Шрамы Мафии

Грэй Хардин

Он пролистал Библию и вытащил записку.

Я взял её, когда он бросил на кровать.

В ней говорилось:

Это был ты, не так ли. Ты заставил меня потерять всё.

Ты заплатишь тем, что тебе дорого.

Тэг

– Я предпринял все меры, чтобы убедиться, что Тэг никогда не узнает, что я виновен в разрушении его жизни. - Рафаэль вздохнул и закусил губу, задумавшись, прежде чем продолжить. - Когда Амелия ушла из дома, я был в ужасе за ее безопасность,

но потом понял, что это хорошо. Это уберегло ее от опасности. Лучше, чтобы она была подальше от меня и отсюда. Не знаю, как он узнал, что я сделал, но он узнал, и я знал, что единственное, что осталось в моей жизни, чем я дорожил, - это мой ребенок. Он подтвердил мои опасения телефонным звонком. Он сказал мне, что во всем разобрался, и он пойдет за ней. Именно тогда он отследил ее до Лос-Анджелеса. Однако в тот момент он не знал ее личность.

Я должен был последовать моим первоначальным подозрениям. В то время, когда меня отправили в Лос-Анджелес, я по глупости думал, что Рафаэль спрятал ее от нас, потому что она стала копом.

Теперь все обретало смысл.

– Я уверен, что мой отец понял бы, что происходит.

Он покачал головой. - Нет, не понял бы. Потому что дружба значит для него всё и доверие. Он никогда не простит мне моего предательства, особенно потому, что то, что я сделал, было действительно плохим. Кровь за кровь. Это то, чего хочет Тэг. Поэтому он нанял лучших людей, чтобы это произошло.

Господи Иисусе, я хотел знать, что сделал Рафаэль. Я хотел разобраться со всем этим, но он просто собирался танцевать вокруг своего признания.

– Виктор, которого я считал мертвым. - Я предложил. Я не знал, где был этот человек все эти годы и как ему удавалось оставаться вне сети. - И Демарко - один из крупнейших наркобаронов на этой стороне планеты.

– И другие. Были люди, пытающиеся выяснить, кто такая Амелия, а в участке есть кто-то близкий ей.

– Это кто?
–  меня тошнило. Единственными людьми, которые были так близки с Амелией, были Синклер, Джефферсон и Холлоуэй. Я исключил Синклера, потому что он не стал бы устраивать, чтобы его подстрелили, и слишком заботиться о ней.

Итак, Джефферсон и Холлоуэй ...

Я никогда не думал, что кто-то из них будет таким, но мне приходилось постоянно напоминать себе, что у каждого есть своя цена.

Я мысленно перебрал все, что видел об этих двоих.

Это были ребята, с которыми я мог легко поладить. Ни в одном из них нет ничего особенного, чтобы меня насторожило.

– Я не знаю, кто это.

– А что насчет Руза?

– Руз чист. Он пытался понять вещи со своей стороны. Я дал ему существенную прибавку к зарплате. Я знал, что как только Таг узнает, кто такая Амелия, она окажется в опасности. Так что у меня тоже есть люди.

Он сосредоточился на мне.

– Я в том числе.

– В основном, Люк. Ты здесь мой лучший человек. Ты безжалостный, но делаешь то, что тебе нужно, наилучшим образом, без жадности. Я не мог поехать сам, потому что я болен. Сомневаюсь, что долго протяну, потому что пока мы говорим, опухоли растут. Я даже не знаю, доведу ли я нас до конца, но я постараюсь изо всех сил.

–

Что Тэг сделал с тобой, чтобы вызвать все это?

Это был вопрос часа. Причина.

Он думал, что я безжалостен. Не-а, он был безжалостным и подлым сукиным сыном, когда дошло до этого.

Посмотри на него неправильно, и он тебя убьет.

Тэг, должно быть, действительно разозлил его, чтобы вызвать его гнев.

– Тэг предал меня самым ужасным образом, как друг мог предать другого. Он взял то, что принадлежало мне. Что-то драгоценное и бесценное. Что-то незаменимое.

Я сузил глаза и попытался разобрать, что он говорил. О чем всё это было?

Ни за что.

Это не могло быть просто предметом.

– Рафаэль, у тебя всего много. Что, черт возьми, он мог взять, что для тебя так дорого?

– Мою жену.

Глава 10

 Амелия

Я слышала музыку.

Чайковский. Это было вступление к «Лебединому озеру».

Я ждала за кулисами, пока продолжится моя реплика. Ждала, но и наслаждалась мелодичными звуками этого шедевра.

Это был один из моих любимых.

Тот, под который я мечтала танцевать с первого момента, когда узнала, что такое балет.

Это была первая песня, под которую я танцевала, когда мне было пять лет, и мой учитель балета отметил, насколько я талантлива. Я все сделала правильно.

Она бы так гордилась мной сегодня.

Это шоу имело значение. Представитель Джульярда будет здесь, в школе, сидеть в первом ряду и оценивать.

Я никогда не делала ошибок, когда танцевала. Никогда, никогда, потому что я никогда не думала о том, что делаю. Мое тело просто знало, что делать. Покажите мне эти движения один раз, и они будут закреплены в моей мышечной памяти.

Любые мысли были связаны с такой утонченностью. Улыбалась, иногда смеялась, чтобы моя аудитория могла почувствовать движения, которые я чувствовала, когда их выполняла.

Вот это был… сигнал.

Это было резкое звучание и лязг цимбал.

Я двинулась, делая глиссаду, и встала на цыпочки. Расправляю руки, демонстрируя красоту моего платья. Потому что я была Царевной Лебедь. Звездой шоу.

Толпа обезумела.

Но там, прямо в ряду за тренерами, были мои родители.

Эти двое выглядели такими гордыми мной. Мама уже плакала. Бог на небесах. И папа, он выглядел таким гордым, что отсюда я видела, как сияли его глаза.

Мое тело двигалось как должно, танцуя под музыку. Пируэт в прыжке, а затем арабески.

Когда я танцевала, все оживало: музыка, люди, атмосфера. Это было потрясающе. Потом…

Что-то произошло.

Все потемнело до черного, унося с собой всех. Куда все ушли?

Музыка остановилась, и я выпрямилась, стояла и ждала. Внезапно в моих руках оказался пистолет.

Меня охватило замешательство. Как я сюда попала?

– Эй, детектив, позовите этого парня, - крикнул мне кто-то. Я не знала, кто это сказал и откуда пришел звук.

Я коп, но я просто танцевала. Джульярд. Мои родители. Почему я была копом?