Шелковая вендетта

Холт Виктория

– Как это ужасно, что люди так много знают о делах, которые их совершенно не касаются.

– В этом нет ничего странного... они очень наблюдательны, а мы живем открыто.

– Если я пойду...

– Я сделаю тебе изумительное платье. Бархат и соболя. У меня есть хороший кусок голубого бархата... такой приятный оттенок... не слишком яркий... пастельного тона.

Этот цвет тебе очень пойдет. Маленькая шляпка со страусовым пером... я уже вижу, как это будет выглядеть на тебе.

– Мне противна сама мысль о том, чтобы пойти туда.

– Я знаю.

Просто покажись там. А потом можешь уйти. Там будут газетчики. Как же, он – очень перспективный политик, а она прославилась своими светскими приемами. «Невеста была прелестна и элегантна в платье от Ленор... Примечательно, что самой Ленор, которая является близкой подругой невесты, на свадьбе не было». Этого не должно быть. Ленор обязана быть там, потому что это не пройдет незамеченным.

– Ты права, бабушка.

Она кивнула, довольная, что сумела переубедить меня.

Все время после того, как я узнала о предательстве Дрэйка, я жила как во сне, надеясь на скорое пробуждение от этого кошмара. Дрэйк не женится на Джулии... Он не может... после стольких знаков внимания, которые он мне оказывал. Я часто думала о наших встречах в парке, о том, как они украшали мою жизнь. И вот... все кончено. Эти свидания, которые так много значили для меня, оказывается, ничего не значили для него.

В день свадьбы я надела голубое бархатное платье, которое сшила мне бабушка, и шляпку со страусовым пером.

Бабушка с графиней захлопали от восторга, когда увидели меня.

– Прекрасно, прекрасно, – пробормотала графиня, тоже разодетая в пух и прах.

Графиня, разумеется, тоже была приглашена. Джулия являлась ее протеже; графиня лично устроила ее первый брак, но я знала, что ее вторичное замужество не порадовало графиню. Как и бабушка, она предназначала Дрэйка для меня.

Я не присутствовала на обряде венчания, это было выше моих сил. Свадебный прием проходил в гостиной дома Джулии, которая как нельзя лучше подходила для такого случая.

Я бросила взгляд на Дрэйка, который стоял рядом с ней и помогал ей отрезать кусок торта. Звучали поздравительные речи и заздравные тосты. Меня неприятно поразило, что он не выглядел счастливым, несмотря на свою дежурную улыбку.

У меня тревожно стало на сердце, когда он через стол перехватил мой взгляд. Я опустила глаза, не доверяясь себе и боясь, что лицо выдаст мои чувства.

Пора уходить, подумала я и посмотрела на Касси. Она стояла в компании друзей. Нужно подойти к ней и спросить, готова ли она ехать.

И вдруг он оказался рядом со мной.

– Ленор.

– О... – Я заставила себя посмотреть на него. – Дрэйк. Мои поздравления.

– Мои также.

– И с чем ты меня поздравляешь?

– С открытием в Париже.

– А-а, ты слышал об этом?

– Да, об этом все говорят. Какая удача.

– Да... разве нет?

– Как хорошо иметь богатых друзей.

– Мой отец будет получать свою долю прибыли от нашего бизнеса.

– Твой отец?

– А разве ты не знал? Разве Касси не сказала тебе

об этом, когда ты заходил?

– Касси сказала, что ты в Париже... налаживаешь дело. Я ничего не знал о твоем отце.

– Ты видел его в парке.

У него было непонимающее лицо.

– Не помнишь? Он несколько раз был в парке и все смотрел на меня. Мы заметили это. Джулия еще назвала его моим обожателем.

– Твой отец, – повторил он.

– Да, это очень романтичная история. Я никогда не видела его раньше. Моя мать умерла при родах. Они не были женаты, и семья моего отца отправила нас с бабушкой жить в Англию.

– Твой отец... – снова повторил он.

– А в чем дело, Дрэйк? Почему у тебя такой потрясенный вид?

– Джулия сказала... – Он смотрел на меня застывшим взглядом. – Мы должны поговорить. Давай уйдем куда-нибудь.

– Ты не можешь уйти с собственной свадьбы. Вам скоро уезжать в свадебное путешествие.

– Я понятия не имел, что это твой отец, Ленор, – тихо заговорил он. – Я думал, это твой поклонник... и ты взяла у него деньги для своего парижского проекта; ведь для тебя он так много значил.

– Ты подумал...

– Да, я подумал, что он твой любовник.

– Как тебе могла прийти в голову подобная мысль?! Нет, ты не мог подумать такое... Я даже у отца долго не решалась взять эти деньги, пока бабушка с графиней не уговорили меня... и он тоже умолял не отказываться. Он очень переживает, что столько лет держался вдали от меня и так поздно вошел в мою жизнь.

– Это... это невозможно. – Он беспомощно огляделся. – Что я наделал?

Я, кажется, начинала понимать, что произошло. Ему рассказали, что я согласилась стать любовницей того человека в парке для того, чтобы укрепить свое финансовое положение. И как он мог поверить таким измышлениям? Видите ли, потому, что ему сказала об этом Джулия.

Я ненавидела тогда эту женщину, которая с ярко пылающим лицом торжествующе улыбалась гостям. Она победила.

Мне стало трудно дышать.

– Я хочу уйти отсюда, – сказала я.

– Нет, – умоляющим голосом сказал он, – я должен поговорить с тобой. Я должен объяснить.

– Больше нечего объяснять, Дрэйк. Все и так уже ясно.

– Ничего не ясно. Ты должна знать.

– Что знать?

– Что я любил и люблю только тебя. Я оказался таким идиотом. Я хотел признаться тебе, но думал, что ты все еще оплакиваешь Филиппа... и что ты так занята своим делом, что не выйдешь снова замуж. Я хотел жениться на тебе. Что мне теперь делать?

– Постараться быть хорошим мужем для Джулии, – сказала, я и потом добавила с ноткой горечи, – а она будет устраивать приемы, на которые ты сможешь приглашать влиятельных людей. Это как раз то, что необходимо всякому политику с честолюбивыми устремлениями. Возможно, когда-нибудь она сможет повторить слова жены Бэконсфилда: «Он женился на мне из-за денег, но, если бы ему пришлось сделать это снова, он женился бы на мне по любви».

– Из-за денег! – закричал он. – Похоже, все просто помешались на деньгах!