Сладкая ночка
Шрифт:
— А я готова к приключениям, новой жизни, богатым, экзотическим мужчинам! — экзальтированно восклицала она, совершая пируэты перед огромным зеркалом.
Предчувствие говорило мне, что такое настроение до добра Киру не доведет. Но расстраивать ее мне не хотелось…
Я не слишком хорошо знаю ночную жизнь Лондона, поэтому назвала таксисту клуб, в котором мы не раз бывали с Абдул Азизом. Я старалась об этом не думать, опасаясь, что моя жизнь превратится в лавку воспоминаний: это кольцо подарил Абдул Азиз, в этом ресторане мы обедали с Абдул Азизом, в этом музее перед констеблем
В клубе гремела музыка, глаза ослепляли разноцветные вспышки. Посетителей было не слишком много, публику разогревала лишь парочка профессиональных танцовщиц. Мы сели за столик и заказали сухой «Мартини». Его я, правда, терпеть не могла, но решила, что Кира в таком настроении, что с радостью мне поможет.
Помещение постепенно наполнялось публикой. Я потягивала минеральную воду, а Кира допивала мой бокал. Подруга с интересом поглядывала по сторонам, комментируя внешние данные входящих. К часу ночи народ подвыпил, развеселился и принялся осваивать танцевальную программу, надо сказать, весьма пеструю, учитывая вкусы многонациональных посетителей. К этому времени Кира приканчивала четвертый бокал, а я наконец-то созрела для «Маргариты». По опыту я знала, что текила несколько взбадривает меня. И вдруг Кира весьма чувствительно толкнула меня и весьма выразительно указала глазами на соседний столик.
— Только резко не оборачивайся и пристально не смотри, — громко прошипела подруга.
— Не очень-то интересно, — безразлично бросила я, отодвигаясь от острого подружкиного локтя.
— Ой, ну там такой красавчик, такой красавчик, вернее, даже двое красавчиков! И смотрят в нашу сторону! — застонала Кира, чувствительная к мужской красоте.
— Ползала в нашей стороне! — резонно заметила я.
— Нет, ну я же чувствую, он во мне просто дырки глазами прожигает! Вот здесь! — Кира резким движением скинула шелковый палантин и приложила ладонь к худой груди, куда якобы бросал пламенные взгляды красавчик, сидевший сзади меня.
Я медленно, демонстративно обернулась, не реагируя на Кирины протестующие возгласы, и бросила взгляд на парочку черноволосых парней. Один из них воспринял мой взгляд как приглашение, улыбнулся, что-то сказал напарнику и направился в нашу сторону.
— Ой, ну что ты наделала! — притворно застонала Кира. — Теперь они подумают, что мы их снимаем!
— А разве не так? Разве ты не этого хотела? — осадила я подругу. — Но учти, я уверена, что они арабы, которых ты, кажется, терпеть не можешь!
— Ой-ой! — сокрушенно замотала головой Кира, — ну везде, везде арабы! Я же не виновата, что среди них столько красавчиков, аж сердце плавится!
— По-моему, у тебя другое место плавится!
— Ну и это место тоже, — беззлобно согласилась Кира, — а у кого бы не плавилось?
Действительно, парень был потрясающе хорош: кошачья грация, юное лицо в сочетании с уверенностью зрелого мужчины. Неудивительно, что Кира просто
Парень на арабском попросил разрешения присесть.
— Меня зовут Омар, моего друга Осама. Мы из Кувейта. В Лондоне по делам. Только сегодня прилетели, и так приятно в первый же день встретить таких очаровательных девушек. Вы ведь тоже арабки?
— Извините, — на всякий случай я сделала вид, что не поняла. — Вы говорите по-английски?
— О, простите, я был уверен, что вы если не соотечественницы, то хотя бы из стран Залива… — произнес Омар на приличном английском, — иначе я бы никогда не посмел…
«Еще как бы посмел!» — подумала я.
Парень повторил свой текст по-английски.
— Меня зовут Лиля, мою подругу Кира, мы русские из Москвы.
Кира напряженно улыбнулась уголками рта, пялясь на красавчика. Не разжимая губ, она прошептала:
— Чур, это мой!
— Да ради бога! — ответила я ей.
Парень непонимающе улыбнулся.
— Ваша подруга не говорит по-английски?
— Говорю! — смело заявила Кира, чудовищно коверкая язык Шекспира и Байрона.
— Прекрасно! — обрадовался Омар.
По Кириному взгляду я поняла, что в моих услугах переводчика она больше не нуждается.
Тем временем к нашему столику подошел его приятель, вполне симпатичный, но не такой ослепительно красивый молодой человек. Поняв расклад, он подсел ко мне и принялся непринужденно болтать, щедро рассыпая комплименты. Больше всего его интересовало, почему это я русская, а так похожа на арабку. Я отшучивалась. Невесть откуда взявшийся официант принес шампанское в серебряном ведерке, на мой взгляд, из самых дорогих.
— Такую замечательную встречу обязательно надо отметить, — многозначительно произнес Омар, поглаживая под столом Кирино бедро. Подружка выглядела вполне счастливой и, похоже, своего русского медведя Мишу не вспоминала.
Я ради приличия отпила кисловатого шампанского, чувствуя, как оно соединяется внутри меня с текилой, образуя смертельный вариант «текилы бум». В голове зашумело, поплыло, и я вспомнила ценный совет: «Не понижать градус». К сожалению, вспомнила слишком поздно. Что уж говорить о Кире, и без горячительного готовой к веселым романтическим приключениям. Омар и Осама казались мне классными ребятами. Кира уже откровенно обнималась с красавчиком. Они танцевали, и Омар прятал руки под шелковым палантином, без сомнения, исследуя худощавые Кирины прелести. Она закидывала голову и беззвучно смеялась. Возможно, небеззвучно, но слышны были только громкие звуки медленного хита Мэрайи Кэри.
Осама извинился и отошел. Через несколько минут он вернулся и торжественно протянул мне руку, приглашая встать. Мне вовсе не хотелось танцевать, я пыталась отказаться, но музыка заглушала мои слова. Поэтому я вздохнула и поднялась. Осама крепко сжал мою руку сухой горячей ладонью и повел к центру зала, где скрещивались разноцветные огни. Он почти прижался губами к моему уху и, обдавая меня запахом виски и терпкого одеколона, сказал:
— Это сюрприз, специально для нас. Пожалуйста, не смущайтесь, у вас непременно получится. Я вас научу.