Шоу смерти

Кунц Дин Рэй

– В настоящее время у меня есть такой мужчина, - сказала она, глядя в черные точки микрофонов.
– И этого более чем достаточно, благодарю вас. Этого более чем достаточно - для того, чтобы ждать.

Его мысли закружились безумным вихрем. У нее есть мужчина, занимающий высокий пост? Что она имеет в виду? Слова были нацелены прямо в микрофон; последние она произнесла намеренно громко. Прервав эти сумасшедшие рассуждения прежде, чем они могли толкнуть его к необдуманным действиям, Майк решил, что сейчас самое время увлечь ее в коридор - там они смогут говорить, не боясь быть подслушанными.

–

Я думаю, что у нас протекает крыша, - сказал он, пытаясь сказать это так искренне, как только он мог.

В первый раз она повернулась и посмотрела прямо на него:

– Что, черт побери, вы имеете в виду? Он покраснел.

– Никаких глупостей. Я имел в виду только то, что снег подтаивает и просачивается сквозь кровлю. На потолке в коридоре водяные разводы. Взгляните сами.
– Он вышел в коридор, приглашая ее последовать его примеру.

– Пусть этими потеками интересуются ремонтники и психи.

– Нет, взгляните же, - сказал он.
– Вы увидите, что я ничего не придумал. Лиза вздохнула и вышла в коридор.

– Где?

Сердце подпрыгнуло, замерло, забилось чаще.

– Я - Майк, - тихим, ровным голосом сказал он.

– Что?

– Майк Джоргова. Мне сделали пластическую операцию, изменили голос и состав крови. Настоящий Мелоун мертв. Я... убил его.

Лиза гневно прищурилась, глаза стали черными и бездонными. Она смотрела на него, и эта минута тянулась бесконечно. А потом взгляд ее стал мягче, словно она успела обдумать сказанные им слова и не обнаружила в них предательских намеков.

– Вы пытаетесь подловить меня, - сказала она неуверенно.

– Лиза, пожалуйста, выслушай меня и постарайся понять. Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО Майк. Я вернулся, чтобы забрать тебя отсюда. Мне немедленно нужно твое согласие!

– Если даже то, что вы говорите - правда, как вы можете освободить меня?

– Сегодня ночью в подземном гараже будет ожидать аэромобиль с водителем. Аэромобиль будет наш - подмену произведут сегодня днем на одной из стоянок Шоу в другой части города. Когда машину припаркуют, водитель будет уже там; в гараже он сможет выйти и приготовить все.

Ей хотелось верить его словам. Майк ясно читал это по резким морщинкам в уголках глаз, по нахмуренному лбу.

– У меня сегодня ночью.., гость, - сказала она.

– Кто?

– Анаксемандр Кокли. Майк вздрогнул. В его сознании сложилась отчетливая картина.

– Это и есть.., мужчина с высокой должностью?

– Да.
– Ее голос снова стал тихим голосом прежней Лизы.

– Я убью его!

– И я не буду тебе мешать. Майк тяжело вздохнул:

– Я приду сегодня в полночь. Оставь двери слегка приоткрытыми.

– В это время мы уже будем в постели, - горько сказала она, и слова ее срывались с губ, словно погасшие угольки.

Глаза Майка сощурились. Он сжал кулаки.

– В полночь. Я убью его.
– Это уже не было объяснение; это была клятва.

– Ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО Майк, - сказала Лиза, касаясь ладонями его лица, пробегая пальцами по его губам и векам.

– Тебе лучше пойти к себе. Мы не должны вызвать у них подозрений.

Она вернулась в свою гостиную, возвысив голос,

чтобы микрофон безусловно донес до подслушивающих каждое произнесенное слово:

– Вся проклятая крыша может провалиться к чертовой матери. Весь снег в мире может просочиться внутрь, мистер Мелоун, но мне будет на это наплевать.
– По ее приказу дверь медленно закрылась. Но пока Майк мог видеть Лизу, он видел и улыбку, адресованную ему.

Он повернулся, дошел до лифта и спустился вниз. Мальчишка прожужжал ему все уши рассказами о полиции, работающей в вестибюле. Когда двери открылись, Майк вышел в просторное помещение, где возились одетые в форму люди, пытавшиеся при помощи странного и зловещего вида аппарата отыскать какие-либо следы - запах, пыль, старую жвачку. Он прошел только несколько ступенек, как из-за ближайшей банкетки, оскалив клыки и рыча, выскочил дог.

Майк попытался обойти его.

Дог не пускал его. Это была собака убитого жильца, скулившая вчера на лестнице.

– Эй!
– прикрикнул полицейский, оттаскивая дога.
– Пошел прочь!

Дог упирался всеми четырьмя лапами, зубы его блестели в оскале, на черных губах пузырилась слюна.

– Благодарю вас, - сказал Майк, стараясь унять дрожь в руках.

– Все в порядке, мистер Мелоун. Его хозяин был убит на лестнице прошлым вечером. Полагаю, вы об этом слышали?

– Да, только что, в лифте.

– Заварушка. Здесь явно произошла заварушка. Кровь, и куски тел разбросаны повсюду.

– Есть какие-нибудь догадки?
– спросил Майк.

– Еще нет. Подумывали о том, чтобы пустить дога по следу и посмотреть, куда он нас приведет, но, судя по его отношению к вам, доверять ему нельзя. Не так ли?

– Ну, разве что я научился убивать во сне, - ответил Майк.

Полицейский усмехнулся.

– Я думаю, что в этой стычке погибли все участники, - сказал он, вновь обретая серьезность.
– Шеф думал иначе, но теперь и он склоняется к этому выводу. Жилец встретил двух чужаков, пробравшихся в здание бог весть зачем, и они стали стрелять в него. Он открыл ответный огонь. Он оказался проворнее, но это его не спасло.

Майк едва не спросил, когда же кто-нибудь примет во внимание, что труп привратника был найден в кустах. Вестибюль опустел - полицейские со своими детекторами покидали здание.

Майк вышел вслед за ними, обогнул толпу и сунул идентификационную карточку Мелоуна в щель автомата. Он извлек все карточки из карманов убитого, перед тем как сбросить тело в мусоропровод, и сейчас порадовался, что ему хватило тогда сообразительности подумать об этом. Карточка выскочила обратно. Секундой позже на подъемной платформе всплыл серо-зеленый аэромобиль. Майк открыл дверцу, влез внутрь и запустил аэросистему. Машина встала на дыбы, потом ее ход стал ровным. Очевидно, все машины, выезжающие из башен, не действовали на систему сигнализации. Он никогда не думал об этом, но сейчас это было важно. Грядущей ночью это может оказаться важным. Майк повернул руль, выехал на шоссе, врубил максимальную скорость и мысленно вернулся к насущному: этот день ему предстояло прожить в маске Мелоуна, скрывая свою истинную сущность. Да еще Кокли...