Слэн
Шрифт:
Пта или кто ты там есть, ты определишь свою личность, свое я, если сможешь открыть всю мощь своей божественности. Пта, это будет твоя собственная мощь. Ты сможешь с ней делать то, что хочешь. Но что ты должен сделать в первую очередь — это открыть могущество первым. Думай…
Казалось, снова ее заклинило. Она потрясла головой, слегка улыбнулась виновато.
— Видишь, — закончила она, — что я не могу помочь тебе… здесь. Удачи, Пта, — дверь закрылась за ней.
Холройд снова услышал стук в другую дверь. Нетерпение поднялось в нем, раздражение
Впервые с момента его прихода во дворец, впервые за все это время, знание принесло ему его собственный путь. Холройд был Пта. Любая победа ради Пта была его победой. Он должен победить. У него внезапно пробежала нервная дрожь от той грандиозной судьбы; от неожиданного стука в дверь она прекратилась.
— Войдите, — сказал он.
Вошла высокая плотная женщина с копьем. Она отдала честь копьем и, щелкнув пятками своих сандалий, произнесла:
— Торговец Миров, великий Инезио, заявил, что богиня послала его к вам. Пригласить его?
Холройд стоял холодный, становясь таким холодным, как сталь. Его безразличие становилось почти реальной физической силой. Торговец. Посылая его сюда, Лоони должна была знать, что будут Мировы. Она должно быть имела в виду, что он встретит их и научится чему-то у них. Он будет учиться.
Глава 10. Книга смерти
Приход Мирова начался со звука, напоминавшего сопение неисправного сопла. Звук исходил из некой, невидимой Холройду зоны, становясь все ближе и ближе, и издавался тучным мужчиной, страдающим одышкой. Человек переполз через дверь, подполз ближе со слоновьей грацией и услужливо сказал:
— Принц Инезио…
Холройд холодно глядел на него.
— Ну?
Изменение, которое свершилось с этим созданием, было поразительным. Вежливость слетела с него, как маска, как будто он получил разрешение обнаружить личность, что скрывалась за этой маской. Он прикрыл дверь, через которую пришел, а затем, как какой-то огромный лентяй, он бочком приблизился к Инезио и стал жалобно бормотать:
— Мой повелитель Инезио, вы твердый человек, что касается обещаний. За три дня я имел здесь почести Зард. Только сейчас я встретил богиню в коридоре. Ее божественность сказала, что вы уделите мне внимание сегодня. Могу ли я рассчитывать на это?
— Да, — сказал Холройд.
Он чувствовал одиночество и безразличие. Его мало касалось, что это за дело и почему он должен заниматься им. Он не успел разобраться во многих деталях, чтобы добавить весу любому решению. Он увидел, что грушеобразный субъект улыбается. Толстяк сказал:
— Если бы вы ввели меня в ТОРГОВУЮ ПАЛАТУ и поставили свою печать на передаточном свитке, как вы обычно делаете…
В коридоре стояли женщины-воины, охраняя двери, а в огромной белой комнате мужчины носили мешки к огромным каменным весам. Возле весов стоял человек с длинным носом, полуприкрытыми глазами и подхалимскими манерами, который
— Сюда, Ваша Светлость.
Мужчины начали складывать различный хлам перед ним: грубые куски темно-коричневой металлической субстанции, которая была, как он видел, сырым железом. Интерес вернулся к Холройду.
Железо — ценность. Значит, его наблюдение имело смысл. В Гонволане был металлический голод. Металл использовали для религиозных целей, для жизненно необходимых молитвенных жезлов, которые поддерживали власть богини. За двести миллионов лет расточительный человек исчерпал рудные залежи планеты.
Он спросил Мирова:
— Где свиток, о котором ты говорил?
Его принес человек, напоминавший стервятника. Он передал его со словами:
— О, высокочтимый лорд Инезио, он должен быть перенесен в одно из мест в ваших покоях, если следовать заведенным порядкам. Я вижу, что мы получим полную стоимость нашего железа.
Миров надоедливо преследовал его до самой двери.
— Я пошлю посыльного передать Зард, что вы обещали… Ах, здесь Бенар, военный министр. Он будет доволен не меньше Зард. Мои наилучшие пожелания, Бенар.
Холройд кивнул старику, который склонился перед ним. Частичка его мозга отметила: «Один из тысяч таких, как Миров, уже принят осознанно».
У старика были обиженно сжаты губы, щеки обвисли, а под глазами темные пятна. Встретил он его так же сухо, как и Мирова с его помощниками. Только вязкая мысль отложилась в памяти Холройда после встречи с Мировым: Зард Аккадистранская будет довольна… его обещанием.
Он нахмурился, когда старик заговорил резким пронзительным фальцетом. Угроза со стороны Зард Аккадистранской, которая, если верить мятежному памфлету Тара, который он читал, была ответственна за незаконные похищения людей. Угроза возвращения за обещание…
Голос Бенара становился все более резким и неприятным.
— Я рад, что вы согласились. Истребить шайку — это единственный способ.
— А? — произнес Холройд резко. — О чем ты?
Старик глянул на него, а потом напыщенно произнес:
— Хирургическая операция, которая необходима. Список уже готов. Каждый офицер, который когда-либо дважды публично высказывался о нападении на Нуширван, внесен в него. Это сотрет с нас все обвинения. Это всего лишь эффектный путь выполнения наших обещаний. Наши войска не будут вовлечены в это дело, когда нанятые Зард войска захватят изменников вместе с их семьями.
Безразличие Холройда как ветром сдуло. У него появилась цель, хотя и не ясная еще. В действительности она была столь неопределенная, что больше походила на сильное беспокойство, желание действовать у человека, который в абсолютном мраке выступил против невидимой стены, через которую можно пройти, лишь разрушив ее.
Он направился в большую комнату. На стенах висели карты. Он узнал их: Гонволан, Нуширван, Аккадистран — все это было неизмеримо больше, чем было показано в книгах. Но он бросил в Их сторону беглый взгляд.