Шепот одержимости
Шрифт:
— Тебе приснился плохой сон. Должно быть, это было ужасно, — тихо говорю я, ободряюще улыбаясь ей. У Коры перехватывает дыхание, когда она вспоминает фрагменты кошмара, которые все еще остаются в ее памяти.
— Это было так реально... — Она замолкает, содрогаясь при воспоминании. Я нежно обнимаю ее, позволяя ей опереться на меня в поисках поддержки, пока она приходит в себя после этого испытания.
— Кора, ты должна рассказать мне, что произошло, — говорю я ей мягко, но твердо. — Я не могу видеть тебя
Она качает головой, слезы все еще текут по ее лицу. Не думаю, что когда-либо видел, чтобы она так сильно плакала. Она явно все еще напугана. — Я... я не могу. Мне нужно увидеть маму. Она мне не позвонила, и я беспокоюсь о ней.
Я хмурюсь. Это такая случайная фраза, полностью совпадающая с разговором, который я пытался завести с ней, но что-то подсказывает мне, что эти две вещи, страх Коры и ее беспокойство о маме, на самом деле могут быть как-то связаны.
Я медленно киваю.
— Хорошо. Мне нескоро на работу, так что могу отвезти тебя к ней домой.
Я помогаю Коре одеться, а затем собираю все самое необходимое, и мы быстро направляемся к дому ее мамы. Напряжение в машине ощутимо, мы оба погружены в свои мысли. Кора рассеянно теребит край своей рубашки, на ее лице застыло озабоченное выражение. Я украдкой бросаю на нее взгляды, гадая, какие демоны преследуют ее.
Когда мы подъезжаем к дому ее мамы, беспокойство Коры, кажется, усиливается. Она практически выскакивает из машины и бросается к входной двери, в спешке возясь с ключами, чтобы отпереть ее. Я следую за ней по пятам, беспокоясь о ее самочувствии.
Дверь распахивается, открывая темный и тихий интерьер. Кора зовет маму, ее голос эхом разносится по пустому дому. В ее голос закрадывается паника, когда она обыскивает каждую комнату, но там нет никаких признаков ее матери.
Как раз в тот момент, когда Кора собирается звонить в полицию, из кухни доносится тихий голос.
— Кора, это ты?
Облегчение заливает лицо Коры, когда она бросается на источник голоса. На кухне мама Коры сидит за маленьким деревянным столом, обхватив голову руками. Кора падает рядом с ней на колени, по ее щекам текут слезы.
— Мама, я так волновалась за тебя. — Выдыхает Кора, крепко обнимая мать. Марисса нежно похлопывает ее по спине, бормоча слова утешения, но в выражении ее лица есть что-то встревоженное.
— Все в порядке, Марисса? — Спрашиваю я. Она вздрагивает и смотрит на меня, одаривая натянутой улыбкой, которая не касается ее глаз. Она, как всегда, выглядит усталой и переутомленной, к тому же напряженной, но в ней есть какая-то хрупкость, которой я раньше не замечал.
— Слейтер, все в порядке. Рада тебя видеть.
— Мама, почему ты мне не позвонила? Я с ума сходила от беспокойства.
Я отступаю, давая им возможность воссоединиться. Когда я смотрю,
Мама Коры слегка отстраняется, обхватывая ладонями залитое слезами лицо дочери.
— Прости, милая. Мне пришлось столкнуться с некоторыми неожиданными проблемами на работе, и мой телефон снова глючит. Я не хотела тебя беспокоить.
Кора шмыгает носом, кивает и вытирает слезы.
— Просто... пожалуйста, пообещай мне, что дашь мне знать в следующий раз. Ненавижу не знать, все ли с тобой в порядке. Ты ведь оплатила счета... верно?
— Все хорошо, — тихо отвечает ее мама, нежно целуя Кору в лоб и игнорируя ее вопрос о счете. Затем она, наконец, поднимает на меня взгляд, и ее глаза встречаются со мной со смесью благодарности и усталости. — Спасибо, что привез Кору домой, Слейтер. Ты всегда был для нее таким хорошим старшим братом.
Я ободряюще улыбаюсь ей, хотя мой разум все еще не оправился от событий ночи и того факта, что последнее, кем я хочу быть для Коры, — это старшим братом. Слишком много кусочков головоломки не совсем сходятся воедино, слишком много вопросов без ответов витает в воздухе.
Когда мы сидим за кухонным столом, потягивая горячий чай, чтобы сбросить остатки напряжения, повисшего в воздухе, я чувствую, как тяжесть окутывает нас, словно саван. Мама Коры кажется озабоченной, погруженной в свои мысли, рассеянно помешивая чай.
— Мам, ты уверена, что все в порядке? — Кора решается осторожно положить руку на плечо матери. Ее мама слегка вздрагивает, словно выходя из транса, и ободряюще улыбается Коре, которая не совсем достигает ее глаз.
— Да, милая. Все в порядке. Просто тяжелый день на работе, вот и все, — отвечает она, хотя в ее голосе нет обычной убежденности.
Кора обменивается со мной обеспокоенным взглядом, молча выражая свое беспокойство по поводу поведения матери. Я вижу, как в ее голове крутятся шестеренки, пытаясь собрать воедино все травмирующие события той ночи, которые она пережила, и странное поведение ее матери.
Я прочищаю горло, нарушая тяжелую тишину, которая нависает над нами, как удушающее одеяло.
— Марисса, если тебе с чем ни будь понадобится помощь или если тебя что-то беспокоит, пожалуйста, не стесняйся, скажи нам. Мы здесь для тебя.
Ее взгляд мечется между мной и Корой, на ее лице появляется противоречивое выражение, прежде чем она, наконец, вздыхает и кладет руки на стол, словно собираясь с мыслями.
— Я... я даже не знаю, с чего начать, — медленно начинает она, в ее голосе слышится неуверенность. — Сегодня на работе кое-что случилось. Кое-что... неожиданное.