Симбиоз
Шрифт:
Что там, граненый алмаз? Реликвия? Неужели я по глупости влезла в бандитские разборки из-за денег? Стало так неприятно, будто вместо дождя на меня капали помои.
– Вы не послали за ним ни единого симбионта? Я разочарован, – парень демонстративно покрутил коробочкой перед носом бородача и вновь спрятал ее. – Питер совсем отчаялся, раз пользуется услугами тебе подобных.
Я водила ладонью по асфальту, от злости растеряв весь страх. Проваливалась в лужи и выбиралась из них. Телефон словно испарился.
– Щенок, – сплюнул
Бросив на произвол судьбы открытый внедорожник, он попятился прочь. Даже не стал проверять, все ли в порядке с его избитыми товарищами. Я быстро пересела туда, где он стоял, и сразу же нащупала заветный прямоугольный корпус. Конечно, мобильник лежал на том самом месте, где Маркус схватил меня за локоть.
Парень, отстоявший черную коробочку, выжидающе следил за мной. Рядом с ним никого не было – его тайный союзник, очевидно, решил остаться в тени. Я проверила телефон – он не включился – и спешно зашагала к супермаркету. Может, если потом просушить его феном…
– Подожди, – к моему неудовольствию парень пошел за мной. – Я хотел тебя поблагодарить.
– Я ничего не сделала. Благодарите друга, который помог вам.
– «Друга»? – он споткнулся на ступеньке. – Ты, что же, видишь?..
– Определенно, я не слепая, – буркнула я. – Странный вопрос.
– Нет, я имел в виду…
– Андреа!
Навстречу нам выбежала Рене с белым непрозрачным пакетом в руке, из которого выглядывала уложенная сверху упаковка печенья. Она собиралась выругать меня, как выругал бы отец, окажись он на ее месте, но вскоре заприметила, что я не одна.
– Боюсь, пропали наши сегодняшние фотографии. Тебе хватило денег?
Она настороженно кивнула. Я по привычке забрала у нее пакет, хотя сейчас в этом уже не было никакой необходимости. Давно прошло время, когда сестра была хрупче и слабее меня.
– Андреа? – переспросил парень.
С его вещей, равно как и с моих, целыми ручьями стекала грязная вода прямо на пол магазина. Охранник неодобрительно воззрился на нас, однако не сделал замечания. Ему было слишком жаль своего времени на это, как и на потасовку на улице, которую он наблюдал, беспечно покуривая.
– Да, Андреа Фишер.
– Значит, ты правда дочь шерифа? – парень радостно улыбнулся и протянул мне правую ладонь. – Франциско Вуд.
Я пожала ее, разглядывая кровавое пятно на его рукаве. Оно стало больше.
– Тебе бы в больницу, Франциско.
Натянув мокрый изнутри и снаружи капюшон, я вновь вышла на улицу. Сестра безмолвной тенью последовала за мной.
– Обойдусь, – легко отмахнулся он. – Не возражаете, если я провожу вас?
Рене неуверенно мотнула головой, пытаясь по моей реакции определить, как я отношусь к этому предложению. Я промолчала.
Внедорожник готовился отъезжать. Кто-то из избитых пришел в себя и грузил второго на заднее сиденье. Еще один сидел за рулем – их было трое! Все, кто помогал Маркусу, сейчас торопились убраться подальше от супермаркета, а ведь я думала, что именно третий мужчина, отсутствующий в момент освобождения Франциско,
– Извини, мы сами дойдем.
– Темно же, со мной безопаснее.
Я насмешливо ткнула подбородком в сторону скрывшегося за магазином внедорожника:
– Очень сомневаюсь. Нам не нужны неприятности.
– Подумала бы ты об этом раньше… – пробурчала себе под нос Рене.
Я угрюмо кивнула, подтверждая справедливость ее упрека. Гораздо лучше было выслушивать нравоучения от нее, чем от отца.
– Обещаю, никаких неприятностей, – Франциско по-прежнему мило улыбался. Словно не его хотели похитить пять минут назад, словно не у него кровоточила рана и словно не ему было смертельно холодно в одной футболке, пусть и с длинным рукавом.
– Ты не можешь обещать, – отрезала я. – Ты носишь с собой какую-то дорогую штуковину, которую у тебя пытались отобрать, и…
– Андреа, посмотри налево.
Я автоматически перевела взгляд. Рядом с Франциско никого и ничего не было – пустынный тротуар, мощеный старым бетоном.
– И что я должна увидеть?
– Спасибо тебе, – он улыбнулся еще шире, будто именно такой реакции и ждал. – Спасибо за помощь.
И он замер, позволяя нам с Рене отправиться дальше в одиночку. Я временно передала сестре пакет, а сама достала из сумки ключи от дома. Спрятала их в карман куртки, на ходу ощупывая пальцами, – достаточно острые. Уж точно острее всего, что у меня с собой было.
– Не идет за нами?
– Нет, – отозвалась сестра, обернувшись через плечо.
– Не смотри так явно.
– Это его пытались ограбить у магазина?
– Вроде того.
– Но шериф нашего маленького района вновь добился правосудия, да? – сыронизировала сестра, подразумевая, разумеется, под «шерифом района» именно меня. – Папа с мигалками уже в пути?
– Я ему не сказала. Ты тоже молчи.
Мы с Рене готовили по очереди. Она любила сложные блюда: из экзотических, но не слишком дорогих продуктов, с различными приправами и соусами, по рецептам, которые не помещались на одной странице. Порой у нее получались шедевры, порой – есть было невозможно. Я готовила быстро и из того, что попадалось под руку, уравновешивая ее изыски сосисками и жареной картошкой. Сегодня была очередь сестры. С кухни доносился приятный запах запеченной рыбы, и я искренне надеялась, что он таковым и останется.
Раздался негромкий стук в дверь. Слишком осторожный для возвращающегося с работы отца, но кроме него прийти никто не мог. Мы жили в длинном двухэтажном доме с несколькими изолированными входами и делили подъезд с пожилой парой по фамилии Гунтер, чья квартира располагалась на первом этаже. Совсем недавно они отъехали по делам, оставив нам ключи и предупредив, что не вернутся до следующих выходных, и поэтому я была уверена, что пожаловал именно отец.
– Привет, пап.
На пороге стоял коренастый темноволосый мужчина с воспаленными от долгой работы за компьютером глазами. На нем был плащ, в руках – мокрый зонтик.