросит совет у него, чужеземца.
– Ты говорил, что там, в своей стране, изучал историю древних народов. Насколько я понимаю, мы, жители островов, тоже древний народ?
– Да, - кивнул Игорь.
– Скажи мне… Ты разбираешься в оружии других древних народов, не ассирийцев? Скажем, в оружии персов?
– А чего в нем разбираться-то?
– сказал Игорь беззаботно.
– Обычное оружие. Луки, кривые мечи, щиты. Копья у них такие длинные - палты называются. И ещё топоры
– Да я не о том!
– Хадди дернул головой, и Игорь понял, что неустрашимый полководец сильно нервничает.
– Я говорю о боевых машинах! Какие у них были машины?
– Никаких, - растерянно произнес Игорь.
– Откуда у древних персов машины? Это у греков-эллинов впервые появилось что-то подобное. Гастрафеты, камнеметы, стрелометы, монанконы и так далее. А чего ты у меня спрашиваешь? Ты же разведчик. Ты должен знать лучше всех, кто у вас чем вооружен.
– Ни на одном острове нет боевых машин!
– выкрикнул Иштархаддон и яростно махнул кулаком, едва не съездив Игорю по носу.
– Нет и не было никогда! Знаешь, откуда я узнал, что боевые машины вообще могут существовать? Из вашего мира! Когда я увидел по телевизору, как стреляют ваши пушки и танки, я едва не обгадился от страха! Нет в нашем мире такого!
– И у эллинов?
– осторожно спросил Игорь, на всякий случай отклоняясь назад, дабы не стать жертвой горячей жестикуляции ассирийца.
– И у эллинов, конечно! Я же сказал тебе, глупый чужеземец!..
– Не ори.
– В голосе Игоря неожиданно появилась холодная твердость.- Ты можешь объяснить, в чем дело? Ну нет в ваших царствах-государствах боевых машин, ну и что? Чего орать-то?
– Смотри!
– Хадди подтолкнул Игоря к ограждению.
– Смотри лучше. Теперь видишь?
– Вижу, - сипло сказал Игорь.
То, что показалось ему желтой полосой, продвинулось заметно ближе и распалось на прямоугольнички. Конечно, даже в очках Игорь не мог состязаться в остроте зрения с Иштархаддоном, но теперь он видел вполне ясно - это были боевые машины на колесах. Сотни людей, напоминающие с такого расстояния неутомимых муравьев, волокли их к городу Ашшуру. Артиллерия древних веков. Боевые машины. Числом не менее пятидесяти.
Не так уж и страшно в принципе. Против таких-то стен, как в Ашшуре… Хотя кто знает? Армия, никогда не видевшая катапульт и баллист, может быть рассеяна под действием одного только страха. Ведь пал когда-то непобедимый город Ашшур, его захватили и разрушили мидяне - ближайшие родичи тех же самых персов. Хорошо, что Иштархаддон не знает об этом.
– Слушай, - спросил он Хадди, - а бывало когда-нибудь такое в вашей истории, что какой-то из городов был полностью захвачен? И стены города его разрушены, и народ перебит?
– Было такое, - угрюмо насупившись, сказал Иштархаддон.
– Было, и не раз, хотя, конечно, и не часто. Боги - они сильны. Даже багровый Ангро-Манью персов необычайно силен, хоть я и ругал его. Все зависит от воли богов. Но и, боги устают. Иногда мне кажется, они специально разрешают захватить свой остров, чтобы сто лет отдохнуть от войн.
– Как это выглядело - полный
– Ничего интересного… - Хадди пожал плечами.
– Ты, кажется, не любитель таких зрелищ. Пожары, руины, кровь по щиколотку. Солдаты, пьяные от удачи. Только если остров разорен полностью, победителю нельзя этим воспользоваться в полной мере. Наоборот, ему нужно уходить обратно, в свое царство, как можно быстрее. Пока боги не закрыли остров. Тот из завоевателей, кто не успеет уйти до закрытия, станет на разоренной земле рабом, будь он даже из Благородных.
– Закрытие острова? Что ты имеешь в виду?
– Когда остров закрыт, на него нельзя попасть. Сто лет он отделен от остальных царств Обитаемого мира. А через сто лет открывается - снова в полной силе и могуществе и идет войной на прежних своих обидчиков.
– Как вы перемещаетесь между островами?
– Главный вопрос, мучающий Игоря, сорвался с его языка.
– Как вы это делаете?
– Волею богов.
Опять боги, черт бы их побрал! Похоже, что даже естественные надобности здесь отправляют волею богов. Поконкретнее можно хоть что-то сказать?
– Расскажи мне, о непобедимый полководец, как это происходит?
– перевел свой вопрос на ассирийский язык Игорь.
– Каким образом великие боги помогают вам перейти…
– Некогда.
– Хадди упрямо мотнул головой.
– Некогда сейчас. Что это за боевые машины, можешь ты мне объяснить?
– Что-то вроде палинтононов и монанконов, - пробормотал Игорь, вглядываясь в конструкции катапульт, подъезжавших все ближе и становившихся все более отчетливыми.
– Здоровенные хреновины, однако! Интересно, какие по весу камни они мечут? Килограммов по сто, наверное.
– Сам вижу, что здоровенные!
– рявкнул Хадди.
– Что за слово ты сейчас произнес? Палши… Палиш…
– Палинтононы и монанконы, - повторил Игорь.
– Это по-эллински. На нашем современном языке их называют катапультами и баллистами. Ничего особенного. Деревянные метательные орудия торсионного типа. Греки их придумали, а римляне потом усовершенствовали. Только вот откуда они у персов взялись? Может быть, международная торговля? А что, вполне возможно. Или какая-нибудь тайная лаборатория по разработке продвинутого оружия. Персы - они ведь не дураки полные, хоть и бог у них только один. Он, кстати, наверное, и дал им эти камнекидалки - пользуйтесь, мол, ребятки, лупите спесивых обитателей Ашшура. У вас же все идет от богов. Кстати, почему Ангро-Манью? По-моему, у персов был главным Ахура-Мазда…
Игорь резко замолчал и прикусил язык. Кажется, он довел Иштархаддона своей развеселой болтовней до белого каления. До него вдруг дошло, что Хадди сейчас скинет его с башни или, в лучшем случае, отвесит пару оглушительных тумаков. Глаза ассирийца метали молнии, грудь вздымалась, кулачищи сжимались и разжимались.
– Ты это… Хадди… - забормотал Игорь, отступая к стене.
– Ты чего? Спокойнее, парень. Приношу извинения, если я не то сказал. Подожди…
Ситуацию разрядил офицер-авелу, вылетевший из квадратного отверстия в полу площадки, как чертик из табакерки. Игорь спешно притворился немым, Хадди сплюнул и выругался вполголоса. Упомянул чью-то мать - на чистом русском языке, кстати. Научился ругаться в Дикой стране.