Шрамы Мафии

Грэй Хардин

Я хотел быть чистым.

Морис знал меня. На прошлой неделе он предложил нам полностью очиститься. Рафаэль определенно все тщательно изучил, но слишком много было запутано в бизнесе, который был выше меня.

Президенты и такие известные люди всегда вели с нами дела. Наши связи были всемирными и национальными. Мы могли делать все и вся, а поскольку недвижимость была областью, куда вливались огромные суммы денег, было легко перемещать деньги незаметно и записывать их вне бизнеса.

Нам попадались даже неденежные статьи. Все главы

государств, желающие вывезти незаконные артефакты или продать такие вещи, приходили к нам, потому что мы могли это сделать.

Этот бизнес делал невозможное из-за всех наших связей.

Мне это было интересно. Я жаждал лидерской роли, владеть всем этим и обладать всей этой властью.

Потом я встретил ее, и встреча с ней всколыхнула мой мозг.

Прямо сейчас я был уверен только в том, что хочу ее. Вот и все.

И чтобы иметь ее, я не мог также хотеть этот бизнес. Я просто еще не успел осмыслить это.

В моем кармане зазвонил телефон, и я ответил, думая, что это Клавдий.

– Что происходит?
–  Может, он что-то забыл.

На другом конце телефона раздался холодный смех. Звук. Этот звук, я знал его. Я быстро отстранил трубку от уха и посмотрел на номер.

Он оказался нераспознанным.

– Кто это? - спросил я, когда поднес телефон к уху.

– Привет, старый друг. Я слышал, ты меня искал, - поддразнил Виктор.

Моя кровь превратилась в лед, пульс участился, в горле пересохло.

– Я искал. Тебя сложно найти. Почему бы тебе не выйти и не присоединиться ко мне? Было бы здорово наверстать упущенное. - Я старался не допускать в голосе тревогу.

– Это было бы здорово, но я совсем не рядом с тобой. Вчера покинул склад.

– Ну да ладно, это не проблема. Как насчет того, чтобы сказать мне, где ты? Я приеду к тебе. – Я был взбешен из-за него. Конечно, он никогда не скажет, где он.

– Как насчет того, чтобы выпить бычью мочу? Игры окончены. Просто даю тебе знать. Я не разрешаю тебе забрать мою награду в Чикаго. Босс хочет ее сейчас. Забавно, что, пытаясь переместить ее, ты ускорил процесс. - Он засмеялся, а я хрустнул костяшками пальцев. - Хотя, думаю, я бы взял ее примерно в субботу. Я до сих пор не совсем понял, что значит «невредимой».

– Ты долбаный кусок дерьма, не смей трогать ее.

– Люк, Люк, ты знаешь меня больше других. Итак, ты знаешь, что такие разговоры не сработают. А теперь скажи мне, что, по твоему мнению, означает «невредимая». В Оксфордском словаре сказано, что это означает неповрежденная, целая или в хорошем состоянии. Теперь я пытался выяснить все лазейки вокруг этого. Что-то может быть неповрежденным, целым или в хорошем состоянии, но при этом оставаться в рабочем состоянии. Мы все равно будем считать это невредимым. Как будто на моей газонокосилке есть небольшая

царапина, я бы сказал, что она была неповрежденной, целой или в хорошем состоянии.

– Блять, заткнись об этом!

Мое сердце колотилось, кровь колотилась в ушах, когда я двигался, делая три шага за раз, чтобы сесть на мотоцикл.

– По крайней мере, я спрашиваю твоё мнение. Черт. О, смотри, я вижу ее, идущую мимо магазина нижнего белья. У нее пара хороших сисек. Может, я отрежу их вместе с ее лицом и сделаю из них украшение. Неа. Я оставлю сиськи, пока их не съедят черви. Срок годности моей последней пары истек.

Я повесил трубку. Желчь поднялась у меня в горле, но я не обращал на это внимания.

Я позвонил Морису, но телефон перешел на голосовую почту. Итак, я быстро отправил ему сообщение. Клавдию тоже.

Я знал, где был Виктор.

Блядь. Почему мы не уехали в среду?

Если бы мне пришлось, я бы затащил Амелию ногами и криками.

Теперь она была так далеко от меня.

В торговом центре за покупками, которые, как она считала, нужны в последнюю минуту.

Амелия

Я прекрасно понимала, что люди убивают других из-за чего-то конкретного.

За последние несколько дней я перебрала все способы избавиться от Мориса, и единственный ответ, который я придумала, - убить его.

Боже мой. Я превратилась в мафиози. Каков отец, такова и дочь.

От этой мысли меня тошнило, но я бы предпочла, чтобы Морис не цеплялся за меня, как сыпь.

Единственный раз, когда он давал мне перерыв, когда Джиджи была рядом. Она, конечно, должна была ему понравиться.

Самый надоедливый парень, которого я когда-либо встречала в своей жизни. И он всегда ел и говорил про дерьмо.

Меня не волновало, что листья буррито чили в Южной Америке отличались от листьев на его кухне в Чикаго. Я не заботилась о его рыбе и, конечно же, не хотела слышать о том, как он избавляется от сыпи на яйцах, которую он считал сифилисом, но на самом деле это была реакция на его новое моющее средство. Судя по всему, его кожа предпочитала небиологические моющие средства.

Господи Иисусе, он сводил меня с ума.

Люк, мне жаль, что я случайно убила твоего лучшего друга. Мой пистолет выскользнул.

Я тренировалась говорить что-то подобное.

Или же.

Люк, мне так жаль, что я случайно убила твоего лучшего друга. Не знаю как, но мой пистолет выскользнул и выстрелил в него. Я не могла ничего сделать, чтобы спасти его.

Любой из них должен сработать, если до этого дойдет.

Боже, теперь он рассказывал мне о попугае своей бабушки. Очередной раз.

Он делает это только для того, чтобы меня раздражать?