Шантаж
Шрифт:
Линда выпила кофе двумя большими глотками – он действительно был хорош, вот только с каким-то необычным привкусом. Поблагодарив ассистента, она собралась было уйти, как услышала странную фразу:
– Лиловый вереск.
***
Линда моргнула, и ключ зажигания упал ей под ноги. Поморщившись от ударившей по вискам боли, она потянулась за ключами.
Стоп. Как она оказалась в машине?
Она только что попрощалась с Олегом и Стасом, собиралась поехать к Максу – и вот она сразу тут. Она совершенно
Линда изумленно огляделась, но не заметила ничего странного. Посмотрела на часы, однако это не помогло: она не помнила, во сколько уходила из студии – запись всегда заканчивалась в разное время. Оставалось только пожать плечами и выбросить этот странный эпизод из головы, надеясь, что это не старческий маразм начал настигать ее в неполные тридцать два года.
Она, как только смогла быстро, доехала до Макса и с удивлением обнаружила, что того нет дома, хотя он должен был приехать как минимум час назад. Она специально проверила, во сколько он отписался ей в мессенджере, что едет домой, и, убедившись, что все сроки прошли, решила ему позвонить. Телефон Макса был отключен.
Она приказала себе заранее не беспокоиться, потому что знала – у Макса такая работа, наверняка его перехватил какой-нибудь очередной клиент, и решила занять себя приготовлением ужина, чтобы отвлечься от невеселых мыслей и непрекращающейся головной боли.
Когда прошло около часа, и Линда уже начала волноваться, заявился Макс – слегка навеселе и в прекрасном расположении духа. Впрочем, как и всегда. У Линды отлегло от сердца.
– О, Лин, привет! – Макс затащил ее в гостиную, усадил на диван и полез целоваться. – Прости, детка, я немножко опоздал, но тут такое случилось…
Линда, упершись ладонью в грудь Макса, отодвинула его на расстояние вытянутой руки и сердито пригрозила пальцем:
– Макс, не зли меня. Сколько раз тебе повторять: прекрати называть меня «детка»! Я давно уже не детка! Я старше тебя на два года с лишним! И я не какая-нибудь наивная дурочка, чтобы называть меня так!
– Не важно, детка, – парировал, как ни в чем не бывало Макс. – Иди к своему папочке! Ладно, ладно, не сердись, Лин, это я любя. Ты же знаешь.
– Еще раз так меня назовешь – защекочу, – прищурилась Линда.
– Не защекочешь, я тебе нужен здоровым. И адекватным. Желательно.
– Не будь так уверен, ковбой, – в ясно-голубых глазах Линды зажегся плутовской огонек. Она опустила руку, сдерживающую Макса на расстоянии, и обняла его. – Я тут чуть не постарела, ожидая тебя.
– Зато занялась полезным делом, – хитро улыбнулся Макс, принюхиваясь. – Пахнет моей любимой лазаньей. Угадал?
– Угадал, но с чего ты взял, что я это сделала для тебя? – с вызовом заявила Линда. – Это и мое любимое блюдо!
– Знаешь, что я недавно понял? – вдруг посерьезнел Макс.
– Что?
– Ты создана специально для меня. Надо пожертвовать пару миллионов
– Потому что я умею готовить лазанью?
Линда улыбнулась. Она очень любила такие моменты: Макс становился мягким и милым, словно котенок. Не всегда же ему быть львом. Она чмокнула его в щеку и ласково погладила по мягким волосам, уложив заодно чуть растрепанную челку.
– Вот, правильно, помассируй мне голову! – Макс разве что не мурлыкал, глядя на нее с обожанием и теплой улыбкой. Она повернулся к ней спиной, чуть облокотившись на диван, подставляя голову под мягкие руки Линды. Она не была против. – О, Лин, как хорошо! А то у меня голова буквально раскалывается!
– Ты знаешь, у меня тоже. И вообще, со мной сегодня произошел странный случай…
– Черт, я же не рассказал тебе, почему приехал так поздно! – встрепенулся Макс.
– Что-то случилось?
– В общем, да. Старею, наверное, – от этой фразы, глубокомысленно произнесенной двадцатидевятилетним мужчиной, полным сил, Линда невольно улыбнулась. – У меня сегодня случился провал памяти.
– Что?! – изумилась Линда, тут же перестав делать массаж.
– Ты массируй голову-то, массируй. Я тебе потом тоже массажик сделаю.
– Провал памяти?
– Чего ты так перепугалась? Ну подумаешь, уже подъезжал домой, и вдруг оказался в соседнем баре. С кем не бывает?
– То есть как? Подожди, ты ехал домой, но заехал в бар?
– Никуда я не заезжал! Точнее – заехал, наверное, раз там оказался… Только я этого совершенно не помню. Говорю же – провал памяти.
– Что ты пил сегодня? – подозрительно покосилась на Макса Линда.
– До этого – ничего! Это только там, когда очухался и почувствовал сильную головную боль, решил, что нужно выпить, раз уж я все равно в баре.
– А зачем телефон выключил?
– Телефон? Да не выключал я телефон.
Линда резко подскочила, невольно оттолкнув Макса, от чего тот жалобно застонал:
– Моя голова…
– Прости, но я должна убедиться. Где твой мобильник? – Линда и не ждала ответа: она без труда нашла его сама в кармане куртки Макса. – Вот. Он выключен. Сейчас проверю заряд.
Макс, морщась от усилившейся головной боли, молча взирал на то, как Линда орудует с его телефоном, отказываясь что-либо понимать. Он знал, что, когда его возлюбленная успокоится, она сама все объяснит.
– Твой аккумулятор больше чем наполовину заряжен.
– О, да, Лин, я всегда готов, – попытался пошутить Макс, но шутка явно не удалась.
– Макс, происходит что-то странное. У меня тоже был сегодня провал памяти. И после этого тоже заболела голова.
– Лин, умоляю, раз у нас обоих болит голова, не нужно ли нам, прежде всего, принять обезболивающее? Принеси аптечку, тебе, вроде, немного лучше, чем мне, раз ты бегаешь, как заведенная. И мы сможем вместе проверить мой заряд. Уверен, он к тому времени уже будет абсолютно полным.