Сказка о том, как Иван женился...
Шрифт:
Они выросли.
Мы приобрели возможность увидеть мечту.
Прочитав гору литературы, я узнала, что помимо всемирно-известных истуканов, заброшенный в океане остров полон и других тайн и загадок.
Осторожно сняв с носа благоверного падающие очки, я взяла его книгу. Текст не показался заумным, и я, с удовольствием, начала читать переводной труд русского путешественника Эрнеста Мулдашева: «…Дело в том, что весь остров Пасхи, имеющий размеры чуть больше двадцати километров в поперечнике, пронизан сетью подземных ходов искусственного происхождения,
По существующим легендам, подземный лабиринт имеет несколько ответвлений, каждое из которых ведет… к центру Земли.
…На противоположной от острова Пасхи стороне земного шара находится священная гора Кайлас, вокруг которой расположен легендарный Город Богов…
Я не могу исключить того, что на противоположной стороне земного шара, то есть в районе острова Пасхи, был тоже Город Богов…».
В самолёте было прохладно.
Я, закутавшись в плед, и, поджав ноги, пила горячий, принесённый стюардессой чай и, в некотором замешательстве узнавала: оказывается, в лабиринтах растут банановые деревья. Целые плантации. На поверхности острова их нет.
Вход в эти катакомбы официально запрещён. Там регулярно пропадают люди.
Тур Хейердал спустился на сто метров. Ниже него не лазил по катакомбам никто. И он же, единственный, поднял оттуда множество маленьких базальтовых статуэток, которые уже пятьдесят лет являются объектами споров учёного мира на предмет принадлежности их к цивилизации инков, или же собственности этрусков, неведомо как забредших на пятый уровень Рото Руа, из благословенных итальянских миртовых рощ...
Некий Франсиск Мазьер нашёл в жерле потухшего вулкана фигурку изображавшую рожающую женщину. После её изучения, оказалось, что дама была создана из редчайшего африканского базальта не позднее пятого века нашей эры.
В огромных пещерах второго и третьего уровней, тщательно отделанных плотно пригнанным друг к другу камнем, находятся действующие печи для приготовления пищи и большие удобные сухие помещения, способные вмещать до нескольких тысяч людей...
***
Наш самолёт начал снижение и, развернувшись против солнца, совершил посадку на самой большой в мире взлетно-посадочной полосе, построенной американцами, собиравшимися именно здесь встречать свои космические челноки.
Прилетели.
Заселившись в эко-отель, смело отправляемся на поиски культурного центра Тонгарики. Нам нужен проводник. И не простой. Мы договаривались с Мартином Родригесом, единственном в своём роде ходознатцем местных лабиринтов.
Прождав час, и, не увидев следопыта, грустно бредём к океану.
Вокруг нас дышит своей первозданной жизнью удивительный мир. Синий-синий океан, черноголовые чилийские мачо, на белоснежных сёрфингах рассекающие мощные маслянистые волны прибоя.
Ярко освещённая солнцем деревянная терраса маленького ресторанчика. Неожиданный Джо Дассен, тихо звучащий из динамиков. Такой близкий и тёплый рассказ о Елисейских полях, напомнивший дом и мамины пирожки из детства.
Хенрик немного разочарован и морщит
Я предлагаю пообедать и взять машину на прокат. У нас есть пять дней на осмотр острова.
Глава 5
Ирен проснулась от ощущения чужого присутствия. Будто кто-то невидимый стоял над кроватью, изучающе глядя на безмятежно спящих мужчину и женщину.
Широко открыв глаза, некоторое время она лежала в темноте.
Когда забрезжил первый мутно-серый свет приближающегося нового дня, пошарила по тумбочке и посмотрела на часы. Было 03.50. Утро. В двух шагах на длинном столике рядом с телевизором мирно притулился белый чайничек. Женщина вздохнула и, опустив ноги на прохладный кафельный пол, поняла, что ей больше не суждено заснуть.
Остатки медленно испаряющегося лунного света и тёплый солоноватый вкусный морской ветерок умыли, прогнали все страхи и заставили почувствовать себя отдохнувшей. Шуметь, включая чайник, не хотелось, поэтому порывшись в чемодане, Ирен достала купальник и, надев его, смело шагнула в сумрак быстро исчезающей ночи.
Небо уже светлело, и звезды быстро гасил пришедший на смену тьме отдохнувший и бодрый день. Призрачно-пустынный ландшафт с серебряной луной, четко прорисованной в небе, исчезал, и она направилась по дорожке в сторону тихо мурчащего огромной велюровой кошкой океана.
Спортивная женская фигурка красиво двигалась по мощеной плитами дорожке через линии ещё не отключённых огоньков, к пляжу.
Там, бросив на песок вещи, она постояла, остужая тело, и спросила окружающее её пространство: «Для купания как-то рано?».
Затем, сделав шаг к прибою и попробовав пальцем ноги воду, ответила: «А мне не спится!» и смело окунулась в тёплые воды...
Вынырнув и сделав вдох, она обернулась и увидела стоящую у кромки воды мужскую фигуру:
— А я не осуждаю...
– сказал мужчина и также смело шагнул в океан.
Их переполняли ощущения безвременья и свободы, они превратились в ту бесформенную субстанцию души, которая называется любовью.
Они с трудом различали запахи и звуки, кроме ласковых прикосновений и тихой музыки прибоя. Они снова были молоды и счастливы...
Наконец, через час мужчина фыркнул, когда маленькая волна ловко швырнула ему в лицо полную горсть капель, и произнёс:
— Ну что, вперед, покорим пару пещер!
— Конечно, только купим пару верёвок!
И они стремительно повернули к пляжу.
***
— Магазины чудесное средство от депрессии для женщин,— с тяжёлым вздохом по-немецки, сообщил мой благоверный, испаноязычной матроне на кассе, извлекая карточку из терминала.
— Да, — хихикнула я, — она считает так же, как ты, и одобряет действия. Смотри, как улыбается!
— Чертов Родригес, объявись он, не понадобились бы все эти крючки и веревки!
— Но он не объявился, а я не хочу ломать ноги, — возразила я и, положив в корзину два фонаря и обойму батареек, внесла свои пятьдесят евро в предстоящий (исключительно ради науки) поход.