Синий бриз
Шрифт:
Пытаясь погасить в себе чувство нарастающей паники, стряхивая с носа капли воды, которые мешали дышать и сильно щекотали лицо, она попробовала сориентироваться. Не получалось. Определить, где проходит трасса, тоже не получалось. Может, просто не было машин? Внезапно она увидела приближающийся свет двух фар. Оказывается, дорога совсем близко. Жозе побежала наперерез, надеясь успеть, пока машина не проедет мимо. Не важно, что ей ехать в обратную сторону, она попросит водителя развернуться в сторону побережья. Только сумасшедшие люди могут разъезжать в такую погоду по их округе. Какая-то серебристая светлая машина. А вдруг
Да… Сегодня она определенно тронулась умом и начала верить в сказки. Наверное, детские воспоминания так подействовали. Дверца машины распахнулась, водитель чуть наклонился в ее сторону, и она увидела… конечно же, не Шарля. Но другого симпатичного мужчину.
– Садитесь быстрее. Дождь льет.
Она уселась, и вода с куртки сразу же промочила не только сиденье, но и всю ее остальную одежду.
– Вам куда?
А куда ей, собственно? Вообще-то в другую сторону. Но она поняла, что обратно ее не повезут. Мужчина, кажется, сильно торопился.
– Мне… Мне в одно место под Шатобрианом.
– А место далеко?
– Нет, там поворот есть. Пара километров от основной дороги.
– Попробуем.
Он был молчалив всю дорогу. А Жозе в ужасе думала о том, что она будет делать без денег, без связи и в такой дождь, когда упрется носом в закрытую дверь. Ну, может, там кто-нибудь живет в соседних домиках? Может, пустят вызвать такси? Ей нужно, ей просто необходимо приехать туда сейчас. Она не могла объяснить, что именно ее туда тянет и что должно случиться, если она это сделает, но желание было непреодолимым…
Машина остановилась, не доезжая до калитки несколько метров, и Жозе подумала, что с водителем ей не очень повезло. Но денег он не взял, это хорошо, значит, хватит на такси.
Дом Шарля стоял в кромешной темноте. Дверь заперта, вокруг – холод, ветер и вода. И не было ничего – ни Жака с автобусом, ни их веселой кампании… Только где-то вдалеке светились огоньки. Можно идти к ним. Она немного постояла на крыльце, под крышей, с досадой стукнула кулаком по звонку и пошла прочь.
Когда Жозе дошла до калитки, ее путь внезапно осветился: зажглось окно. Она обернулась. В проеме распахнутой двери стоял Шарль и пытался вглядеться в темноту. Ее первым порывом было – спрятаться за куст с облетевшими листьями. Но в этом не было нужды, он не увидел ее, постоял и закрыл дверь, решив видимо, что ему показалось, что кто-то звонит. Жозе охватила паника. Что он здесь делает? Он приехал за ней? Он приехал к себе? А может, она ему помешала, а он тут с другой женщиной? От этой мысли в ней взыграло что-то похожее на ревность и даже чувство собственничества, и Жозе, не отдавая себе отчета в том, что делает, наклонила голову точно бык и пошла на дверь. Когда Шарль открыл второй раз, он уже был зол.
– Какого черта?.. – начал он и осекся, увидев Жозе. – О господи! Чудо ты мое! Вот это да! Что ты тут…
– Нет, это я должна спросить, какого черта! Ты пишешь мне такие письма, ты нападаешь на меня при первом возможном случае, даже на глазах у своей законной подруги, а сам! А сам! – Она уже вошла внутрь дома, пока говорила, сняла мокрую куртку, отжала воду с кончиков косичек прямо на середину круглого ковра и возмущенно оглянулась:
– Ну?! Где она?
– Кто? – Шарль растерянно улыбался, все еще не веря своему счастью, и пытался ее поймать.
Не тут-то было.
– Та, с которой ты тут изменяешь Агнесс!
– Я изменяю Агнесс? Но мы с ней…
– Ты изменяешь моей лучшей подруге, и я, как лучшая подруга, должна это предотвратить!
– Жозе! О чем ты говоришь! – Он прижал ее к себе. – Лучше скажи, зачем ты убежала из Парижа?
– Нет, ты мне зубы не заговаривай! – Жозе отчетливо показалось, что наверху кто-то ходит. Она была в ярости. – И я еще верила тебе! И я еще о чем-то мечтала! То есть, я хочу сказать, что Агнесс верит тебе, а ты тут…
Он не слушал ее. Он гладил ее мокрые волосы, вытирал дождь со щек, сосредоточенно отжимал косички, выдавливая из них последние капли, потом он положил ее голову себе на плечо, вдохнул ее запах и закрыл глаза от счастья. Но она тут же вырвалась и крикнула:
– Какого черта ты тут делаешь?! Ты мне можешь объяснить? И кто там топает у тебя наверху? Чего ты приехал в этот домик? Зачем ты притащился в эти края? За мной? Тогда почему не пошел искать меня?
Это выглядело забавно. Жозе, которая была чуть выше его плеча, заносчиво пыталась потеснить Шарля, напирая грудью и подпрыгивая. И ни у кого из них не возникло вопроса или желания объяснить: а что Жозе делала у его двери? Как будто ее визит в такую погоду ближе к полночи считался вполне закономерным.
– Но я искал тебя. За этим и приехал… Жозе, девочка моя, я только что приехал! Час назад. – Он развел руками, не понимая, чего от него хотят. Шарлю было не внове выслушивать такие скандалы от женщин, но это была – Жозе…
– Да? – сказала она уже тише. – А почему у тебя свет не горел?
– Так время уже – половина одиннадцатого. Я загнал машину в гараж и собрался спать. В такую погоду точно никого не найдешь, тем более, я совершенно не знаю адреса.
– Ну хорошо, а зачем ты вообще сюда приехал?
– Я прилетел в Париж, как обещал. Ты не позвонила, я написал тебе по е-мейлу, когда прилетаю. Но найти тебя не смог. Представляешь, мне пришлось даже Пьера на ноги поднять. Но он тоже не знал, где живут твои родители.
– Значит, редактор меня продала?
– Ну… Пьер ей улыбнулся, и она продала. Сказала, что ты в Бретани. Жозе… О чем мы говорим!
Он приподнял ее за плечи, притянул к себе и стал целовать мягко, неторопливо, очень нежно, но через некоторое время Жозе показалось, будто комната наклоняется и постепенно переворачивается с ног на голову. Но это наклонялась не комната. Это Шарль взял ее на руки и понес наверх по ступенькам, продолжая целовать. Теперь она сама обнимала его за шею и вся пропитывалась сладким предчувствием того самого главного, чего она уже давно ждала…
Шарль отнес ее в комнату, совершенно не похожую на ту, в которой она ночевала, и, как ей показалось, расположенную намного выше.
– Это моя берлога. Здесь теплее всего и здесь мы будем жить.
Ей стало все равно, где они будут жить, ее словно подхватил и понес куда-то мощный поток счастья, в котором она плескалась, радуясь и вкушая каждую капельку радужных брызг.
– Жозе, я предлагаю тебе эксперимент, – прошептал Шарль, касаясь влажными губами ее шеи. – Сначала я поцелую тебя, и мы посмотрим, почувствуешь ты что-нибудь или нет… А потом – ты…