Слэн
Шрифт:
— Эти существа обладают чем-то вроде сенсорно-телепатической связи, и похоже, что они могут с нею управляться, но как они это делают, я понял не до конца. Если она умрет, я думаю, они об этом сразу же узнают. И кроме того, я не могу здесь делать то, что я делаю обычно.
— А как насчет того Шелки?
— Введенный мною в заблуждение, он направляется сейчас на Землю. Также важно то, что там ему предстоит претерпеть физиологическое изменение, лишающее его наступательной и защитной мощи, которой он обладает в своем нынешнем состоянии. Я позволю этому физическому процессу благополучно
5
Кемп передал свой доклад через спутник «Пять-P» своему шефу, Чарли Бакстеру, в Шелки-Управление. Когда он добрался до спутника и перешел в человеческое состояние, он получил ожидавшую его радиограмму от Чарли. В ней говорилось:
ПРИНЯЛ МАЛЬЧИКА. УПРАВЛЕНИЕ ЗАПРЕЩАЕТ ТЕБЕ ПРИЗЕМЛЕНИЕ, ПОКА ВСЕ НЕ ПРОЯСНИТСЯ.
— Пока вы с ним не разделаетесь, ты это имеешь в виду! — подумал Кемп со злостью. Действия начальства удивили его. Это было непредвиденное препятствие.
Командир спутника, обыкновенный интеллигентный человек, вручивший ему сообщение, сказал:
— Мистер Кемп, я получил инструкции, запрещающие вам до дальнейших указаний пользоваться любым кораблем, идущим на Землю со спутника. Все это очень необычно.
«Необычно» — это было мягко сказано. То, что Шелки могли свободно прилетать и улетать с Земли, разумелось само собой.
Кемп принял решение.
— Я снова ухожу в космос, — сказал он будничным тоном.
— А вы разве можете прямо сейчас же вернуться в состояние Шелки? — офицер был в раздумье, отпускать его или нет.
Кемп криво улыбнулся и рассказал расхожую среди Шелки шутку, где они сравниваются с беременными женщинами, которых одолевают ложные схватки. Они ложатся в больницу, где поводят какое-то время, в конце концов возвращаются домой, а в итоге, после нескольких ложных тревог, рожают где-нибудь в такси.
— Ну что же, сэр, — уныло произнес офицер, — поступайте, как считаете нужным. Но в космосе нет такси.
— Изменение не происходит так внезапно, — сказал Кемп, который боролся с необходимостью менять свое состояние уже много часов подряд.
Перед тем как покинуть спутник, Кемп подал телеграмму жене:
ДОРОГАЯ ДЖОАНН. СИТУАЦИЯ СЛОЖНАЯ. ЗАДЕРЖИВАЮСЬ. О ВРЕМЕНИ НАШЕЙ СКОРОЙ ВСТРЕЧИ СООБЩУ ПОЗЖЕ. ПОЗВОНИ ЧАРЛИ. С ЛЮБОВЬЮ. НЭТ.
Это кодированное сообщение, конечно, расстроит ее, он знал это. Но он не сомневался, что она сделает так, как он захочет, и придет на запланированную встречу. Она придет хотя бы для того, чтобы от имени Избранных Людей выяснить, что у него на уме.
Оказавшись в космосе, он сразу же направился к точке над Южным полюсом и начал снижение. Согласно теории, Шелки только таким образом и могли идти на сближение с планетой. Полюса были относительно свободны от радиации. Там, где магнитное поле искривлялось и отклонялось к земле, мощная радиация Ван Аллена представляла минимальную угрозу.
Тем не менее было два момента сильной бомбардировки: один — частицами высокой энергии, другой — рентгеновскими лучами. Рентгеновские лучи не причинили ему никакого вреда, и частицы проходили через тело почти так же свободно, как и в вакууме. Кемп поспешно отторгал серьезно поврежденные
По мере того как Кемп входил в атмосферу, он постепенно активизировал силовые линии магнитного поля планеты, оставляя их за собой. Когда они начали ярко светиться, он почувствовал на себе пляшущие лучи радара. Но в этот момент они уже не представляли никакой проблемы. Движение его тела и огненный хвост за ним радар зафиксирует как одно явление, сходное с падающим метеоритом.
Он входил в атмосферу под острым углом, и направление его движения совпадало с направлением вращения Земли. На высоте десять миль он замедлил спуск и приводнился севернее Антарктики — примерно в тысяче миль от южной оконечности Южной Америки. Холодная вода быстро смыла радиоактивные частицы, которые все еще оставались на внешней оболочке его тела, находившегося в состоянии Шелки. Он стремительно ринулся вверх футов на пятьсот, охлаждаясь водой, двигаясь то быстрее, то медленнее, что было очень приятно, но минут через сорок это пришлось прекратить, так как он находился уже совсем близко от того места, где жил — неподалеку от Флориды. Последние пять минут он полностью провел под водой.
Он поднялся на поверхность, когда был уже виден пляж, и перешел в жаберное состояние, а в двухстах метрах от берега — в человеческое. Ему была уже видна машина Джоанн, припаркованная на дороге за песчаной дюной. Он доплыл кролем до мелководья и там, рассекая вздымающиеся волны, побежал к тому месту, где она лежала на одеяле и наблюдала за ним.
Она встала — красивая, стройная блондинка с голубыми глазами. Она была бледна, и ее классически очерченное лицо приняло застывшее выражение, когда она подавала ему полотенце. Кемп вытерся и надел одежду, которую она принесла. Через несколько минут они уже сидели в машине, и только там она разрешила себя поцеловать. Но она все еще блокировала свои мысли, и тело ее было напряжено. Она явно не одобряла его действия.
Наконец она заговорила, отказавшись от телепатической связи.
— Ты отдаешь себе отчет в том, — сказала она, — что, настаивая на своем, ты станешь первым Шелки за более чем 100 лет, который будет наказан или казнен?
То, что она говорила, и говорила на языке людей, утвердило Кемпа в его подозрении. Он уже был уверен, что она сообщила в Шелки-Управление о его несанкционированном приземлении и их разговор сейчас прослушивается Избранными.
Он не осуждал Джоанн. Он даже допускал, что Избранные готовы помочь ему в этот непростой момент. Возможно также и то, что они ускорили разбирательство с делом Тема; в этом случае с казнью тянуть не будут.
— Что ты собираешься делать, Нэт? — сейчас ее голос звучал скорее обеспокоенно, чем гневно. Первый раз за время, прошедшее с момента их встречи, лицо ее порозовело.
Где-то в глубине души Кемп слегка удивился своей решительности, но раздумывать об этом не стал. Он сказал холодно:
— Если они убьют мальчика, я буду знать почему.
Она нежно отозвалась:
— Никогда не думала, что Шелки может испытывать такое чувство к своему ребенку, которого он не видел с рождения. В конце концов, мне тоже пришлось от него отказаться.