Шагай, пехота !

Науменко Юрий Андреевич

Для осуществления операции "Цитадель" было сосредоточено до 50 отборных дивизий, в том числе 16 танковых и моторизованных, 4-я танковая армия и ряд других частей. Действия наземных сил должны были поддерживаться с воздуха двумя тысячами истребителей и бомбардировщиков. Предусматривалось также широко использовать новую боевую технику: танки "Тигр" и "Пантера", штурмовые орудия "Фердинанд", новые типы самолетов - истребителей "Фокке-Вульф-190а", штурмовиков "Хейнкель-129".

Ставкой Верховного Главнокомандующего был принят стратегический план, в ходе реализации которого наши войска должны были обескровить наступление немецко-фашистских

войск преднамеренной глубокой мощной обороной, а затем, в ходе контрнаступления, сокрушить группировки немецких войск на Курской дуге.

Но ппежде чем рассказать об участии нашего полка в Курской битве, хочу поведать читателям историю одной любви двух моих однополчан - людей интересной судьбы. С героиней этой истории читатели книги уже знакомы. Это санитарка, потом санинструктор и после Сталинградской битвы командир санитарного взвода Мария Петровна Кухарская. Она добровольно пришла на фронт в 1941 году семнадцатилетней девушкой, и потому все ее звали просто Машей, Марийкой, Марусей. Родилась она в Одесской области. Перед войной окончила 10 классов средней школы на станции Слободка Кодымского района. Год прослужила в разведроте 343-й стрелковой дивизии, а с осени 1942 года и до конца Великой Отечественной войны - в нашем полку. Впервые я с ней встретился еще в ноябре 1941 года в боях под Ростовом-на-Дону, когда мы брали станицу Нижне-Гниловскую. Уже тогда она была известна всей дивизии.

Под Сталинградом наша Марийка прославилась на весь Донской фронт. Примерно за три месяца она вынесла с поля боя свыше 400 раненых! Это, считай, полнокровный стрелковый батальон! И вполне возможно, что число спасенных ею солдат, офицеров, сержантов в той битве на Волге достигло бы полтысячи, если бы сама она не пролежала в госпитале почти два месяца после тяжелого ранения в ноги. О Марии Кухарской не раз писалось в дивизионной, армейской и фронтовой газетах, о ней сочиняли песни. Причем стихи для одной из них написал известный советский поэт Евгений Долматовский, который работал тогда корреспондентом газеты Донского фронта "Красная Армия". "За время Сталинградской битвы, вспоминает поэт, - я, по заданию политуправления, написал несколько песен на уже известные мелодии. Это был единственный верный способ - композиторов в ту пору на нашем фронте не было. Песни печатались в газете под рубрикой "На знакомый мотив". Например, песню о Марусе Кухарской, санинструкторе, награжденной орденом Ленина, я сочинил на известный мотив "Если ранили друга"{5}. Эта песня была опубликована в газете Донского фронта "Красная Армия" в конце октября 1942 года, когда Мария лежала в госпитале.

А узнал я эту историю из письма ко мне Марии Петровны Кухарской, которое она прислала спустя почти 40 лет после победы, в 1983 году. Вот что она написала:

"Помню, 5 декабря в палату, где я лежала, заходит старшая сестра и говорит:

– Мария, сегодня в госпитале концерт в честь Дня Конституции. Собирайся, пойдем.

– Вы же знаете, что я не дойду, - сказала я.
– Ноги еще сильно болят.

– Ничего. Сейчас дна молодца придут, донесут тебя.

И действительно, пришли два выздоравливающих парня, взяли меня на руки и доставили прямо в первый ряд импровизированного госпитального клуба.

Та же старшая сестра поднимается на сцепу, объявляет праздничный концерт открытым и говорит:

– А сейчас будет исполнена песня на мелодию "Если ранили друга". Стихи Евгения Долматовского. Песня эта посвящена санинструктору Марии Кухарской, которую вы все знаете, - и указывает на меня.

Тут все зааплодировали, а я готова была сквозь пол провалиться: нетала кое-как, поклонилась людям.

Спела

песню под аккомпанемент гармони девушка-медсестра. Слов я, конечно, в тот вечер не запомнила, а потом эта девушка принесла мне их в палату".

Мария Петровна написала в письме всего один куплет песни, который я здесь привожу, конечно же, не ради создания дополнительной славы Евгению Долматовскому и Марии Кухарской, а для того, чтобы вы, читатели, смогли лишний раз приобщиться к фронтовой поэзии, которая согревала нас в суровых буднях войны. Итак, один куплет с припевом:

Никогда не забудет Отчизна,

Боевой санитарки дела,

Как в атаку мы шли с ней,

Как четыреста жизней

В сраженьях Маруся спасла.

С бинтами и ватой, с дружком-автоматом

Сквозь пули, разрывы, пожар,

Не горбясь, не труся, выходит Маруся

Отважный боец-санитар.

Так вот эта самая Маруся после выписки из госпиталя встретила под Сталинградом молодого политработника Николая Смирнова, прибывшего в наш полк в октябре 1942 года после окончания шестимесячных курсов при военно-политическом училище, которое тогда находилось в Шуе Ивановской области. Смирнов был назначен заместителем командира пулеметной роты по политчасти в 1-й стрелковый батальон, храбро воевал, был награжден орденом Красной Звезды, повышен в звании и при переаттестации политработников в 1943 году получил звание "старший лейтенант". Не буду утверждать, кто кому первый приглянулся: Николай Марусе или Маруся ему. Как они оба мне говорили уже после войны, было у них взаимное увлечение. Но хоть и в одном полку служили молодые люди, встречаться им приходилось редко: бои шли жестокие.

И только после Сталинградской битвы, уже по весне, когда мы в боях не участвовали, встречи их участились, и решили они пожениться. Надо сказать, что командир батальона капитан Ананенко, которому доложил об этом решении старший лейтенант Смирнов, попытался воспрепятствовать их браку, полагая, что это отрицательно скажется на службе политработника и медички. И только после вмешательства заместителя командира полка по политчасти майора Безухова Кухарская и Смирнов оформили свои отношения юридически: 30 мая 1943 года они зарегистрировали свой брак в сельсовете.

А на другой день Маруся и Николай явились в палатку, где размещался штаб полка, и положили мне на стол рапорт на имя командира полка о своем браке. Я их поздравил, пожелал им дожить до победы, быть счастливыми и здоровыми. Доложил о рапорте подполковнику Панскому. А он мне говорит:

– Справка из сельсовета, конечно, документ. Но давай-ка мы сей факт в приказе по полку обозначим. Для прочности...

И вот в приказе по 289-му гвардейскому стрелковому полку от 3 июня 1943 года появился параграф 2:

"Утвердить брак заместителя командира 1-й пулеметной роты по п/ч гвардии старшего лейтенанта Смирнова Николая Макаровича и командира санитарного взвода 1-го стрелкового батальона гвардии старшины медслужбы Кухарской Марии Петровны и произвести соответствующие изменения в записях учета личного состава".

Фронтовая любовь оказалась крепкой, нержавеющей. И вот уже 45 лет живут вместе Мария Петровна и Николай Макарович. После войны они сначала поселились в Брянской области, на родине Смирнова. А потом его направили поднимать целину в Кокчетавскую область. Там эта замечательная семья и живет до сих пор. У них две дочери, два внука. В 1973 году Мария Петровна стала известной не только у нас в стране, но и во всем мире. К ее пяти боевым орденам и медали "За отвагу", полученным на фронте, прибавилась еще одна почетная награда. Решением Международной организации Красного Креста она была награждена медалью Флоренс Найтингейл{6}.