Слэн
Шрифт:
В голосе Бакстера прозвучало нежелание верить этому:
— Вот эта картина, говорящая о том, что им необходимо большое количество объектов любви. Неужели это возможно?
Закончил он несколько спокойнее:
— Я объявлю тревогу среди Шелки, мобилизуем другие наши силы… Но ты можешь что-нибудь предпринять сейчас же?
Кемп, сенсорная система которого была уже готова к включению всех трех чуждых фреймов, был напряжен и испуган. Он сказал:
— Я спрашиваю себя, куда бы он мог отправиться… конечно же — ко мне домой. Как ты думаешь, Джоанн уже туда вернулась? Она никуда больше не должна была идти?
Он
6
В большой дом на берегу моря он вошел в человеческом обличье, чтобы было удобнее преодолеть последние несколько ярдов и передвигаться по дому. Так как он адаптировался к сенсорной системе пришельца, сигнал о его прибытии поступил невнятный.
Джоанн он нашел в спальне полураздетой.
Никогда не казалась она более привлекательной. Ее улыбка, теплая, зовущая и ласковая, притягивала его к себе. Она была в таком состоянии возбуждения, что оно само давало о себе знать, вызывая к жизни изначальный, такой всепоглощающий импульс, что, казалось, все его чувства покрылись тонким, полупрозрачным покрывалом, затуманивающим видение реальности. Почти светящаяся великолепием плоти женщина лежала на розовой кровати, и все его существо сконцентрировалось на ней. Долгие мгновения не существовало больше ничего. Были лишь два человека, безмерно любящих друг друга.
Задыхающийся, ошеломленный этой ужасной силой, сковавшей его в один момент, Кемп стал думать о возможной судьбе настоящей Джоанн и, переключив внимание на страх за нее, разорвал чары.
Злость, ненависть, жестокость, накопившиеся в нем, вырвались наружу.
Но магнетически управляемое излучение, которое Кемп направил на чужое существо, рассеялось, встретившись с энергетическим экраном и не причинив чужаку никакого вреда. Вскипевший от ярости, он бросился на пришельца, схватив его голыми руками.
В течение каких-то секунд они боролись, почти обнаженная женщина и совершенно голый Кемп. Затем Кемп отлетел назад, отброшенный чужаком, мускулы которого были в десять раз сильнее, чем его собственные.
Он вскочил на ноги, уже протрезвевший, и снова начал думать. Он начал думать о той угрозе, которую представляет это создание для Земли, и о проблемах, которые возникнут с его появлением.
Дубликат Джоанн начал изменяться, и, хотя кружевное женское белье все еще облегало ее бедра, в манерах не осталось уже ничего женского. С невероятной жестокостью в глазах, свойственной лишь мужчинам, чужак и Кемп смотрели друг на друга.
Кемп был охвачен отчаянным волнением за свою жену, но ему и в голову не пришло спросить это существо о ней. Вместо этого он сказал:
— Я хочу, чтобы ты ушел. Мы свяжемся с тобой, когда ты будешь в космосе за миллион миль отсюда.
Красивое человеческое лицо чужака скривилось в презрительной улыбке:
— Я уйду. Но догадываюсь, что ты собираешься узнать, откуда я. Этому не бывать никогда.
Кемп ответил ровным тоном:
— Посмотрим, что из тебя смогут вытащить две тысячи Шелки.
Кожа пришельца светилась здоровьем.
— Видимо, я должен сообщить тебе, что мы, Кибмадины, достигли полного контроля над силами, которые Шелки контролируют лишь частично, — сказал он.
— Много несгибаемых могут справиться с одним гибким, — возразил Кемп.
Ответ последовал тоном, не терпящим возражений:
— Не старайтесь нападать на меня. Цена будет слишком высока.
Он направился к двери. И был момент, когда у Кемпа появилась другая мысль, другое чувство — нежелание отпускать это существо, не попытавшись протянуть друг другу руки через пропасть, их разделяющую. Это ведь был первый контакт человечества с инопланетной цивилизацией. За несколько секунд Кемп припомнил многочисленные мечты, рождавшиеся у людей, о такой встрече. Но потом, когда безгранично враждебная действительность надвинулась на него, заполнив необъятную пустоту между ними, колебания его кончились.
Минуту спустя чужак шел по тропинке, изменяясь, растворяясь в воздухе, и… исчез.
Кемп связался с Бакстером и сказал:
— Соедините меня с другим Шелки, чтобы он смог меня сменить. Я действительно ужасно близок к изменению.
Через центр Шелки-связи Кемп был соединен с Шелки по имени Джед. В это время Бакстер ему передал:
— Мне дали большую государственную власть в этом деле. Скоро я буду у тебя.
Кемп нашел Джоанн в одной из свободных спален. Она лежала в кровати, полностью одетая, медленно и глубоко дыша. Он пропустил через ее сознание мгновенный поток энергии. Отраженные волны убедили его в том, что она просто спала. Он также получил какую-то толику энергии чужака, которая до сих пор находилась в ее клетках. Информация, заложенная в этой энергии, со всей очевидностью и мгновенно объяснила ему, почему она до сих пор была жива: Кибмадин использовал ее тело как модель, чтобы снять с него копию.
То, что она осталась жива, говорило о том, что у этого существа была более желанная добыча — Шелки.
Кемп не пытался разбудить спящую женщину, но он почувствовал большое облегчение, выйдя во дворик, из которого открывался вид на белый песок пляжа и не подверженный течению времени океан. Он сидел там, пока к нему не присоединился Бакстер.
До этого они уже общались мысленно, и сейчас Бакстер сказал: «Я чувствую в тебе сомнение». Кемп кивнул. Бакстер спросил мягко: «Чего ты боишься?» — «Смерти!» Глубоко внутри него сидело это чувство.
Там же, во дворике, он решил, уже во второй раз после того, как был вовлечен в историю с чужаком, что он умрет, если это будет необходимо. Приняв такое решение, он начал настраивать все свои сенсоры, предварительно убрав локальные шумы Земли: телевидение, радио, радары, бесчисленные энергетические потоки от машин, — от всего необходимо было отключиться. Сделав это, он тотчас же начал «слышать» сигналы из космоса.
Еще задолго до появления Шелки было известно, что космос был заполнен разными сообщениями: все звездное пространство пульсировало от невероятного количества вибраций. Час за часом, из года в год жили Шелки с этим непрекращающимся шумом, и большая часть их начальной подготовки была направлена на развитие способности к избирательному сну, на выработку механизма «покой — бодрствование» для каждого рецептора.