Сирена (ЛП)

Райз Тиффани

– О, Боже. Еще одна?
– спросил он.

– Боюсь, что так, босс.

Пройдя внутрь, Мэри положила на стол плоскую, размером с книгу, упаковку.

– Нам так и не удалось узнать, кто присылает эту ерунду?

Истон поднял коробку, и с осторожностью разорвал коричневую, оберточную бумагу.

– Кажется, я знаю, кто отправитель, - ответила Мэри, - интересно, что окажется на этот раз.

– Два дня назад были анальные бусы. До этого, повязка на глаза. Что доставляли на прошлой неделе?

– Смазку, - отозвалась Мэри, - если быть точной, фирмы K-Y Jelly.

Зак

пристально посмотрел на свою ассистентку, сдерживая улыбку. Со дня его приезда в Нью-Йорк, Мэри стала его второй по счету любимицей.

– Если вы продолжите работать с Норой Сатерлин, то сможете открыть свой собственный секс-шоп.

– Все, что угодно, только не это. Я думал, к работе в издательстве допускались взрослые люди, - сказал он.

Повертев коробку в руках, Истон подумал о том, чтобы выбросить ее в мусорную корзину. С момента начала его сотрудничества с Норой, такие "подарочки" стали присылаться ему рабочей почтой каждые два дня.

– Да ладно, не обращайте внимание. Спорю на что угодно - это дело рук Томаса Финли. Он надеялся получить место шеф-редактора лос-анджелесского офиса, потому как работал здесь дольше всех, и здорово разозлился, когда Боннер назначил на эту должность вас. Но все знают, что Финли до сих пор в издательстве, потому что усердно подлизывается к большим начальникам. Он не редактирует книги. Он всего лишь вылизывает дерьмо.

Рассмеявшись, Зак решил, что Норе и Мэри - если они еще не успели этого сделать - следовало познакомиться.

– Я признателен и за преданность, и за образность речи. Но, может, закроем тему? Миленько..., - произнес Истон, вытащив пару блестящих, серебристых наручников со связкой маленьких ключиков, свисающих с соединительной цепи.

– Изящные, и такие блестящие, - сказала Мэри, забрав их у Зака, чтобы получше разглядеть.

– У вас есть право хранить молчание, - сказала она, надев один браслет на его левую руку.

Истон послал Мэри неодобрительный взгляд.

– Простите. Наверное, пересмотрела "Закон и Порядок".

– Пересмотрела, не то слово.

Взяв ключ, Мэри вставила его в замок, провернула, но наручник не поддался.

– Черт, - потрясенно выдохнула она, - ключ не подходит.

– Неужели?
– Забрав его, Истон попробовал справиться сам. Но ничего не вышло.

– Проклятье.

– Босс, мне так жаль, - произнесла Мэри, - сейчас же позвоню специалисту по вскрытию замков.

– Вот ублюдок. Если это Финли, я убью его. Кто бы это ни был, он хотел, чтобы так произошло.

Выбежав из кабинета Истона, Мэри понеслась в свой. Зак мог только представить, как много времени уйдет у специалиста на то, чтобы прибыть сюда в обеденный час-пик. Опустив глаза, он увидел рукопись Норы, затем посмотрел на дверь, и снова поднял трубку.

– Мастерская Цемента и Инцеста Йэна Макьюэна...

– Нора, ну, в самом деле.

– Обожаю определитель номера. Что я могу для тебя сделать?

– У меня небольшая проблема с наручниками, - произнес Истон, посмотрев на свое запястье, - ты что-нибудь смыслишь в замках?

– Если бы ты знал, как много времени я провела прикованная ими, то не задавал бы

этот вопрос.

Зак сделал непродолжительную паузу, а после произнес пять слов, которые нелегко было озвучить вслух.

– Нора, мне нужна твоя помощь.

Он ждал, что Сатерлин станет смеяться над ним или дразниться. Вместо этого, она дала Заку совет, и, решив ему последовать, он положил трубку.

– Я позвонила специалисту, - объявила Мэри, вернувшись в его кабинет, - он сказал, что доберется до нас через пару часов.

– Отмени его. Я позвонил Норе. Она дала мне совет.

– Что она сказала?

– Она сказала, "Три слова - езжай ко мне".

Истон поднялся и, надев свое длинное пальто, сунул руки в карманы, чтобы никто не смог увидеть болтающихся на его левом запястье, наручников.

– Думаю, так я и поступлю.

Направляясь к лифту, Зак напрягся от злости, увидев прошествовавшего мимо него, Томаса Финли со слащавой улыбкой на физиономии.

– Твои шутки не смешны, Финли, - сказал Истон, продолжив свой путь к лифтам.

– Потому что это не шутки, Истон.

Финли скрылся в своем кабинете, и Заку пришлось побороть порыв молодого юнца, и показать ему, что смешно, а что нет. Валяющийся на полу, и кашляющий кровью Финли - вот это было бы смешно. Все еще кипя от злости, Зак мгновенно забыл о наручниках на левом запястье, и, вытащив руку, нажал на нижнюю кнопку лифта. Услышав, как кто-то прочистил горло, он посмотрел вправо. У стола секретаря приемной, стоял Боннер с неодобрительно приподнятой бровью.

– Долгая история, - сказал Истон.

Как бы ему ни хотелось донести Жан-Полю на издевательства Финли, он не был мальчиком-стукачом и собирался справиться с этим сам, когда придет время.

– Могу я поинтересоваться, куда ты направляешься в этом снаряжении?
– спросил шеф-редактор.

– В тюрьму. Очевидно.

Двери лифта открылись, и Истон ступил внутрь. Он улыбнулся Боннеру, совершенно точно зная, что так поступила бы Нора.

– Всего лишь книжные дела.

Если это было возможно, то бровь Жан-Поля, казалось, поползла еще выше.

– Эти дела никогда не были всего лишь книжными, Истон.

* * *

Когда он надел на ее запястья наручники, она поняла, что у нее неприятности. На их третьей встрече, она была в таких же браслетах. И оказалась она в них не по причине извращенного желания, а по принуждению закона.

В тот вечер было дождливо, и это стало первым и последним разом, когда ее поймали. Как только ее доставили в полицейский участок, и коп выволок ее из патрульной машины, он уже находился там, стоя позади ее матери. Что он здесь делал? спросила она себя, и только потом поняла, что это, должно быть, ее мать позвонила ему в приступе отчаяния и страха. Ну и вид был у нее в тот вечер: промокшая до нитки, вымазанная в грязи, в школьной форме, с закованными за спиной руками. Она посмотрела на него из-за пелены своих мокрых волос, и он встретил ее взгляд насмешливым весельем. Но это было не единственным, таившимся в его глазах. Там было что-то еще, что-то, на абсолютное понимание чего, ей понадобился не один год. Теперь, она это поняла.