Северянка
Шрифт:
Испуганная девушка кивнула и выбежала в открытую для неё Гавелом дверь.
– Спасибо, – она обернулась к храму.
Справа и слева от девушки встали охранники, Вереника, передёрнув плечами, быстрым шагом направилась к кузне и уже, конечно, не видела, как Гавел практически пришпилил храмовника, словно бабочку, к стене.
– Только тронь её, только скажи моему отцу лишнее слово, тебе не жить! Ты понял?
Храмовник испуганно смотрел в глаза с вертикальными зрачками и шептал лишь одно: «Пощадите!».
– Ты дрожишь,
– Нет, просто замёрзла, пока возвращалась. Ты всё собрал?
Отец кивнул, поднося палец к губам.
– Генрих поможет, ночью за деревней он оставит лошадей и немного припасов.
Вереника с теплотой подумала о хозяине таверны, который в сложную минуту не побоялся генерала и решил помочь другу бежать.
– Отец, а как же Вержик? Неужели мы его тут оставим? – девушка мыслями перенеслась к своему любимцу.
– Опасно его с собой брать, Генрих обещал ухаживать за ним. Вереника, легче уйти по тайному ходу, охрана до самого утра не заподозрит, что мы исчезли.
– Я понимаю, – дочь кузнеца грустным взглядом оглядела дом, в котором прожила столько счастливых лет. – Отец, может, ты всё же останешься? Всю жизнь прожил тут, скажешь…
– Замолчи! – кузнец сжал кулаки. – Кроме тебя у меня никого нет. Жизнь потеряет смысл, если ты сбежишь одна. Мы уже решили, что отправимся в северные земли, там и обоснуемся, пока я могу держать молот в руках, не пропадём. За тебя, не задумываясь, отдам жизнь, доченька.
– Не пропадём, – всхлипнула Вереника и прижалась к отцу.
– Иди попрощайся с Вержиком, – мужчина вытер слёзы на лице Вереники и подтолкнул её в спину.
Вереника долго вычищала коня, кормила отборным зерном и разговаривала:
– Генрих хороший человек, не капризничай, иногда выполняй его просьбы, – Вержик косил карим взглядом на хозяйку, не понимая, зачем она ему рассказывает о хозяине таверны. – Ешь хорошо, Крыстя тебя любит, поэтому морковью ты лакомиться будешь часто, а ты её за это катай на спине. Дай-ка копыта посмотрю, подковы проверю, – она подняла заднюю ногу Вержика и взялась за жёсткую щётку.
– Вот вы где.
Вереника вздрогнула, услышав мужской голос, и чуть не выпустила ногу Вержика, которую зафиксировала между своими.
– Гавел, что вы тут делаете? – тонкие пальцы с силой сжали щётку, словно та могла бы защитить её.
– Зашёл вас проведать, вы от храмовника уходили испуганной, – он не пытался приблизиться. – Пришёл успокоить, больше он вас не потревожит. Вам помочь? – он перевёл взгляд на копыто.
– Вас сюда не звали, – в дверном проёме появился кузнец. – Пока я хозяин в кузне и доме, – грозно произнёс тот, – и я не позволяю приближаться к моей дочери!
Мужчины скрестили взгляды.
– Раз вы себе позволяете вечером без приглашения прийти к девушке, то
– Папа… – прошептала Вереника, опасаясь, что генеральский сынок от испуга начнёт звать охрану на помощь.
– Я уйду и предупрежу отца, что вы будете сопровождать дочь, – Гавел наклонился, поднял прут и, не отводя взгляда от кузнеца, вернул железке прежнюю форму.
– Он странный, меня просто в дрожь бросает от его взгляда. И откуда такая сила, у него и кулаков нет? – прошептала Вереника, подойдя к отцу.
– Хм-м… Знавал я одного оборотня, служившего в моём полку, но это было давно, до войны, они ещё тогда жили в нашей стране. Вот он был худой, а силы было немерено. Да только вряд ли оборотень будет присутствовать на играх, где дарят лук, убивший его собратьев.
– Отец, получается, что его родители тоже оборотни? – заинтересованно спросила Вереника. Ей не приходилось видеть этих существ, хотя они и жили в соседней стране. – Вот бы посмотреть на настоящего оборотня.
– Не стоит, убьёт и не посмотрит, что ты девушка и красавица, – отмахнулся от мечтательницы кузнец. – Мы стороной их обойдём, нам нужно туда, где живут люди с белыми волосами.
– Но мы не знаем дороги, – прошептала Вереника. – Папа, поменяй Вержику передние подковы.
– Спросим в пути, главное, что я знаю, в какую сторону ехать, а там разберёмся, – берясь за инструмент, уверенно произнёс Кобальт. – Иди домой, накрывай на стол, ужинать будем.
Охранники проводили девушку скучающими взглядами, через час такими же взглядами проводили Кобальта.
– Что в ней такого, охранять её, – шепнул один другому, когда свет в доме кузнеца погас. – Магичка посредственная, вот я видел в столице магов, – он многозначительно посмотрел на второго охранника. – А эта что? Лишь и смогла, что поймать стрелу.
– Только время теряем, охраняя, да мёрзнем почём зря, – согласился второй.
Они ещё не знали, что утром сильно пожалеют, что не охраняли дочь кузнеца, стоя возле её кровати.
Глава 6. Хорошо и плохо
– Папа, как думаешь, мы далеко уехали? – Вереника впервые заговорила после того, как они с отцом ушли через подземный лаз. Он привёл их к опушке леса, где друга поджидал Генрих с сыном, лошадьми и припасами.
Кузнец обнял мужчину, сухо попрощался, и они с Вереникой вскочили на лошадей.
– Лёгкой дороги, – прошептал им вслед Генрих.
– Доченька, я не знаю, – пожал плечами кузнец, доставая старую потрёпанную карту из заплечной сумки. – Но надеюсь, что ещё нет погони. Остановимся и разомнём ноги. Слышишь шум воды?Посмотри, где река.